17 декабря в Сербии пройдут досрочные парламентские выборы. Основная их интрига заключается в том, сохранят ли президент Александр Вучич и глава МИД Ивица Дачич большинство в Скупщине и продолжит ли страной править союз возглавляемых ими блоков. С большой долей вероятности, им это сделать удастся. А потом никаких значительных изменений не произойдет, и два основных действующих лица современной сербской политики поведут государство тем же курсом, что и прежде.
А курс этот означает одно – многовекторность и сидение на двух стульях. Собственно говоря, само объявление досрочных выборов стало в значительной мере уступкой ЕС и НАТО, поскольку объявили их после протестов прозападной сербской оппозиции, которой надоело правление двух вышеозначенных «диктаторов». С другой, Вучич дал понять, что, несмотря на всё выкручивание рук, Сербия не станет присоединяться к санкциям в отношении России и признавать независимость Косово, как требует от нее Запад.
Противоречивые заявления и действия сербского президента можно перечислять бесконечно. Так, в ноябре он уволил главу внешней разведки Александра Вулина, на которого США наложили санкции. Именно его называли «главным русофилом» в руководстве Сербии. И буквально тут же Вучич подчеркнул, что его страна не собирается забывать агрессию НАТО 1999 года. Словом – за одним противоречием следует другое. И это уже местами напоминает даже не многовекторность, а раздвоение сознания.
Безусловно, в России подобное поведение вызывает плохо скрываемое раздражение. В сознании едва ли не большинства русских людей, следящих за международной политикой, Сербия – самый естественный партнер и союзник в силу исторических, культурных и религиозных причин. И именно она (больше – разве что только Белоруссия) должна больше других поддерживать Россию. Особенно если учесть, что для международного непризнания Косово Россия делает едва ли не больше, чем сама Сербия.
И тут можно припомнить Вучичу и Дачичу многое. Например, появление сербского оружия на Украине – пусть даже оно попало туда не по государственной линии, а в результате деятельности частных поставщиков. Или голосования в ООН, осуждающие СВО и другие действия России последних лет. Или, например, угрозы сербам, которые решили послужить в ЧВК «Вагнер». А уж заявлениям сербских чиновников, говоривших о необходимости присоединиться к антироссийским санкциям, вообще уже счет давно потерян.
Но в то же время явное недовольство Вучичем и Дачичем проявляют ЕС и НАТО. Им, со своей стороны, не нравится, что Сербия остается единственной страной Европы, не присоединившейся к антироссийским санкциям. И единственным государством предстоящего «балканского расширения» ЕС, которое этого не сделало. Не нравится на Западе и то, что сербские власти так и не признали Косово, которое видят самостоятельным кандидатом на членство в евроатлантических структурах. И не поставляют открыто оружие Украине, и не рвут авиасообщение с Россией…
Получается, что Вучич и его давний партнер Дачич не устраивают ни Россию, ни Евросоюз с НАТО. Однако на протяжении многих лет именно за главных «сидельцев на двух стульях» голосует большинство сербов как на парламентских, так и на президентских выборах. И одним использованием административного ресурса это не объяснишь – за выборами следят иностранные наблюдатели, которые (пусть и с небольшими оговорками) подтверждают достоверность результатов.
Просто такое положение вещей созвучно настроению большинства сербов. Примерно 85% из них хорошо относятся к России и болезненно отреагируют на то, что в отношении главного исторического друга придется вводить какие-то ограничения. Примерно столько же сербов не собираются признавать независимость Косово. Еще около 80% и слышать не хотят о вступлении в НАТО, памятуя о трагических событиях 1999 года. Можно сюда добавить, что большинство хочет увеличить поддержку Республики Сербской в Боснии, что вряд ли Западу понравится.
Вполне импонирует сербам и та часть многовекторности, которая связана с поиском других партнеров за пределами Запада. Так, огромную поддержку по поводу мирового отзыва признания Косово оказывает Китай, отношения с которым укрепили именно Вучич и Дачич. И благодаря им в страну текут китайские инвестиции. Кроме того, Сербия сблизилась с Венгрией, чей премьер Виктор Орбан стал едва ли не самым частым гостем в Белграде. А как относятся к Орбану те же Евросоюз и НАТО – говорить излишне.
Однако у медали есть и другая сторона. До полутора миллионов сербов работают в странах Евросоюза и НАТО и в прямом смысле кормят свои семьи на родине. Крупнейшими торговыми партнерами Сербии являются Германия и Италия, а их компании открывают в стране филиалы и опять же дают сербам рабочие места. Может ли Россия заменить их в этом качестве? Возможно, но вряд ли сейчас. И поэтому от Вучича и Дачича не стоит ждать слишком резких заявлений по поводу Евросоюза и НАТО. Не в том они положении.
Учитывая эти обстоятельства, противоречивость и многовекторность сербского руководства вряд ли может казаться чем-то раздражающим. Приятно бы нам было, если бы Сербия в первые же дни СВО присоединилась к антироссийским санкциям? Вряд ли. А вот прозападная оппозиция, приди она к власти, на подобный шаг наверняка пошла бы. Да, извиняясь, плача, жалуясь на обстоятельства – но пошла бы. Вучич же не присоединяется к санкциям уже полтора года. А если добавить сюда события 2014 года – и все девять лет.
И здесь для России крайне важно, чтобы пророссийские правоконсервативные силы набрали как можно больше голосов, чтобы дышать блокам вокруг Прогрессивной партии Вучича и Социалистической партии Дачича в спину. Но что мы здесь видим? На выборы идут целых четыре списка, отбирающие голоса друг у друга. И в лучшем случае только две из них имеют шанс преодолеть трехпроцентный барьер. А в сумме все они могут рассчитывать не более чем на 15% голосов. Может, пора уже нам активнее заниматься объединением своих друзей?
А вот страны Запада подсуетились и образовали мегаблок проевропейских партий «Сербия против насилия», который может рассчитывать примерно на 25%. И еще около 5% соберут в сумме прозападные партии национальных меньшинств, каждой из которых для попадания в Скупщину хватит и 1% голосов. Простая арифметика дает цифру большую, чем у сербских патриотов. А раз так – значит, они в состоянии больше поддавливать и продавливать Вучича и Дачича, нежели силы, лояльные России.
Так что сохранение большинства у нынешней многовекторной власти – еще не худший вариант. И их противоречивая линия – тоже. А чтобы колебания Вучича и Дачича были в большей степени пророссийскими, надо еще и с сербским обществом поработать. И здесь надо брать пример с Запада, который добился некоторых успехов в стране, население которой изначально настроено к нему крайне подозрительно.