18 мая Кабинет министров Совета Европы (куда входят министры иностранных дел или их представители от всех 47 государств – членов организации) выпустил важнейшее заявление. Он подтвердил, что все страны должны участвовать в заседаниях всех органов Совета Европы (то есть как самого кабинета министров, так и Парламентской ассамблеи) на равных правах. То есть решение о лишении России права слова в ПАСЕ, принятое в далеком 2014 году, фактически признано незаконным и несправедливым. Москву (которая после этого принципиально не участвует в заседаниях, уже два года не платит взносы в ПАСЕ и находится на пороге выхода из Совета Европы) просят срочно сформировать делегацию для участия в июньском заседании Парламентской ассамблеи. Ну и, естественно, возобновить выплату членских взносов.
Формально, конечно, России пока ничего не вернули. Сначала аналогичное решение должно быть принято в самой Парламентской ассамблее – о чем сейчас и говорят все российские политики. Однако эксперты склонны считать, что Москва дует на воду – достаточно взглянуть на итоги голосования в Кабинете министров.
Из 47 стран-членов «против» возвращения России проголосовали лишь страны Балтии, Грузия и Украина. Киев так вообще выставил Совету Европы ультиматум – постпред Украины в организации Дмитрий Кулеба пригрозил, что его страна «существенно пересмотрит объем своего сотрудничества с Советом Европы как институтом, утратившим доверие к себе». Однако ни эта угроза, ни призывы министра иностранных дел Эстонии Урмаса Рейнсалу «проявить характер» не изменили позицию остальных стран-участниц. Поэтому, скорее всего, на заседании ПАСЕ большинством голосов (возможно, не таким подавляющим, как на Кабинете министров) России вернут ее права.
Плата за хомут
Ряд российских экспертов не понимают, чему тут радоваться. И действительно, почему возвращение Москвы в ПАСЕ (а если брать шире – невыход из Совета Европы) является такой уж важной российской победой?
Да, мы теперь снова сможем выступать в Парламентской ассамблее – но вряд ли наше участие в ней станет конструктивным. Москва была, есть и, по крайней мере, в ближайшее время будет чужой для европейской семьи, этого коллективного «Евровидения» с его ультралиберальными ценностями и подспудным, историческим страхом перед российской мощью. И можно не сомневаться – в ходе заседаний ПАСЕ многие депутаты продолжат, как и раньше, огульно критиковать Россию за все, что только можно. За Крым, за отказ проводить гей-парады, за нежелание мириться с украинским нацизмом, за желание не допустить гуманитарной катастрофы в ДНР и ЛНР, за защиту Сирии от терроризма (и не только со стороны исламистских группировок). И нам придется все это выслушивать.
Кроме того, европейцы не скрывают, что возвращают Россию для того, чтобы иметь возможность влиять на ее внутренние дела. Министр иностранных дел Германии Хайко Маас прямым текстом сказал – Москву нужно оставить в Совете Европы для того, «чтобы миллионы россиян могли просить защиты в Европейском суде по правам человека». А вера в беспристрастность и объективность европейских судебных инстанций была серьезно подорвана весьма сомнительным решением Стокгольмского арбитража по спору между Нафтогазом и Газпромом (когда судьи постановили, что российская компания должна отдать украинской несколько миллиардов долларов просто потому, что у последней наступили сложные времена). Получается, что мы не только вешаем себе хомут (сброшенный в 2014-м), но и платим за его ношение десятки миллионов евро в год в форме членских взносов.
Начало конца
Все, конечно, так – однако критики не учитывают два важнейших момента. Во-первых, ПАСЕ является важнейшим форумом с точки зрения межпарламентской дипломатии. Да, одна часть депутатов способна лишь поносить Россию – однако другая готова вести с ней диалог. И если Россия будет отправлять в ПАСЕ тех народных избранников, которые умеют разговаривать, то от этого форума будет толк.
Во-вторых, (и это самое важное) возвращение Москвы в ПАСЕ имеет критическое значение в российско-европейском конфликте вокруг Украины. Это начало оформления победы Кремля.
Европа некоторое время назад уже признала бессмысленность введения санкций и прекратила вводить новые серьезные санкционные пакеты (достаточно посмотреть на вялую реакцию Евросоюза после истории с арестом украинских пограничников) – а теперь, спустя пять лет после начала конфликта, ЕС наконец-то приступил к снятию введенных санкций.Да, пока речь идет лишь о ПАСЕ – но это начало. Окно Овертона пробито, и теперь (если, конечно, Парламентская ассамблея поддержит решение Кабинета министров) России будет куда легче продавливать отмену более серьезных ограничений, введенных против российской экономики. А затем выстраивать новые отношения со странами Евросоюза – на основе сложившегося статус-кво и без учета позиций Киева. Как правильно отметил российский сенатор Алексей Пушков, «уж больно всем надоела Украина с ее вечными ультиматумами, капризами и истериками». Всему есть пределы.