Мы не знаем пока, насколько достоверными являются сообщения СМИ о том, что бывшая премьер Великобритании текстом информировала американского министра иностранных дел о некоем «сделанном деле» вскоре после террористической атаки на газопровод «Северный поток». Однако сформированная за столетия репутация этой державы такова, что поверить в правдивость данной информации совсем не сложно.
За свою внешнеполитическую историю британцы совершили столько «подвигов» сомнительного характера, что исключать их причастность к самым немыслимым злодеяниям можно только из опасений столкнуться с еще большими гадостями. И уж тем более легко представить Лондон идущим на самые крайние и экстравагантные меры, если поместить наши подозрения в общий контекст отношений России и Великобритании. А они представляют собой пример наиболее устойчивого антагонизма, существующего между великими державами последние минимум 300 лет.
Не случайно, что «англичанка гадит» стало с чьей-то легкой руки одним из наиболее устойчивых фразеологизмов для обозначения природы политики Британии в отношении российских интересов и одновременно отношения к ней в России. Оно может травмировать наблюдателя своей просторечностью. Но достаточно точно определяет суть дела и, самое главное, экономит слова, которые нужно было бы использовать для более пространных характеристик.
Британская внешняя политика действительно является одной из наиболее беспримесных в своей эгоистичности. Это, кстати, становится для нас дополнительным раздражающим фактором – Россия в международных отношениях традиционно выступает с позиций внутреннего морального превосходства, и не без причины. Мы находимся на разных концах Европы – поэтому почти никогда не имели возможности долго воевать друг с другом. Россия и Британия вызывают раздражение остальных европейцев тем, что никогда еще не терпели стратегических поражений и вообще – это две мировые державы, способные похвастаться несколькими столетиями непрерывной суверенной истории.
Сейчас традиционно вступающие в противоречие интересы России и Британии сошлись вокруг украинской проблемы. С самого начала военной фазы конфликта на этой территории официальный Лондон оказывает киевским властям всевозможную поддержку, которая, весьма возможно, идет намного дальше простых поставок вооружений. Многие даже рассматривают британцев в качестве «боевого отряда» США, присутствие которого освобождает Вашингтон от исполнения своими руками наиболее деликатных и рискованных задач в зоне противостояния. Именно поэтому в последних заявлениях России именно британская сторона указывается в качестве исполнителя или организатора нескольких громких террористических актов в отношении российской гражданской инфраструктуры или военных. И мы можем быть уверены в том, что британцы станут в свое время последними из тех, кто признает свершившимся фактом достижение Россией своих целей на Украине.
Британия ведет с Россией борьбу по нескольким причинам. Во-первых, конфликт со всеми остальными является для этой державы наиболее естественным состоянием. Даже необходимость подчиняться США и следовать их указаниям доставляет британцам серьезные душевные страдания. Не зря именно этой культуре мы обязаны появлением политической философии Томаса Гоббса, провозглашающей «войну всех против каждого» нормальным состоянием отношений между народами. Во-вторых, Лондон должен до последнего доказывать свою верность США: англичане уже столько наворотили в отношениях с Германией и Францией, что назад в Европу им дороги нет. А здесь есть шанс хотя бы немного прицепиться к американскому кораблю, который в силу своих размеров все равно не потонет. Такой исход глобального переустройства будет вполне приемлемым для державы, которая за 100 лет смогла превратиться из мировой империи в «Сингапур на Атлантике». Тем более, что Британии здесь есть что предложить – это циничная дипломатия, приличные спецслужбы и остатки вполне современных вооруженных сил.
В-третьих, чем глубже будет кризис на востоке Европы, тем хуже для Германии – традиционного врага британцев на континенте. Если и есть в мире держава, больше всех мечтающая утопить самодовольный «сумрачный тевтонский гений» в болоте экономического кризиса – то это именно Великобритания. Особенно после унижений, которым Лондон последние пять лет подвергали выступавшие под личиной Евросоюза немецкие переговорщики и лоббисты. Крах Европейского союза и его главных бенефициаров – французов и немцев – может вернуть Европу в хаотическое состояние. А здесь Британия будет чувствовать себя как рыба в воде. Особенно, если по итогам украинского кризиса получится сохранить Польшу. Агрессивность этой страны могла бы «поджаривать» германского поросенка с другого бока и одновременно причинять беспокойство России.
И наконец, внешнеполитическая настойчивость Британии – это результат ее внутреннего положения. Ни для кого не секрет, что сейчас эта страна переживает период серьезного кризиса. Самый верный его признак, который заметен тем, кто не погружен во внутреннее положение острова – это частая смена глав правительства и, самое главное, персоналии, занимающие это место. Великобритания давно не баловала глаз яркими и убедительными премьерами. С момента прихода к власти Тони Блэра в 1997 году политические идеалы или партийные ценности вообще отступили на второй план – самым важным стало удержание власти ради нее самой. Все последующие главы кабинета были фигурами техническими, включая консерватора Кэмерона, при котором страна приняла решение о выходе из Европейского союза. Совместными усилиями несколько британских кабинетов за 25 лет смогли истратить все наследие стабильной эпохи 1980–1990-х годов и не создать ничего убедительного взамен.
Но политический авантюрист Борис Джонсон, как и Тереза Мэй, все-таки были представителями истеблишмента. А вот полюбившаяся нам Лиз Трасс и сменивший ее через 45 дней очень богатый индиец – это уже не политики, а индикаторы. Индикаторы того, что в стране либо не осталось серьезных претендентов на высокую должность, либо имеющиеся достаточно умны, чтобы не занимать ее в совершенно безвыходной для национальной экономики и политики ситуации.
Складывается впечатление, что британская элита вручает формальные бразды управления страной тем, кого совершенно не жалко с точки зрения их дальнейшего присутствия в приличном обществе. Предыдущий и нынешний премьеры – это технические назначенцы, которых можно уволить без опасений создать раскол в правящей элите подобно тому, как увольняют индийских юристов и менеджеров после перехода корпораций в руки нового собственника.
Пока британскую элиту – внутри страны и во внешней политике – спасает здоровый цинизм и отношение ко всему, как к игре. Неслучайно в период переговоров о выходе Британии из Евросоюза один немецкий журналист охарактеризовал правящий класс этой страны как людей, которые «могут делать любую глупость, зная, что им за это ничего не будет». Стойкость английской нации и солидные богатства, накопленные в колониальную эпоху, пока позволяли Лондону достаточно легко выходить из всех авантюр и кризисов. Однако было бы легкомысленно считать, что такое положение будет продолжаться бесконечно.
Тем более, что вся история Британии за последние 100 лет – это движение от потери к потере: даже победа во Второй мировой войне оказалась стратегическим поражением и привела к потере огромной империи. На этом безрадостном фоне даже победа в 1982 году над третьеразрядной аргентинской диктатурой выглядела событием колоссального масштаба. Сейчас британские элиты вступили в очередную увлекательную игру, и мы не знаем, каковы будут ее итоги. Только одно является достаточно очевидным, поскольку имеет под собой глубокую историческую и культурную основу – пока существует Англия, мелкие неприятности с ее стороны нам гарантированы.