Весь этот пандемический год, а точнее, все то время, когда про вирус все поняли, а про пользу локдауна – не очень, мне было интересно – где голоса свободолюбивых рокеров? Ведь это не пионеры со скаутами были территорией свободы. Это же рок-музыка была островком анархии и свободы для каждого подростка в мире. Где это все?
Дети и подростки уже состарились вместе с рок-н-роллом, но миф вроде пока живет. Ведь даже когда кажется, что рок-н-ролл проломил все стенки, одолел весь бесчеловечный мир, заработал все деньги и заплыл жиром, как Джонни Роттен – всегда приходит кто-то вроде «Секс Пистолс» или молодого Мэнсона, на концерте которых так и ждешь, что придут менты.
Вот в 1969 году они поднимали голос против вьетнамской войны, в 71-м – за Бангладеш, в 77-м – против капитализма, в 96-м – за свободу Тибета, в 2011-м просто тупо собирали деньги бедняжке Толоконниковой, а потом – тишина.
Девочки с синими волосами типа Билли Айлиш сидят в спальнях и, отращивая задницы, что-то бубнят в микрофон. Им вторит Пол Маккартни, который боится по причине возраста дойти даже до студии Abbey Road. Где дух рок-н-ролла? Где бунт? Бунтом занимаются только какие-то антимасочники в Дрездене и получают за это по щам и в реале, и в газетах. Но во что превратился рок-н-ролл? «Мое поколение молчит по углам, мое поколение не смеет петь»? (Костян, ты где?) «Рок-н-ролл мертв, а мы еще нет»? (Где ты, БГ?)
Вы только посмотрите, что делается вокруг – буквально за год в демократических странах, гордящихся своей столетней и двухсотлетней демократией, отменили гражданские права и свободы – начиная с банальной свободы перемещений, за которую так долго и сильно макали СССР мордой в грязь. Заканчивая свободой слова, когда вступают запреты на проведение собраний и шествий, со страниц СМИ искореняется неправительственное мнение и закрывают гигантские сектора потребительской экономики – основу современного буржуазно-демократического строя.
Ой, только не надо мне рассказывать сказки, что это все делается ради блага самих людей и т. д. Все, что творилось, например, в СССР, точно так же было заботой о гражданах и защитой прекрасных идей равенства и братства. Эгалитэ, либертэ и мать их – фратерните.
Просто теперь так удобно все это делать, запугивая обывателя картинками «лучшего в мире здравоохранения» (где-то между Германией и Израилем), которое вот-вот рухнет под ударами пандемии. При этом в Германии сокращая количество коек в интенсивной терапии на двадцать процентов. Люди что-то подозревают, сидя уже год на карантине той или иной степени ГУЛАГа, но им затыкают рот и бьют дубинками на улицах. В Австрии, например, теперь ходит полиция в гражданском, чтобы ловить тех, кто не надел маску на Стефанплац в Вене и еще пяти статусных открытых исторических пространствах. Патрули с собаками, агенты в штатском, все с закрытыми мордами, комендантский час 24 часа в сутки – это правда лицо демократии? Вы не шутите?
И было мне грустно ровно до позавчера, когда 77-летний Мик Джаггер, который последний раз был enfant terrible году эдак в 68-м – и то потому что соблазнил сестру королевы Англии принцессу Маргарет, внезапно выложил видеоролик Eazy Sleazy. Созданный в привычном ныне домашнем формате – где места хватило только для Дейва Грола, бывшего барабанщика «Нирваны» – спасибо, что не Zoom. И тут мы все – и лысые, типа меня, и даже эти, с зелеными волосами, поняли, что такое натуральный рок-н-ролл.
Миллионер-рокер, уже переживший Л. И. Брежнева на два года, заступился за народы мира, стенающие под пятой локдаунов: «Глядя на графики через лупу, отменяя все концерты, футбол с фальшивыми аплодисментами, никаких больше каталогов турбюро, виртуальные премьеры, и вообще мне нечего больше надеть... колюсь вакциной, Билл Гейтс теперь течет по моим венам – контроль за разумом, земля плоская и холодная, и никогда не согреется, Второе Пришествие запаздывает, инопланетяне в Глубинном государстве». Ну и так далее – довольно яростно, кстати. Хоть кто-то сказал, что все уже задолбались сидеть в этой тюрьме народов.
Конечно, недавно был легендарный ирландец Вэн Моррисон, который спел аж две антиковидные песни – «Рожденный свободным» и «Никаких локдаунов больше», но кто помнит Моррисона – он даже не Морисси. Мик Джаггер с Гролом перевели песни протеста в высшую лигу.
А то ведь дошло до того, что приличным людям для гимна Сопротивления приходилось брать старые песни. Антимасочники распевают «Мы не примем это» (We're Not Gonna Take It) группы Twisted Sister аж 1984 года. Ее начали петь еще с американского антимасочного флешмоба Burn Your Mask. Автор – Ди Снайдер – очень недоволен. Он имел в виду подростковый протест. И вообще его аудитория всегда была подростковая. Когда рок-н-ролл еще был тогдашним тик-током. Ну а что? Мировое правительство относится к своим гражданам как к детям малым и безмозглым. Так что в этом смысле мы все опять подростки.