Ключевые события ушедшего года нашли свое отражение в публикациях авторов рубрики «Мнения». Можно сказать, что этот рейтинг составили сами читатели газеты ВЗГЛЯД, а нам лишь оставалось выбрать тексты сообразно с вашими предпочтениями. В итоге получилась вполне наглядная картина двенадцати месяцев, непростых для России и всего мира.

Январь

Первой публикацией 2015 года, набравшей свыше ста тысяч читательских просмотров, стала колонка Егора Холмогорова «Мы должны взять свое».

Этот очень большой и обстоятельный текст, с обширными историческими и геополитическими отступлениями, предвосхитил все основные тенденции и события минувшего года.

Начался он с успешной для русских зимней кампании в Донбассе, когда благодаря взятию донецкого аэропорта и укрепленного 31-го блокпоста под Луганском удалось отбросить украинские войска от столиц Народных Республик, а затем освободить ключевой железнодорожный узел региона - город Дебальцево. Однако реальные размеры территориальных приобретений и цена, которую заплатило за них ополчение, наглядно показали, что в Донбассе закончился полный трагической динамики героический период и началась новая эпоха монотонного и рутинного противостояния в формате «ни мира, ни войны».

#{smallinfographicright=736797}И хотя многие ожидали возобновления масштабных военных действий, прав оказался Холмогоров, который еще в январе 2015-го призывал всех запасаться терпением и готовиться к долгому, изнуряющему противостоянию: «из времени решений, времени решительных действий и отважных поступков мы скатились в период вялого, тягучего, мутного и туманного времени».

Обмолвившись буквально одним коротким абзацем о состоянии европейских дел, автор прямо говорит о самоубийственной бессмысленности конфронтации с Россией, предсказав и новые, после «Шарли», теракты в Париже («не Россия отстреливает французских чертомазов»), и разразившийся в августе кризис с беженцами («скоро старушке Европе станет понятно, что у нее есть проблемы посерьезней, чем защита Украины от русских»), и операцию ВКС РФ в Сирии («не Россия выкармливает новый халифат»).

Основная идея этой статьи в том, что все эти грозные события лишь первые отзвуки начинающейся «новой тридцатилетней войны», подобной затяжным военным кризисам, сотрясающим Европу, а вслед за ней и весь мир, каждое столетие, начиная с 17-го века. России в этой войне нужно всеми силами уберечь себя от прямого столкновения с главными мировыми игроками, но, как показал замечательный русский геополитик Вадим Цымбурский, такая «блестящая изоляция» невозможна без обладания Левобережьем Днепра и северным побережьем Черного моря, т.е. Новороссией.

И именно обладание ею должно стать нашей стратегической задачей на обозримую перспективу: «Хотелось бы верить, конечно, в нашу победу, в знамена над освобожденными городами, в парады героев на мирных площадях. Но эта история на годы, может быть – на десятилетия, в глобальном смысле – на столетия».

Февраль

На фоне кровопролитных боев за превращение Дебальцевского плацдарма украинской армии в Дебальцевский котел, в ночь с 11 на 12 февраля в Минске состоялась встреча в так называемом нормандском формате. Канцлер ФРГ и президенты России, Франции и Украины обсуждали судьбу украинского конфликта. Основная идея этого формата в том, что этот кризис является внутриевропейской проблемой и он может быть урегулирован без участия США.

По горячим следам этих событий опубликовал свою небольшую колонку Олег Царев, единственный украинский политик национального масштаба, присоединившийся к восставшему Донбассу. На тот момент он занимал пост председателя парламента Новороссии – объединения Донецкой и Луганской народных республик.

Основной посыл автора в том, что минские соглашения подводят черту под спекуляциями вокруг «российской агрессии на Украине». Москва, наряду с Парижем и Берлином, становится гарантом достижения мира во внутриукраинском конфликте. По мнению автора, «первая очевидная победа российской дипломатии в том, что страна выступает в одной команде с европейским концертом по принуждению Украины к миру».

