Сегодня Финляндия забыла старые уроки, открыв двери для военной инфраструктуры НАТО. Возможно, это когда-нибудь приведет к тому, что финны вновь испытают на себе горечь вооруженного конфликта, которого страна не знала уже почти 80 лет.
Финляндия и СССР смотрели друг на друга через прицел с самого начала своего существования. В Гражданскую войну большевистская Москва активно влияла на противостояние красных и белых финнов. Получалось неплохо, но все перевернуло прямое вмешательство германских военных. Финляндия красной не стала.
Сразу после Гражданской на финляндско-советской границе было неспокойно. Все еще помнили два вторжения финнов на территорию Советской России. В СССР понимали, что хотя Финляндия и маленькая, но с радостью воспользуется любым внешнеполитическим шансом, чтобы откусить кусочек советской территории.
К концу 1930-х Советский Союз достаточно окреп, чтобы решать проблемы своей безопасности. Финляндия была особенно ярким бельмом. Ленинград, второй город страны, находился в каких-то десятках километров от границы. С этим надо было что-то делать.
Зимняя война, длившаяся с ноября 1939-го по март 1941-го, вскрыла множество проблем в молодой и стремительно растущей Красной армии. Но даже неопытная и страдающая от ряда структурных перекосов РККА, пусть и не без проблем, но в итоге прорвала линию Маннергейма и взяла Выборг.
Весной 1940-го финны были вынуждены с этим смириться. Но при первой же возможности заключили союз с Гитлером, предоставив ему свою территорию для ударов по Советскому Союзу. Они последовали сразу же – в июне 1941 года. Москва распорядилась нанести ответные удары, после чего Финляндия вступила во вторую войну с Советским Союзом.
Сами финны называют этот конфликт «войной-продолжением», как бы намекая, что они лишь пришли забирать свои территории у напавших на них русских. Это было не так – в реальности финские войска дошли аж до Вологодской области. При этом в самой Финляндии было немало сторонников идеи дойти до Урала, наложив лапу на советские районы, где имелось финно-угорское население. Словом, они взяли бы все, что позволили им немцы.
Сложные условия
Но размеры, население и боевая ценность Финляндии не соответствовали ее амбициям. Средний финн был хорошим солдатом для сражений в северных регионах, но по вооружению страна почти полностью зависела от немцев. Те, естественно, не спешили раздавать финнам «Тигры» и «Пантеры». Вместо этого Финляндия получала, например, штурмовые орудия на базе средних танков Pz-III. Это была хорошая «лошадка войны», позволявшая добиваться результатов, но качественно финны все равно уступали Красной армии.
Финская сторона компенсировала эти недостатки умелым использованием сложностей театра военных действий. Карельская природа с ее твердыми грунтами, каменистым рельефом, лесами и болотами хорошо подходила для обороны. Поэтому финны усиливали старые укрепления и возводили новые, создавали одну полосу обороны за другой, обучали войска и пристреливали сектора. Словом, делали все, чтобы нанести Красной армии неприемлемые потери при наступлении и удержать за собой Выборг и Петрозаводск.
После окончательного прорыва блокады Ленинграда в 1944 году и последующего отхода от стен города группы армий «Север» для Красной армии открылись возможности для удара по Финляндии. Ставка хотела треснуть финнов так крепко, чтобы вышибить их из войны.
В памяти еще были свежи первоначальные неудачи Зимней войны, поэтому к планированию операций подходили очень тщательно. Большое внимание уделялось не только стратегии, но и тактике – все цели, которые можно было разведать, были разведаны. Артиллерия должна была четко знать, куда стреляет, а не лупить наугад куда-то в лес или по квадрату с болотом. А места в тылу, куда не получалось дотянуться, тщательно фотографировались с воздуха. Это помогло определить самые слабые участки и впоследствии наносить удары именно туда.
Большое значение русские придавали маскировке. Все передвижения войск осуществлялись строго по ночам. Ленинградский и Карельский фронты, получив подкрепление Ставки, имели для наступления десять тысяч орудий – в три раза больше, чем у противника. Калибры тоже были потяжелее. Вся эта артиллерия концентрировалась для ударов, но позиции занимались скрытно. Запрещалась даже пристрелка – батареям предписывалось пользоваться таблицами для стрельбы.
Конечно, сосредоточение сил для удара было нельзя полностью скрыть. Но тут помогали демонстративные действия на других направлениях – например, на Петсамском. Враг понимал, что напротив него идет какая-то движуха. Но будет главный удар именно тут или нет, финны не знали. И им оставалось только догадываться.
Боксерская «двойка»
Вскоре этим гаданиям был положен конец. 9 июня началась мощная артподготовка и авианалеты. Артиллеристы и летчики работали по разведанным целям, размягчая оборону противника для удара.
Этот удар последовал на следующий же день. Бил Ленинградский фронт. Карельский, располагавший куда меньшими силами, ждал, пока финны бросят на Выборгское направление свои резервы.
Красная армия очень прилично натренировалась на немцах. Финнов она громила пусть и не играючи, но очень и очень уверенно. 20 июня уже был взят Выборг. Ленинградский фронт давил дальше, грозя противнику куда худшими последствиями. Этого было достаточно для того, чтобы финны начали перебрасывать все резервы с целью прикрыть дорогу на Хельсинки.
Тогда под Выборгом русские перешли к обороне. Зато 21 июня в движение пришел Карельский фронт. Основной целью был Петрозаводск, который также был освобожден в рекордные, по меркам Зимней войны, сроки – 28 июня.
Оба удара впечатлили финнов. Два крупных города были потеряны менее чем за двадцать дней. Ни о каких неприемлемых потерях и истощении Красной армии речь уже не шла. В Хельсинки были вынуждены принять советские предложения о мире – помимо признания территориальных реалий и репараций, они включали в себя и обязательства открыть боевые действия против Германии.