Украинский политический сезон обычно начинается со Дня независимости 24 августа, а завершается уходом Рады на каникулы в июне или июле. К концу этого цикла события идут по затухающей – много выходных, разгар огородного и начало отпускного сезона.

Минск» предполагает фактический «слив» Донбасса

В этом году, похоже, ситуация будет другой. Запад срочно требует реформ и выполнения «Минска» (летом надо решать вопрос с санкциями). После националистического переворота 1-9 мая из привычных выходных превратились в дни проявления гражданской позиции. На Востоке страны гремит канонада «гибридного перемирия». На Юге неспокойно – приходится усиливать армейскую группировку.

А тут еще скандал вокруг трудоустройства Шустера и его скоропостижное присоединение к клану голодающих (Тимошенко, Савченко, нацист Краснов). Общественность интересует два вопроса: как Порошенко осмелился покуситься на свободу одобренного Госдепом слова и какую голодовку ведет Савик – сухую или мокрую?

В общем, формирование нового правительства, завершившее парламентский кризис, отнюдь не привело к стабилизации ситуации в стране.

Давление Запада

Зрада подкралась откуда не ждали – Запад все меньше поддерживает Украину и выдвигает Киеву все больше требований. Провозглашенная Порошенко «мировая коалиция в поддержку Украины» незаметно превратилась в свою противоположность.

Тут и голландский референдум, и синхронные заявления глав дипломатических ведомств Германии и Франции относительно необходимости выполнения Минских соглашений, и голосование французского парламента за снятие с России санкций, и перенос на сентябрь заседания Европарламента по либерализации визового режима (ишака морковки лишают!) и саммита Украина-ЕС, и увязывание получения финансовой помощи с прогрессом в проведении реформ и исполнении «Минска», и намек на возможность изменения позиции Запада по малайзийскому «Боингу» (фильм ВВС), и, в конце концов, визит в Киев Виктории Нуланд.

Нуланд в этот раз печенек не привезла. Она привезла розги.

#{smallinfographicright=792195}Во-первых, речь идет об инспекции ситуации в стране, контролировать которую становится все сложнее. Новое украинское правительство – типичный для Украины продукт олигархического консенсуса. И это не может не настораживать США, да и вообще весь Запад, поскольку интересы западного и крупного украинского бизнеса несколько расходятся.

Собственно, первые действия (вернее – их отсутствие) новой коалиции подтверждают худшие прогнозы – Рада провалила важную для ЕС и МВФ реформу исполнительной службы, а также не приняла закон, по которому можно было назначить нового генпрокурора.

Правительство преданно смотрит в глаза хозяевам и без обсуждения передает в Раду значимые законопроекты прошлого правительства (например, о рынке электроэнергии, который усложняет жизнь владельцам украинских облэнерго). Но хозяева подозревают – Рада может законы и прокатить, а правительство сделает огорченное лицо и вздохнет с облегчением.

Во-вторых, от Киева требуют выполнения Минских соглашений, а именно – создания условий для проведения выборов в Донбассе (согласование и принятие закона о выборах, конституционных изменений с «особым статусом», проведение амнистии).

Эта тема очень сложна, поскольку интересы ЕС и США в этом вопросе противоположны. Первые хотят мира и завершения санкций, вторые хотят замораживания конфликта и сохранения санкций. Выполнять и отдуваться надлежит Киеву.

Как ни парадоксально, но требования к Украине у Запада единые. Расчет США состоит в том, что выполнение Киевом наиболее важных пунктов «Минска» поставит Москву в неудобное положение – сейчас она не готова к буквальному выполнению соглашений.

«Минск» предполагает фактический «слив» Донбасса – разоружение ополчения, ликвидацию республик и последующую зачистку (ибо амнистия, описанная в соглашениях и одобренная ПАСЕ, не распространяется на «военные преступления», факт совершения которых будет устанавливаться украинскими судами).

На настоящий момент такие действия Москвы не могут быть одобрены гражданами России. Потому российское руководство дает понять, что требует от Украины выполнения не буквы, но духа «Минска», включая признание народных республик, «автономию Донбасса» и другие моменты, которые в соглашениях отсутствуют и которые никакая украинская власть, наделенная хотя бы инстинктом самосохранения, принять не может.

Однако если Украина свою часть формального «Минска» выполнит, а со стороны России встречных шагов не последует (то, что решения принимаются не в Донецке и Луганске, а в Москве, является секретом Полишинеля), у США будут все основания требовать продления и даже ужесточения санкций, с чем ЕС (в лице Меркель) готов согласиться.

Обострение на Юге и Востоке

Между тем ситуация в «прифронтовых» районах Украины остается крайне напряженной.

В Донбассе нарушения режима прекращения огня и отвода тяжелой техники обеими сторонами приобрели массированный характер. Идут бои в промзоне Авдеевки (наступают ВСН) и вдоль трассы на Ясиноватую (наступают ВСУ). Используются танки и тяжелая артиллерия. Яркий пример – последнее трагическое сообщение из Еленовки, где в результате минометного обстрела с украинской стороны – новые жертвы среди мирного населения.