#{image=920334}Впрочем, для самого Царева подписание и реализация минских соглашений означали уход в тень. Ведь в них субъектом политического процесса не является ни Новороссия, ни даже Народные республики Донбасса, а отдельные районы Донецкой и Луганской областей Украины, требующие для себя от Киева особого статуса.

На этом фоне многие даже говорили о свертывании «проекта Новороссия». Хочется ответить на это словами Олеся Бузины, убийство которого украинскими националистами стало одним из самых трагических событий ушедшего года. Когда у писателя спросили о том, является ли Новороссия «проектом Кремля», то он со свойственной ему иронией ответил: «Если Новороссия и является чьим-нибудь проектом, то только проектом Потемкина и Екатерины Великой». А потому и свернуть или развернуть его не под силу политикам современности.

Если убийство Бузины стало самым громким политическим убийством года на Украине, то в России таковым, несомненно, стала гибель оппозиционного политика, в прошлом высокопоставленного чиновника ельцинской поры Бориса Немцова. Он был застрелен вечером 27 февраля в самом центре Москвы, у стен Кремля. Убийство произошло накануне анонсированного масштабного марша оппозиции. И, конечно же, все эти обстоятельства стали поводом для политических обвинений в адрес российского руководства.

Обозреватель газеты ВЗГЛЯД Евгений Крутиков в опубликованной по горячим следам колонке собрал первые подробности убийства, восстановив картину произошедшего. Автор обратил внимание на целый ряд странностей: убийца выпустил в спину Немцову всю пистолетную обойму практически в упор и при этом умудрился дважды промахнуться, не произвести контрольный выстрел и оставить в живых свидетельницу – украинскую модель Анну Дурицкую, романтическую прогулку Немцова с которой и прервали пули убийцы.

#{image=875403}Вместе с тем выбор места преступления, способность оказаться там в нужное время, а затем с этого места успешно скрыться, – это «слишком сложная логистика для непрофессионалов». Отсюда вывод: «сами исполнители – тот, кто стрелял, и шофер – могут действительно и не быть людьми со специальной подготовкой. С опытом – да, выстрелить человеку в упор в спину семь-восемь раз – для этого требуется некая привычка и не обязательно обучение в специализированных заведениях. А вот обеспечить всю стороннюю подготовку и технические детали могли уже и люди с профессиональными навыками».

Эти наблюдения во многом подтвердились первыми результатами расследования. Уже 7 марта директор ФСБ А. Бортников сообщил о задержании первых подозреваемых Заура Дадаева и Анзора Губашева, а в Ингушетии был задержан брат последнего. Еще один подозреваемый Беслан Шаванов при попытке задержания подорвал себя гранатой в городе Грозном. Первоначально Дадаев сознался в совершении убийства и в качестве мотивов назвал высказывания Немцова об исламе, опубликованные в заметке погибшего, посвященной расстрелу исламистами редакции французского сатирического издания «Шарли Эбдо». Однако позднее он от этих показаний отказался.

Также выяснилось, что Дадаев является сотрудником МВД Чечни, а не давшийся в руки следствия Шиванов до недавнего времени был его сослуживцем по батальону специального назначения «Север». 29 декабря Следственный комитет объявил, что заказчиком убийства является Руслан Мухутдинов, объявленный в розыск, бывший офицер того же подразделения.

Март

Самым популярным текстом месяца стала статья советника президента по вопросам Евразийской интеграции Сергея Глазьева «Основная бизнес-модель украинских вождей», посвященная плачевному состоянию экономики соседнего государства.

