По сообщению британских властей, 10 июля три иранских катера попытались остановить принадлежащий Великобритании катер в Ормузском проливе. И были остановлены лишь военным кораблем флота Ее Величества.
В Корпусе стражей Исламской революции эту информацию, конечно, опровергают, однако есть все основания полагать, что катера все-таки были. Ведь у иранцев был мотив для подобного захвата (или, как вариант, демонстрации возможности захвата). 4 июля британские власти захватили возле Гибралтара иранский танкер Grace 1 – судно, по мнению Вашингтона и Лондона, везло нефть на сирийский НПЗ, а подобные поставки попадают под западные санкции. Иранцы много раз и на всех уровнях обещали ответить на подобный «акт пиратства» – собственно, вот таким образом и ответили.
Эксперты уже спорят о том, к чему приведут эти взаимные захваты. Так, в США уже заявили, что всерьез рассматривают вопрос о военном эскорте для танкеров, проходящих возле иранских границ. В акватории, которая и без того напичкана военными кораблями разных стран.
Однако все-таки главными являются не военно-материальные, а экономико-дипломатические последствия всех этих историй. Ведь они часть глобальной шахматной партии, которую разыгрывают Вашингтон и Тегеран.
Обе стороны уже убедились в том, что их противостояние вокруг иранской ядерной программы и геополитических амбиций Тегерана невозможно разрешить силовым или «временным» путем.
Соединенные Штаты могут сколько угодно угрожать иранским властям ракетно-бомбовой карой – они прекрасно понимают, что никакого удара нанести не смогут. Как минимум до ноября 2020 года, когда пройдут президентские выборы в США. В ином случае те многочисленные жертвы среди американских солдат, которые появятся после ответных ракетных ударов Тегерана по американским целям на Ближнем Востоке, обрушат рейтинг Трампа и не позволят ему переизбраться.
Поэтому Саудовская Аравия, Израиль и/или отдельные представители американских спецслужб могут сколько угодно имитировать атаки (не попытки захвата, а именно атаки) иранских судов на иностранные танкеры – Трамп не даст приказ атаковать Тегеран. Пусть даже это нежелание и будет оформлено в виде «я передумал за 10 минут до удара».
С другой стороны, иранцев нынешняя ситуация тоже не устраивает. И дело не только в том, что страна продолжает жить под санкциями.
Продолжение жесткого конфликта с Западом все-таки ослабляет в Иране те силы, которые ориентированы на большую открытость внешнему миру – то есть позиции президента Роухани и его окружения. А значит, лишает Иран возможности модернизации общественно-политического строя. Все варианты линейных ответных действий Ирана – в том числе и разрыв ядерной сделки – не решают эту ключевую проблему Тегерана. А может, в какой-то степени даже усугубляют ее.
Двигаем пешки
Именно поэтому Тегеран и Вашингтон разыгрывают многоходовые комбинации на доске, цель которых – изолировать соперника, одновременно расширив собственное операционное пространство. И полем этого противостояния является Европа.
Соединенные Штаты пытаются заставить европейцев присоединиться к кампании изоляции Тегерана, тогда как Иран хочет убедить ЕС, что в политических и экономических интересах Европы предпринять реальные шаги по спасению ядерной сделки и выполнять ее экономические условия – даже если при этом придется пойти против вашингтонского обкома.
И пока что в этой партии перевес на стороне Тегерана. Сочетав пряник с демонстрацией кнута (иранцы начали пошаговый процесс выхода из ядерной сделки), Исламская Республика все-таки убедила Евросоюз предпринять реальные шаги по защите европейского бизнеса, который хочет продолжать работать с Ираном. Страны ЕС в конце июня уже запустили долгожданный INSTEX – специальный механизм финансовых расчетов, который будет позволять европейским странам торговать с Ираном и обходить введенные против него американские санкции.
Таким образом, ЕС выполнил ультиматум Тегерана и доказал готовность защищать сделку через защиту европейского бизнеса – а значит, дальнейшие шаги Ирана по выходу из нее бессмысленны. Уже в ближайшее время должны состояться соответствующие консультации по этому поводу между иранскими и европейскими чиновниками – и вот тут происходит танкерная история.
Сначала США, используя свою британскую пешку (а Британия все еще не только член ЕС, но и участник ядерной сделки), захватывают иранский танкер. И иранцы рассматривают этот захват именно как нарушение Лондоном условий сделки. «Действия Великобритании являются нарушением их обязательств, поскольку они продиктованы позицией США и наложенными Вашингтоном санкциями на иранский нефтяной сектор и не имеют отношения к ситуации в Сирии», – говорит Мохаммад Джавад Зариф. И заключает, что «это прямое нарушение ядерной сделки».А теперь, получив логичный иранский ответ (точнее, попытку ответа) в виде дефиле катеров возле британского танкера, США получают серьезный рост напряженности, который может сорвать или как минимум серьезно осложнить ирано-европейские переговоры. Более того, не исключено, что в конце этой – начале следующей недели мы увидим новые пешечные атаки. Такова уж специфика партии – по-иному в ней американцам не выиграть.