Не только американцы, но и Европа переживает сегодня прострацию переходного периода: старое кончилось, новое еще не началось, и каким оно будет, к чему готовиться – никто пока не знает.
Наибольшее недоумение (чтобы не сказать паника) царит в Европарламенте, что и понятно. Евробюрократия – эта огромная толпа бездельников на зарплате – была целиком и полностью заточена под Демпартию США. Вряд ли новое американское правительство будет продолжать кормить эту бесполезную кучу мусора (воспользуемся здесь лексикой Трампа), умеющую лишь пилить бюджет и заливать Европу все новыми и новыми десятками миллионов мигрантов. Тем более, что, глядя на произошедшее в Америке, все они прекрасно понимают отношение к ним собственных сограждан: в любой чуть более революционизированной ситуации их будут рвать первыми.
Но Европарламент – это узел Евросоюза. Его ослабление означает неизбежное ослабление связей Маастрихтских соглашений (и без того весьма слабо связавших события 1990-х, то есть прежде всего крушение Берлинской стены и объединение Германии).
Теперь же наступает время не разрушения стен, а возведения новых. Стена на границе с Мексикой, которую обещают отстраивать и защищать американские правые – это символ и для всех новых правых Европы. То есть голоса тех, кто хочет прекратить неконтролируемый ввоз мигрантов в Европу, станут теперь гораздо громче – и к ним придется прислушаться. Надо понимать, что за этими голосами – голоса всех европейских народов. Тех народов, которыми годами пренебрегали, игнорировали, не замечали. Сегодня такой вот глубинный народ выбрал Трампа в Америке, а что же будет в Европе? Все – и либералы, и европейские правые – готовятся к неизбежным схваткам.
Первой эту смену ветра ощутила на себе Германия. Здесь сегодня актуальны правительственный кризис, распад «светофорной» коалиции и скорые перевыборы. И судорожные попытки поставить заслон ошеломляющему успеху правых. Победное шествие антивоенной «Альтернативы для Германии», второй по популярности партии страны, пытаются остановить, депутаты Бундестага требуют начать процедуру запрета партии. И если бы к власти в США пришли демократы, так оно, скорее всего, и было бы: закручивание всех гаек, запрет всех несогласных и введение либеральной диктатуры – именно такой сценарий был самым предсказуемым. Но в условиях консервативной революции в США успех такого сценария становится сомнительным.
Примерно ту же картину наблюдаем сегодня во Франции, где такое же уверенное второе место занимает «Национальное объединение» Ле Пен, которую также пытаются не допустить к выборам. Здесь, правда, придумали бюрократическую схему: Ле Пен обвиняют в нецелевой растрате средств (в период с 2004 по 2016 год), на основании чего хотят запретить выдвижение на выборах 2027 года. Впрочем, партию это вряд ли остановит. Да и в условиях реванша правых такое решение вряд ли пройдет.
Но, конечно, центром новой консервативной Европы становится Венгрия Орбана. Последнего по праву называют европейским Трампом. Но Орбан не только большой друг и соратник Трампа, он намерен стать эмиссаром и проводником политики новой консервативной Америки в Европе. Америка же обещает ослабить хватку на горле старой европейской политики, но одновременно остановить и свои финансовые вливания. И вот когда карманы евробюрократии станут тощими, и они окончательно потеряют почву под ногами, у молодых голодных правых появится шанс перехватить власть.
Какой же мы можем увидеть эту новую Европу через пару-тройку лет?
Конечно, прежде всего мы увидим новую Восточную Европу, где будут доминировать консервативные Венгрия, Словакия, Австрия. Евробюрократия давно уже пугает обывателя новой Австро-Венгрией Орбана, Фицо и австрийских правых. В новых условиях эти страшилки вполне могут стать реальностью.
Но Орбан озабочен не только Востоком Европы. Он давно мечтает создать коалицию всех правых сил Европы, и такая коалиция будет, конечно, поддержана Трампом.
Островные же атлантисты начнут сколачивать собственную коалицию. Здесь главным помощником Англии Стармера станет польский премьер Дональд Туск. Последний давно уже говорит об альтернативном альянсе, который поддержит Зеленского, если США откажут в этой поддержке. Таким образом, коалиции «Австро-Венгрии 2.0» будет противостоять коалиция Стармера – Туска – Макрона и генсека НАТО Рютте. Недооценивать Великобританию (особенно на фоне обнародованных документов о британской операции по недопущению остановки войны на Украине «Алхимия»), конечно, не стоит. Британия перехватит управление процессами, которые раньше шли от Демпартии США.
Итак, нынешние европейские «ястребы» – это английские лейбористы, Макрон и польские власти, которые сходятся в своем желании продолжать войну на Украине. Впрочем, и эта коалиция может оказаться совсем не так прочна без помощи Вашингтона. Особенно, учитывая балансирующий на грани центр Европы, где позиции либералов все сильнее подрывают Ле Пен и АдГ. Да и поляки, при всем их антироссийском настрое, очень консервативны.
Не будем забывать и о традиционно консервативном Юге Европы, где правые Испании, Италии и Португалии вполне готовы к объединению в отдельную силу.
Если же все эти проекты (Австро-Венгрия Орбана, Ле Пен, АдГ, консервативный Юг) реализуются, то мечта Де Голля и Аденауэра о «Европе отечеств» может оказаться вновь актуальной. И то, что не удалось в шестидесятых, может вполне обрести новую жизнь.
Что же до украинской войны, то есть, кажется, только одна по-настоящему рабочая формула, разрешающая подобные конфликты на Востоке Европы. Все украинские и польские проблемы могут быть решены только союзом России и Германии.
Но для этого, конечно, Германия сперва должна выйти из своей роли управляемой атлантистами колонии и обрести независимость. Вот тогда новый «священный союз» России, Австро-Венгрии и Германии (разумеется, в новых реалиях) станет вполне возможен.
Конечно, речь в этом случае пойдет уже о полном переформатировании мира, совершенно новой конфигурации. Но именно к этому мир и идет. Именно такой и должна быть цель начинающейся консервативной революции.
Мы уже говорили о мире «на трех ногах», где место между американским Западом и азиатским Китаем может занять третья коалиция стран: Россия, Индия, Иран, Арабский мир... Если же речь идет о новой консервативной Европе, то и ей, конечно, гораздо естественнее было бы присоединиться к этому евразийскому союзу, нежели к атлантистскому Западу.
Британия так или иначе останется в сфере влияния США, но континентальной Европе было бы гораздо разумнее занять более нейтральную позицию. В этом случае новый мир стал бы гораздо прочнее и безопаснее.
То, что сейчас происходит в мире – это переворот всей политической парадигмы последних тридцати лет, начиная с эпохи Горбачева и подписания Маастрихтских соглашений, породивших Европейский союз. И этому времени, и этому союзу явно приходит конец. Но то, что на этом месте возникнет – еще вопрос.
В свое время приход Горбачева указывал путь к переменам, но совсем не был безальтернативным. Так же и здесь. Приход Трампа и консерваторов к власти в Америке кладет конец тому, что начиналось с приходом Горбачева, открывая всему миру окна возможностей. А вот воспользуется ли мир этими возможностями, зависит уже далеко не только от команды Трампа. Во многом это зависит от способности консервативных сил по всему миру к консолидации: чтобы правый поворот обратился в настоящую консервативную революцию, он должен стать неостановим.