Интересно, что, отдавая должное коррупционным способностям украинской администрации, которую с полным основанием можно определять как оккупационную, Глазьев критикует и те рецепты МВФ, по которым «украинские вожди», не упуская своего интереса, пытаются управлять экономикой. И здесь автор уже выходит за рамки сугубо украинской темы:

«Нацбанк Украины принял решение повысить ставку рефинансирования до 30%. Поднимая ставку процента, финансовые власти страны пошли по той же дороге, что и Банк России. Последствия будут такими же: сжатие и без того малодоступного кредита, усугубление спада производства и закрепление высокой инфляции на этом же уровне – около 30%. Монетаристская политика, сводящаяся к ограничению денежного предложения, в условиях кризиса всегда и везде дает один и тот же результат – втягивание экономики в стагфляционную ловушку, сочетающую падение производства, высокую инфляцию, рост безработицы и падение доходов населения. Насколько я понял аргументацию, это требование МВФ. Оно абсолютно стандартное, основано на монетаристских догмах, широко известно как модель шоковой терапии».

#{smallinfographicright=765507}Зависимость Украины от внешних источников финансирования в этом году стала фатальной. Ради поддержки умирающей экономики этой страны МВФ пошел даже на нарушение одного из фундаментальных своих правил, допуская возможность кредитования страны, находящейся в состоянии суверенного дефолта, т.е. не способной платить по внешним займам. Речь идет о долге перед Россией, которая, как известно, у глобальных западных институтов на особом счету. Но после такого решения очень сложно будет навязывать правительствам проблемных стран (Греции, Испании, Португалии) непопулярные меры жесткой экономии.

Однако не эта проблематика, на самом деле, является главной в процитированном пассаже. Сергей Глазьев давно и последовательно критикует аналогичную политику российского правительства и российского Центрального банка.

Слухи о скором назначении Глазьева на один из ключевых экономических постов не утихали весь год, а загадочный «доклад Глазьева Путину» стал одним из самых обсуждаемых программных документов. Возможно, все это было лишь отражением чаяний консервативной и патриотической части российского общества. Однако ближе к Новому году они сменились слухами о возвращении во власть одного из, пожалуй, главных сторонников либеральной экономической и монетарной политики Алексея Кудрина.

Апрель

Одним из наиболее шумных скандалов, разразившихся в российском медиапространстве в апреле, стала история с видеозаписью выступления хореографического коллектива из Оренбурга, участницы которого исполнили фривольный танец тверк в костюме пчелок. Вслед за этим прозвучали обвинения в пропаганде педофилии и даже надругательстве над патриотической символикой (костюмы пчелок кому-то напомнили георгиевскую ленту). Делом заинтересовался Следственный комитет.

Всю абсурдность этой истории в своей пользовавшейся широкой популярностью статье показала публицист Ольга Туханина, которая наглядно продемонстрировала технологию информационного «вброса»:

«У нас часто говорят, что мы имеем перед глазами пример Украины, у нас есть теперь иммунитет, у нас такое невозможно. Что вы, что вы! Но старое видео из какой-то там провинциальной школы танцев наглядно демонстрирует, как легко и просто манипулировать нашей самой продвинутой публикой, к какому бы лагерю она ни принадлежала».

#{smallinfographicright=781990}Тема «оскорбления чувств» тех или иных групп граждан, актуальная в России еще со времен скандала с «Пуси Райот», оставалась в фокусе общественного внимания в течение практически всего года, периодически подогреваясь расстрелом французских карикатуристов, скандалом с постановкой оперы Вагнера «Тангейзер» в Новосибирске и другими аналогичными инцидентами.

Складывается устойчивое впечатление, что, с одной стороны, нас все время пытаются прощупать и «расширить» пределы допустимого, притупляя болевой порог, а с другой – подменить живое нравственное чувство сухой буквой карающего закона, даже там, где она как минимум неуместна.

Май

70-летний юбилей великой Победы 9 мая 1945 года стал одной из главных тем не только месяца, но и всего уходящего года. Не знаю, чем больше запомнится эта годовщина – грандиозной демонстрацией полностью обновленной линейки бронетехники на традиционном военном параде на Красной площади или гигантской гражданской колонной «Бессмертного полка» во главе с президентом Владимиром Путиным.