Ситуация настолько нестабильна, что российский президент поддержал предложение Петра Порошенко относительно вооружения миссии ОБСЕ. Правда, легко догадаться, что представления сторон о формате этой миссии существенно разнятся – Киев видит в ней разновидность миротворческого или полицейского контингента, который бы, в частности, контролировал российско-украинскую границу. Между тем и Россия, и ЛДНР такую возможность отрицают, ссылаясь на Минские соглашения.

Другая точка напряженности – юг Херсонской области, где, с подачи Киева (на самом деле – Вашингтона), формируется новое Крымское хаМство. Боевики меджлиса создают в регионе атмосферу террора (вспомним недавние взрывы в Геническе и Новоалексеевке, в которых, разумеется, были обвинены российские спецслужбы). В ответ в населенных пунктах области проводятся митинги против блокады Крыма. В СМИ опять заговорили о Херсонской народной республике…

Третья точка – Одесса, где нарастает конфликт между губернатором Саакашвили и мэром Трухановым. Первый даже потребовал ввода в город дополнительных подразделений нацгвардии для поддержания порядка. Причем эксперты полагают, что раскачивает ситуацию в городе именно Саакашвили, даже несмотря на то, что за стабильность ситуации в регионе отвечает именно областная администрация.

Тем временем приближаются 2 и 9 мая, которые грозят столкновениями между идеологическими оппонентами и повторением событий позапрошлой весны.

В общем, майские дни вполне могут быть использованы Киевом для «закручивания гаек» в южных областях под предлогом попыток дестабилизации со стороны России.

Нестабильность в Киеве

Нет, ну, допустим, скандал вокруг Шустера (в поддержку которого не выступила, кажется, только Всемирная лига сексуальных реформ, и то потому, что была распущена еще в 1935 году), скорее всего, просто рекламная акция его нового проекта. Но он довольно болезненно ударил по имиджу Петра Порошенко.

Между тем усиливается оппозиция. В парламенте «бузит» Тимошенко. В личной Петра Порошенко фракции окопались «еврооптимисты», которые вообще своим лидером видят не президента, а Саакашвили или хотя бы бывшего замгенпрокурора Сакварелидзе.

Социология фиксирует рост популярности националистов, и если попытки военного переворота еще не было, то только потому, что руководят ими Тягнибок и Ярош.

И ощущается мощное подспудное давление огромной массы Юго-Востока, оказавшейся вообще без представительства (не считать же им Оппоблок, олицетворяющий ту часть «регионалов», которые собрали евромайдан в 2013 году).

К чему это все?

Безусловно, рост напряженности на Юго-Востоке связан с давлением Запада на украинское руководство и ростом нестабильности самого политического режима, но тут возможны варианты.

Киев осознает неизбежность выдвижения Россией завышенных требований и опасается, что Запад (ЕС в основном, но может и США – если они действительно намерены прекратить конфликт) решит договориться с Россией за счет Украины.

Выполнение «Минска» как такового грозит сильнейшей дестабилизацией ситуации в стране – демонстрация слабости власти усилит давление как парламентской («Батькивщина», прежде всего) так и непарламентской (условный «антимайдан» и радикальные националисты) оппозиции. Как минимум это грозит досрочными выборами.

Украинскому руководству все равно непонятно, что делать с Донбассом. Ресурсов для зачистки может не хватить. Ведение политики национального примирения не сделает из жителей региона сторонников власти, зато приведет к потере традиционного электората.

В конце концов, выбранная Киевом экономическая модель (сельскохозяйственная колония Запада) вообще не предполагает существования Донбасса (а также Харькова, Днепропетровска, Запорожья, Николаева, Одессы…).

В общем, обострение ситуации может быть представлено как причина невыполнения Минских соглашений Киевом. При этом Запад должен будет принять украинскую точку зрения – во всем виноват коварный Путин, обстреливающий украинские войска в Донбассе и направляющий своих диверсантов в Херсон и Одессу.

Ну а «путинская агрессия» – замечательный фон для объединения всех вокруг президента (кто не объединился – пособник).

Вариант 2 – поведение Киева согласовано с США. Смысл процесса тот же самый. Результат – обвинение России в нарушении «Минска» и продление санкций. Правда, это вариант Б, поскольку описанная мною выше политико-дипломатическая игра гораздо интереснее и убедительнее.

В конце концов, даже досрочные выборы или государственный переворот вряд ли являются для США таким уж неприемлемым развитием событий.

Да, это нежелательно накануне выборов в самих США, однако кризис американской политики на Украине скорее ударит по репутации Обамы, чем по результатам выборов (насколько можно понять, американская элита выбор давно сделала, а само голосование – пустая формальность).

При этом надо учитывать – в случае досрочных выборов или переворота ситуация на Украине принципиально не изменится. Просто к власти придут более радикально антироссийские политики, что несколько сузит для Вашингтона пространство для маневра.

Но основные рычаги управления страной победившей «гидности» все равно останутся у него в руках.