Привычный ассортимент новогодних мероприятий в европейских школах и даже в детских садах с некоторых пор пополнился ещё одной не совсем праздничной, но ожидаемой «забавой».
За несколько недель до рождественских каникул «дорогие родители» получают по электронной почте сообщение о «тренировочной операции» под кодовым названием «Вторжение», цель которой – «спецподготовкa детей к особым чрезвычайным ситуациям, связанным с проникновением внутрь учебных заведений посторонних, способных причинить серьёзные повреждения людям или их материальному окружению».
«Упражнение по обеспечению безопасности состоит из следующих действий:
– постараться предупредить силы быстрого реагирования и вызвать помощь;
– принять защитную позу (учителям и ученикам сесть или лечь на пол);
– держаться соответственно ситуации – абсолютное молчание».
Предварительно с детьми рекомендуется провести проникновенные беседы, поясняя некоторые важные нюансы поведения в случае, когда «вторжение» уже произошло: не шуметь, не покидать своего места без разрешения учителя или того самого человека (одного или нескольких), появление которого повлекло за собой чрезвычайную ситуацию.
Детям (и взрослым) настоятельно рекомендуется не поднимать головы, не следовать взглядом за действиями незаконно проникших в школьное помещение людей и, паче всего прочего, не смотреть «вторженцам» в глаза – это может вызвать y вторженцев раздражение, тревогу или гнев и повлечь за собой непредсказуемые последствия.
«Упражнение по обеспечению безопасности» предусматривает также рекомендации родителям на случай, когда средства массовой информации оповестили мир, что ваш ребёнок с одноклассниками и учителями находится внутри школы, уже оцепленной силами необходимого реагирования, а вам остаётся только крепиться, молиться и стараться не навредить:
«– не пытайтесь проникнуть в школу, чтобы найти и спасти вашего ребёнка;
– не звоните в школу, в полицию и в скорую помощь, не занимайте телефонные линии, не мешайте спасательным группам работать, всё необходимое уже делается».
Подобные «учения» проводятся не повсеместно, а выборочно, в частных и государственных учебных заведениях, вне зависимости от их статуса или территориального положения, но исключительно по желанию и решению конкретной школьной администрации.
В типовом письме, рассылаемом дирекцией, вы ни единого раза не найдёте слов «теракт», «террорист» или хоть какое-нибудь более конкретное указание на опасность, от которой ваших детей учат защищаться.
«Вторжение» ни в коем случае не предусматривает «разжигание». Поэтому необходимо предупредить и обезопасить ваших детей с максимальной чуткостью, избегая любой возможности попасть под каток обвинений в дискриминации, например, по религиозному признаку.
«Мы рассчитываем на ваше сотрудничество, чтобы объяснить вашему ребёнку необходимость эффективного выполнения данного упражнения».
Ваш ребёнок – вы и объясняйте.
Одна моя знакомая шведкa, проживающая во Франции, именно так и сделала: рассказала своим сыновьям историю «похождений» юноши по имени Мохаммед Мера в еврейской школе города Тулузы. Юноша совершил «вторжение» во двор этой школы во время перемены 19 марта 2012 года, как скупо указывают энциклопедии, всего лишь «вооружённый тремя орудиями разного калибра». Для начала застрелил одного из учителей, пытавшегося его остановить, и двух мальчиков 7 и 3 лет. А когда перепуганные стрельбой дети бросились врассыпную, хладнокровно вытащил за волосы из-за двери спрятавшуюся там восьмилетнюю девочку и убил выстрелом в голову. По свидетельствам очевидцев, глядя ей прямо в глаза.
Эту маленькую деталь обычно тщательно замалчивают и даже затирают в «Википедии», но равно тщательно оберегают и напоминают некоторые журналисты с долгой памятью, освещавшие трагедию изначально.
Один из сыновей моей знакомой шведки добросовестно рассказал эту историю в присутствии всего класса, отвечая на вопрос, почему важно правильно себя вести в условиях неожиданного вторжения в школу неизвестных и агрессивно настроенных людей.
Его родителей пригласили к директрисе для беседы и конфузливо попросили более не информировать десятилетнего ребёнка о некоторых реалиях сегодняшней действительности. Даже если эти реалии можно спокойно найти в свободном доступе, хоть и в подтёртом для благообразия виде.
«Вы же понимаете, что мы живём в мире с особой, ещё недостаточно изученной, как бы это сказать... эпидемией», – говорила шведке директриса частной католической школы, в которую шведка (к слову сказать, атеистка) отдала своих детей.
«Нам не следует торопиться обвинять кого-то конкретного в том, что может произойти. Мы должны руководствоваться принципом, что перед возможной трагедией все равны! Кто бы эту трагедию ни устроил, понимаете? В конце концов, скоро праздники, тем более Рождество, и, с одной стороны, нужно быть готовыми, что это кому-то не нравится и кто-то может вам его испортить. А с другой стороны, нужно поддерживать праздничную атмосферу, а не усугублять тревогу ненужными обобщениями», – настаивала педагог.
И она, конечно же, во многом права, потому что прецеденты и аллегории всегда и ко всему можно найти или подогнать. Сознательно игнорируя самые очевидные в попытке «не разжигать».
Мир во время чумы не должен забывать о праздниках и отказываться от них. Он просто должен быть готов к тому, что если активно не искать средства исцеления, а лишь пробовать пассивно предохраняться, молча сидя на полу и не глядя в глаза потенциальному обидчику, «обида» распространится дальше стен нескольких учебных учреждений какой-нибудь одной, отдельно взятой европейской страны.
Поэтому методичку по необходимому поведению заложников... простите, «участников» акции захвата... извините, «вторжения», лучше всего распространить на самые отдалённые, не имеющие вроде бы отношения и не ведающие опасности территории.
Неровён, как говорится, час. Все равны, а час – неровён...