#{image=896931}И те и другие кадры облетели весь мир и в год тяжелых испытаний стали самым наглядным свидетельством боеготовности не только российской армии, но и всего российского общества.

Впрочем, ни для кого не секрет, что эта боеготовность как кость в горле для людей, которые сами себя почему-то считают либералами, а лично я, учитывая идентичность их мировоззрения и поведенческих реакций со сторонниками победившего в Киеве Майдана, предпочитаю именовать украинцами. Так вот, на 9 мая у этих псевдолибералов и неоукраинцев случился очередной сетевой припадок.

Со скоростью молнии по соцсетям разлетались фотографии с портретами ветеранов из «Бессмертного полка», выброшенных на помойку. Реакция целевой аудитории предсказуема до банальности: «Мордор! Дедывоевале! Вата! Абырвалг! Падение режима неизбежно!».

Само по себе ничего необычного в этом нет, но волна подобного возмущения имеет обыкновение по принципу снежного кома включать в себя обычных доверчивых обывателей, особенно тех из них, кто в силу личных психологических особенностей легковозбудим и подвержен манипуляциям.

Именно потому Егор Холмогоров с присущей ему обстоятельностью решил расследовать инцидент и выяснить, как так получилось, что в праздничной Москве 9 мая 2015 года нашлись люди, выкинувшие в мусор портреты солдат Великой Отечественной войны. Выводы, к которым пришел автор, неутешительны: вероятнее всего, эти плакаты были похищены и выброшены самими авторами «сенсации», чему способствовала халатность волонтеров, участвовавших в благородной акции:

#{smallinfographicright=744100}«Сборщики, свалившие плакаты как попало, действительно проявили безответственность и проглядели, в результате чего святые для тех, кто загружал их в систему, лица родных попали в руки «фотоблогеров». Постыдная, конечно, история. Для московских общественников постыдная. Но кто засовывал портреты в мусор, мы тоже понимаем, и это отнюдь не сами несшие и не общественники. То, что эти фото распространяются через платных блогеров, так называемую «независимую» прессу, притом, что везде кочуют только перечисленные нами фотографии, говорит и в самом деле о централизованной и организованной кампании».

То, что об этом громком скандале оппозиционно настроенные граждане предпочитают более не вспоминать, на мой взгляд, свидетельствует в пользу версии Холмогорова. Впрочем, грандиозность и военного парада, и мирного шествия таковы, что на их фоне от всей этой истории не осталось даже осадка.

Июнь

На фоне продолжающегося масштабного давления Запада на Россию одним из самых популярных рефренов, звучащих в публикациях, выступлениях и эфирах, является тезис о «двойных стандартах». Очередные сетования на их к нам применение уже трудно определять иначе чем «дежурные». В самой этой интонации сквозит какая-то женская обида на мужчину, про которого все давно и хорошо известно, но привязанность к нему не позволяет послать его подальше.

Еще один текст Егора Холмогорова, ставший наиболее популярным по итогам июня, посвящен обоснованию тезиса о том, что сами по себе «западные стандарты» эксклюзивны, применимы только внутри самого западного сообщества, а мера, которою меряют нас, всегда будет «двойной». Это не какая-либо устранимая ошибка, сбой системы, которую можно со временем перенастроить, а одна из фундаментальных основ западного самосознания.

#{smallinfographicright=747244}«То, что мы зовем западной «русофобией», – пишет Холмогоров, – есть не частная черта, не ошибка западных людей, а осознанное самоопределение. Запад определил себя некогда и продолжает определять до сих пор через то, что отказывается признавать саму возможность равенства и уважительного отношения к России, мало того – едва согласен признавать и терпеть сам факт ее существования». И с этим трудно не согласиться.

Все наши попытки «догнать и перегнать» автор в афористичной форме иллюстрирует таким примером: «Как только Россия прыгает выше остальных, правила игры меняются на ходу. Русский прыгун в высоту еще над планкой, а диктор уже объявляет, что это были соревнования по прыжкам в длину».

