Книга американского журналиста, в прошлом советника двоих губернаторов Аляски Дэвида Рамсера «Растопить ледяной занавес» (Melting the Ice Curtain), русский перевод которой в июле вышел во Владивостоке, – чтение весьма любопытное по ряду причин.
Документальное повествование с подзаголовком «Невероятная история народной дипломатии на границе России и Аляски» затрагивает времена, предшествующие продаже Аляски, и доходит до нынешних дней, становясь актуальным политическим высказыванием. Автор приводит ряд исторических сведений и собственных наблюдений, которые помогают понять особенности заморского восприятия России; спасибо ему за откровенный взгляд с того берега.
Как и почти любая книга, написанная о нас человеком с Запада, «Растопить ледяной занавес» не свободна от «клюквы» и ошибок (в качестве исключения назову удивительную по глубине взгляда книгу The Siberians канадского натуралиста Фарли Моуэта, до сих пор, к сожалению, не переведённую на русский, несмотря на ещё советскую популярность автора).
Ну, например: «В советские времена было запрещено говорить по-чукотски». А не в 1932 ли году появился первый чукотский букварь?
Но сейчас не об этом. У Рамсера, к примеру, очень интересно описана эпоха холодной войны.
Уже во второй половине 1940-х Аляска стала форпостом борьбы с «красной угрозой»: «Территория находилась достаточно близко к СССР для проведения мониторинга сейсмических аномалий, вызванных ядерными испытаниями… Это было лучшее место в Америке для проведения учений по наземному и воздушному бою в холодном климате, схожем с погодными условиями в СССР».
Писатель, автор знаменитого «Момента истины» Владимир Богомолов, после войны служивший на Чукотке, писал о своих ночных кошмарах тех лет: дюжие янки, «как саранча, как татаро-монголы, несметными полчищами… пёрли на нашу территорию».
Из книги Рамсера следует, что обитатели противоположного берега мучились ровно такими же кошмарами: «Когда я учился в начальной школе… из-за воздушных сирен мы, как собаки по свистку, бросались под парты, чтобы спастись от советских атомных бомб… Когда учитель со слезами сообщил нам об убийстве Кеннеди, мы с одноклассниками по-детски рассуждали, что, наверное, тут замешаны эти русские «комми».
Дальше – больше: «Паранойя холодной войны достигла таких размеров, что ФБР начало сверхсекретную миссию по найму и обучению аборигенов – рыбаков, охотников, пилотов и других частных лиц – для отражения возможного советского вторжения на бывшую пушную колонию России».
Программа под кодовыми названиями «Корыто» и «Корпускула» реализовывалась в 1950-х и включала два направления. Первое предполагало обучение «гражданских агентов», которые в случае советского вторжения на Аляску должны были укрыться в особых пунктах с запасами еды и одежды и оттуда радировать о перемещении захватчиков. Второе касалось содействия сбитым и раненым американским лётчикам. Вознаграждение гражданского агента доходило до 3000 долларов…
Много позже, в 1977 году, миротворица Дикси Белчер увидела на пограничном американском островке Малый Диомид большое объявление: «Если русские атакуют, сдавайтесь». У нас бы наверняка написали: «Стоять насмерть!»
Потом – перестройка и потепление. Отважная Линн Кокс плывёт в ледяной воде Берингова пролива с американского Малого Диомида на советский Большой Диомид; полярник Дмитрий Шпаро идёт в США по льду; ледокол из Владивостока «Адмирал Макаров» спасает китов, зажатых в аляскинских льдах, – и советских моряков благодарит даже столь убеждённый антисоветчик, как президент Рейган (о последней истории снят фильм «Все любят китов» с Дрю Бэрримор и Джоном Красински).
Не менее интересны сюжеты 1990-х. Показательно, что автор, которого мы можем определить как убеждённого западника и рыночника, признаёт: для России в целом, а для Севера в особенности 90-е стали катастрофой.
«Политика Ельцина… оставила экономику в руинах. Стоимость товаров взлетела, потому что правительство «отпустило» цены… На Дальнем Востоке ситуация была ещё хуже, потому что доставка продуктов и электроэнергии в отдалённые районы ухудшилась», – пишет Дэвид Рамсер.
А вот – почти сенсация. От автора мы узнаём о том, что вместо Абрамовича губернатором Чукотки мог стать… американец. Точнее, долгое время живший в СССР уроженец Берлина Вик Фишер – аляскинец, общественный деятель, экс-сенатор с российским и американским гражданствами, владеющий русским языком.
Обнаружив, что законы РФ такого хода конём не запрещают, Фишер и его сторонники решили искать финансовой поддержки как раз у Абрамовича – тогда хозяина Сибнефти и депутата Госдумы от Чукотки. Летом 2000 года олигарх, аттестованный автором как «застенчивый сирота из южной России», прилетел в Анкоридж.
«Один из самых богатых людей мира в джинсах и со своей обычной трёхдневной щетиной говорил так тихо, что я едва его слышал, и на все мои попытки завести беседу отвечал односложно. На встрече с губернатором Ноулзом Абрамович был вежлив, но так же уклончив», – пишет Рамсер.
Переговоры не удались: Абрамович Фишера не поддержал. А в декабре того же года, как мы знаем, сам стал «начальником Чукотки». Какая подводная часть у этой истории-айсберга, на каком уровне принимались решения – бог весть.
Советов давно нет, но страх перед воинственными русскими, оказывается, никуда не исчез: «Сегодня многие северные нации боятся российской «милитаризации» Арктики. Россия объявила о планах вновь открыть законсервированные советские военные базы, и её вторжения в воздушное пространство в Арктике увеличились втрое… В 2015 году Россия провела обширные арктические учения для демонстрации своей боевой готовности в регионе».
И напоследок – ещё один «момент истины». У нас до сих пор спорят о том, была ли продажа Аляски Россией Америке шагом неизбежным или целесообразным (настроения «реваншистов» отражены в известной песне группы «Любэ» 1990 года: «Отдавай-ка землицу Алясочку…»).
В книге Рамсера приводится неожиданный взгляд на этот вопрос – не русских и не «материковых» американцев, а коренных аляскинцев. Они до сих пор недовольны сделкой 1867 года. Представители коренных народов американского Севера считают, что Аляска принадлежала им и только им. А значит, Россия и США не имели права ни продавать её, ни покупать.
«Это даже затруднило запланированные мероприятия по случаю 150-й годовщины покупки Аляски в 2017 году», – пишет Рамсер. Оказывается, вице-губернатор Аляски Байрон Мэллотт, по национальности тлинкит, то есть аляскинский индеец, настоял на том, чтобы это событие было названо «ознаменованием» (commemoration), а не «празднованием» (celebration). Он заявил, что следует быть «чувствительными к реальности» и не превращать юбилей в «европоцентричное мероприятие».
Этому принципиальному парню трудно возразить.