Мне кажется, что спокойное осознание и твердое принятие этой истины должно стать главным моральным итогом ушедшего года. Это позволит в дальнейшем избегать многих опасных иллюзий, и, как это ни парадоксально, может помочь в установлении с Западом приемлемых взаимоотношений в среднесрочной перспективе.

Июль

Одной из главных тем июля стал еще один сюжет, связанный с проблематикой «оскорбления чувств». Причем на этот раз оскорбленными себя чувствуют сразу обе стороны дискуссии. Московское правительство предложило переименовать станцию метрополитена, носящую имя Войкова, большевика, принявшего активное участие в убийстве царской семьи. Тех, кто отождествляет себя с «Россией, которую мы потеряли», коробит факт, что посреди столицы красуется имя детоубийцы. Тех, кто отождествляет себя с «рожденными в СССР», оскорбляет сама мысль о «декоммунизации».

Одной из первых публикаций в развернувшейся дискуссии стала статья правозащитницы Натальи Холмогоровой «Нужно переименовать «Войковскую». Вынесенная в заголовок фраза говорит сама за себя: автор – сторонник смены названия. Честно говоря, мне сложно предположить, что можно противопоставить такому аргументу:

«Можно по-разному относиться к «красному проекту», но невозможно по-разному относиться к убийству ребенка. Можно спорить о роли Николая Второго в истории, о том, мог ли он предотвратить революцию и не был ли «сам виноват» в своей участи; но невозможно спорить о больном мальчике, которого отец несет на руках навстречу смерти. Оплакать убитого ребенка и без всяких отговорок и умолчаний осудить его убийство – это не то, что нужно ему. Ему уже все равно. Это то, что нужно нам, чтобы предотвратить новые убийства». 

В окопах Славянска, Горловки и Саур-Могилы плечом к плечу сражались с врагом сегодняшние «белые» и «красные

Дискуссия, развернувшаяся вокруг темы переименования, быстро переросла локальный масштаб московской топонимической проблематики и наглядно показала, что спустя почти сотню лет с начала Великой Русской революции общество по-прежнему несет на себе следы незаживающих шрамов гражданской войны. Несмотря на то, что лично я также считаю убийство семьи последнего императора одним из самых жестоких преступлений большевиков, тем не менее развернувшуюся словесную баталию наблюдал скорее с сожалением, чем с азартом.

Дело в том, что она послужила верным признаком разрушения «Крымского консенсуса», вылившегося затем в массированную поддержку российским обществом войны за освобождение Новороссии. Там, в окопах Славянска, Горловки и Саур-Могилы, плечом к плечу сражались с врагом сегодняшние «белые» и «красные», а политические и идеологические предпочтения были последним, что волновало вовлеченных в эту борьбу русских людей. Именно этот консенсус и стал залогом того, что не только общество, но и государство в России поддержало справедливую борьбу народа Донбасса и в меру своих на самом деле по-прежнему скромных возможностей встало на его сторону.

И вот теперь по такому необязательному на сегодня поводу этот консенсус на глазах давал трещину. Под текстом Натальи Холмогоровой были помещены кнопки для голосования. Мнения разделились: 502 читателя поддержали моральные аргументы и основанное на них требование автора, 445 – нет.

Август

Последние два года вернули нас в те блаженные времена, когда главной «всероссийской» здравницей был Крым. Во-первых, он снова наш, во-вторых, теперь не с нами, а против нас Турция, а заодно и египетские «Братья-мусульмане*», ну и, в-третьих, совсем не располагает к дальним странствиям стремительно похудевший относительно мировых резервных валют рубль. Так что и здесь, как и во всех прочих экономических сферах, теперь не обойтись без импортозамещения. Так чему же должен быть посвящен самый популярный текст самого отпускного месяца в году? Конечно же, Крыму!

Антон Крылов начинает свой текст с признания: «Я езжу в Крым ежегодно, начиная с 1994 года». И на этом фоне предлагает читателям панораму жизни полуострова после того, как схлынула победная эйфория 2014 года (когда, по его словам, с крымчанами наконец «стало возможно общаться на содержательные темы»). Как говорится, «скажи мне, чей Крым, и я тебе скажу, кто ты»:

«Россия никогда не откажется от Крыма. И, с другой стороны, даже в случае крайнего недовольства крымчан работой чиновников лозунг «Назад, в Украину» никогда не будет поднят, несмотря на все усилия прокиевских пропагандистов. Любой, утверждающий обратное, или лжец, или никогда не был в Крыму».

#{smallinfographicright=757822}Несмотря на уход эйфории, в 2015 году Крым по-прежнему оставался в фокусе внимания общества и СМИ. Но теперь сюжеты возвращения в родную гавань сменились проблематикой обустройства у ее причалов: это и громкие аресты высокопоставленных чиновников крымского правительства, и столь неожиданные для российской аудитории дискуссии крымского лидера Сергея Аксенова с силовиками и федеральными чиновниками, а главы севастопольского ЗАКСа Алексея Чалого с севастопольским губернатором Сергеем Меняйло. Многие наблюдатели восприняли все это как проявления ставшей привычной для крымских элит украинской политической культуры.

Пожалуй, со времен БАМа ни одно строительство инфраструктурного объекта не привлекало столько внимания, как возведение коммуникаций, призванных связать Крым с Большой землей: автомобильного, железнодорожного и энергетического мостов. 

Наконец напомнила о себе и Украина, обесточив полуостров руками экстремистских банд. В последний день 2015 года пришла необычная новость: президент Путин распорядился провести в Крыму и Севастополе опрос общественного мнения и выяснить, согласны ли граждане потерпеть временные неудобства либо согласиться на контракт на поставки электроэнергии, в котором Крым будет де-юре обозначен как часть Украины. Думаю, что каждый, кто прочитал августовский текст Антона Крылова, без труда предугадает его результаты. 

А в завершение еще одна цитата, на которую стоит обратить внимание всем чиновникам, имеющим отношение к полуострову: «если уж мы поднимаем на флаг лозунг Крыма как нашей «сакральной земли», то и относиться к благоустройству этой земли надо так же, как евреи обустраивали свою обетованную землю после создания государства Израиль». 

Такого подхода Крыму пока явно не хватает.

Сентябрь

Пока в Крыму отдыхающие отдыхали, а крымчане не покладая рук трудились над обеспечением этого отдыха, в Донбассе напомнила о себе война. Именно в августе минувшего года регион вновь оказался на пороге разрыва хрупкого перемирия. И тем, кто выступил в Минске его гарантами, сохранение мира стоило серьезных усилий.

Впрочем, в самом Донбассе эта ситуация смотрится несколько иначе. Главная проблема молодых республик – неопределенность. Зависнув между миром и войной, между Украиной и Россией, несколько миллионов человек не понимает, чего им ждать от будущего. Но особенно тревожно, что такого понимания не прибавляется у тех, кто встал в авангарде перемен, у тех, кто взял в руки оружие.

Написанная ополченцем Святославом Голиковым статья «Люди перестают понимать, за что они воевали» именно об этом. Это очень горький, тяжелый, но честный текст. И от переполнивших интернет стонов о «сливе» он отличается тем, что написан человеком, видевшим эту войну не с дивана, а из-за бруствера. Нелегко было читать этот текст и мне, человеку, прожившему в Донецке последние полгода и, словно по совету Святослава, в том самом сентябре забравшего туда с собой жену и маленькую дочку.

#{image=902228}Популярность этого текста говорит сама за себя, несмотря на все внутренние проблемы, очень и очень многих в российском обществе искренне волнует судьба Донбасса. Не может не вгонять в уныние печальная судьба таких харизматичных народных командиров, как убитый 23 мая комбриг Алексей Мозговой и убитый совсем недавно, 12 декабря, казачий атаман Павел Дремов, яркий образ которых заставил очень и очень многих поверить в Новороссию, жертвовать на ее борьбу свои силы, свои средства, свою кровь и свои жизни.

Вывод, который сам автор называет «наивно-банальным», таков: «С людьми надо разговаривать, им надо объяснять, что происходит, для чего делаются те или иные вещи, причем четко и внятно». 

Если говорить более привычным мне технологическим языком, то главная проблема сегодняшних республик – это проблема коммуникации, прямой и, главное, обратной связи между теми, кто принимает и исполняет решения, и теми, чья повседневная жизнь от этих решений зависит. И это именно то, чем я и мои коллеги занимались в Донбассе эти полгода.

А в этой сфере никакого велосипеда изобретать не нужно – научные социологические исследования и публикация их результатов, свободные и представляющие различные точки зрения СМИ (естественно, это не касается СМИ украинских), свободное широкое народное представительство и политическая конкуренция (это, опять же, не про украинских политиков), гражданское общество (не путать с грантоедами, его профессионально имитирующими). Всего этого сегодня очень не хватает Донбассу. А со всем остальным там, поверьте, не все так плохо, а во многом даже и хорошо.

Октябрь

Самый популярный текст этого месяца подтвердил, Россия по-прежнему самая читающая страна. Согласитесь, логично было бы ожидать, что в октябре-то все кинулись поглощать информацию из Сирии, где 30 октября началась операция Воздушно-космических сил России. И об этом действительно читали.

Но тем не менее наибольший интерес в октябре вызвал текст Егора Холмогорова, посвященный, на первый взгляд, совершенно мирной теме – «Вручена Нобелевская премия по нелитературе». Впрочем, престижная награда белорусской писательнице Алексиевич стала только поводом для поднятия куда более серьезной темы, а именно перспектив российско-белорусских отношений.

С наградой все вполне прозрачно. Холмогоров констатирует ее сугубо прикладной, политический смысл, далекий от собственно литературных сфер. Нобелевским комитетом «формируется некий морально-гуманитарный авторитет «европейского образца».

Куда сложнее с отношениями. Двусмысленная позиция Лукашенко в вопросах режима продовольственных контрсанкций, строительства в Белоруссии новой авиабазы ВКС РФ, выхода из режима свободной торговли с Украиной и т.д. на фоне все возрастающей популярности гуманитарных идей белорусских националистов вызывают серьезную тревогу.

Как отмечает автор, «флирт Лукашенко с Западом заходит все дальше, антироссийские жесты и пропаганда становятся все более часты, отмежевание от «русского мира» и стремление переоформить Белоруссию в наследницы Великого Княжества Литовского – все более напористы».

#{smallinfographicright=740693}Глядя на эти процессы, невольно узнаешь Украину времен первого президентского срока «пророссийского» Леонида Кучмы. Точно такой же дружественный «режим» и точно такое же показательное равнодушие Москвы к гуманитарной проблематике.

Равнодушие, обернувшееся на 90% русскоязычным полком МВД Украины «Азов», укомплектованным на базе харьковских и днепропетровских неонацистов, к которым их российские и белорусские коллеги уже ездят перенимать передовой опыт борьбы за чистоту нации и против «Московской империи».

Ноябрь

Главной темой минувшего ноября стал международный терроризм. З1 октября на Синае рухнул лайнер с туристами из Санкт-Петербурга, возвращавшимися с популярных египетских курортов. И хотя власти были очень осторожны в комментариях о причинах катастрофы, последовавшая за ней экстренная эвакуация оставшихся туристов и прекращение регулярного авиасообщения с Египтом сразу же давали понять, что дело не в технических проблемах воздушного судна компании «Когалымавиа».

#{smallinfographicright=771531}А спустя две недели мир потрясла серия терактов в Париже и последовавшие за ними спецоперации во Франции и Бельгии. Размеренный Брюссель вообще несколько дней прожил в режиме, который англоязычная пресса определила как «блокаут» – не работал надземный и подземный транспорт, школы, вузы, отменены все общественные мероприятия, на улицах армейские патрули. И деталь, которая задела лично меня – десантники в масках. Посреди родного города, на собственной земле, простые солдаты, а не засекреченные сотрудники спецподразделений, прячут от прохожих лица. Страх.

В этой ситуации казалось, что Запад наконец-то одумается и отбросит ненужную конфронтацию с Россией ради победы над общим врагом – глобальным террором. Так, как это было 70 лет назад. Именно этим оптимизмом пронизан текст Сергея Худиева «Они поняли, что натворили». Само название статьи отсылает к широко разошедшейся путинской остроте, произнесенной на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Тогда, долго перечисляя пагубные последствия вмешательства Запада во внутренние дела ближневосточных, североафриканских и восточноевропейских стран, президент России обвел присутствующих взглядом и произнес, явно обращаясь к элитам Запада: «Вы хоть понимаете теперь, чего вы натворили?».

Сергей Худиев ответил за них утвердительно. «Совсем недавно, – пишет автор, – самым напряженным и опасным казалось противостояние России и Запада на Украине. Но после крушения российского самолета и атаки на Париж картина стала яснее. Трагедии изменили наши отношения с партнерами». Судя по популярности этого текста, подобные надежды оказались близки и очень многим читателям.

#{smallinfographicright=779305}Действительно, нельзя сказать, чтобы не было некоторого потепления между Европой, особенно подвергшейся нападению Францией, и Россией. Однако каких-либо очевидных плодов этого потепления еще не видно. Санкции продлены. Украина все так же неадекватна. В Прибалтике наращиваются силы НАТО. В самой Франции наиболее дружественный к России Национальный фронт Марин Ле Пен проиграл региональные выборы.

И завершением этого всего стал акт неприкрытой агрессии со стороны Турции, члена Североатлантического альянса, сбившей 24 ноября российский бомбардировщик Су-24. Никакой гневной отповеди западного сообщества она не встретила. Так что, на самом деле, трудно судить, что именно они там поняли, и мы смело можем продолжить цитату Путина: «Боюсь, что вопрос этот повиснет в воздухе».

Декабрь

Тема украинского кризиса вот уже два года как не сходит с первых полос российских изданий. И хотя уже слышны голоса, что от нее накопилась усталость и ею перекормили, неумолимая статистика свидетельствует об обратном. К немалому моему удивлению самым читаемым текстом отдела «Мнения» в декабре стала моя колонка «Так что на самом деле сказал украинцам Джо Байден». Эта публикация стала небольшим герменевтическим расследованием, призванным прояснить, каких же шагов от украинской власти в процессе выполнения минских соглашений ждут в США. Выяснилось, что американский вице-президент действительно призывал украинцев не бояться федерализации.

«Человеку, выросшему в рамках русской политической культуры, для которой внешнеполитический суверенитет является высшей непререкаемой ценностью, практически невозможно понять реакцию украинцев на визиты высокопоставленных американских чиновников. Не понять, как можно не замечать кадров, на которых в присутственных местах эти чиновники сидят во главе стола, когда над этими местами вместо жовто-блакитного вывешивают звездно-полосатый, когда они оглашают послания к тамошнему законодательному собранию.

Человек русской политической культуры видит во всем этом исключительно знаки унижения и не понимает, до какой степени можно было револьвировать национальное достоинство, чтобы эти унижения с нескрываемым удовольствием сносить».

На этом, я думаю, можно и закончить.

А мне остается только пожелать читателям в новом году побольше интересных и актуальных текстов, а всем нам твердо держаться на ногах и крепко держаться за суверенитет. Впереди нас ждет серьезный шторм.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