На Украине нет традиции вносить корректировки в политический курс по итогам местных выборов. Объясняется это различной мотивацией избирателей – если на парламентских выборах постепенно увеличивается роль партийного фактора, то на местах выбирали, как правило, «крепких хозяйственников», не глядя на их политическую ориентацию.
С уверенностью говорить, кто именно в украинском политикуме относится к «партии мира», а кто – к «партии войны», нельзя
На выборах 2015 года ситуация изменилась, прежде всего благодаря введению пропорциональной системы и усилению роли партийности кандидатов на выборах мэров крупных городов (раньше политический фактор был заметен только в Киеве).
Правда, лидеры гонки «не заметили», что система стала пропорциональной, и агитировали за своих кандидатов в округах, а не за списки, в результате чего средства на агитацию были выброшены впустую – рейтинги основных партий по сравнению с предвыборными опросами не выросли (обычно растут).
Несмотря на это обстоятельство, некоторые тенденции в голосовании могут быть экстраполированы на национальный уровень. В первую очередь это касается судеб коалиции и соотношения условных «партий» мира и войны в украинской власти.
Результаты выборов
Общенациональный рейтинг партий, по данным ЦИК, был подсчитан социологической группой «Рейтинг» по формуле: сумма голосов, поданных за партию на выборах в областные советы, Киевсовет, городские и районные советы в Донецкой и Луганской областях / общее число голосов, поданных за местные организации политических партий.
Первое место занял Блок Петра Порошенко «Солидарность», получивший 19% голосов. Так же как и на парламентских выборах прошлого года БПП шел на выборы вместе с УДАРом Виталия Кличко.
Тогда они получили 22%. Кроме того, в список были включены кандидаты от партии Арсения Яценюка «Народный фронт», который из-за рейтинговой катастрофы от участия в выборах отказался. В прошлом году НФ получил чуть больше 22%, обогнав БПП на 0,3%. Куда делись эти голоса, можно только догадываться (примерно половина точно отошла к нынешним радикалам – УКРОПу, «Свободе и другим).
На второе место вышла «Батькивщина», занявшая на прошлых выборах только шестое место. Сейчас ее результат – 12%, в прошлом году – 6%.
Третье место занял «Оппозиционный блок» с результатом 12% против 9% в прошлом году. Надо, однако, отметить, что выборы не состоялись в нескольких городах Донбасса (самый крупный – Мариуполь), в которых проживает примерно полмиллиона избирателей (1,4% от их общего числа). Безусловно, в выборах приняла бы участие только малая часть этих избирателей, но и их могло хватить для того, чтобы опередить «Батькивщину».
Средства на агитацию были выброшены впустую (фото: Стрингер/РИА Новости)
|
Пятое место заняла Радикальная партия Ляшко с 7%. В прошлом году она немного недотянула до 7,5%.
Шестое место принадлежит «Свободе» с 7%. В парламент она не попала, недотянув 0,3% до преодоления 5% барьера.
Далее следуют новые политические проекты – «Возрождение» (5%), «Наш край» (5%) и УКРОП (7%), которые в прошлогодних выборах не участвовали. При этом «Наш край» отказался от выборов в двух регионах, а «Возрождение» – даже в десяти (проект реализовывался по схеме своеобразного политического «франчайзинга» и состоялся только там, где нашлись команды, готовые в нем работать).
Соотношение «партий»
С уверенностью говорить, кто именно в украинском политикуме относится к «партии мира», а кто – к «партии войны», нельзя. Например, в БПП есть депутаты, которые твердо стоят на платформе мирного урегулирования, но значительная часть (если не большинство) тяготеют либо к войне до победного конца, либо к промежуточным сценариям (вроде «боснийского», который прямо пропагандирует глава фракции Юрий Луценко). Да и сам Порошенко, говоря о том, что минским соглашениям нет альтернативы, имеет в виду что-то только ему понятное.
Формально из нынешних лидеров местных выборов к «партии мира» (т.е. к числу сторонников реализации минских соглашений) относятся БПП, «Оппоблок», «Возрождение», вероятно, «Наш край». Всего – около 40% избирателей.
К «партии войны» можно уверенно отнести РПЛ, «Свободу» и УКРОП – около 20%.
Позиции «Самопомощи» и «Батькивщины» (еще около 20%) неопределенные – первая вообще воздерживается от определенных суждений на общеполитические темы (но ближе к «партии войны»), а вторая ориентируется на мнение избирателей, которые, в основной своей массе, против продолжения войны.
В целом, как можно судить, сейчас у обеих основных «партий» состояние равновесия, что, по-видимому, отражает состояние общественного мнения – для граждан война на Востоке является основной проблемой и они хотели бы ее быстрее закончить, но ведь мир достижим не только переговорами, но и военной победой…
Судьба коалиции
На прошлых выборах партии коалиции (НФ, БПП, «Самопомощь», РПЛ, «Батькивщина») получили 68% голосов (60,6% – без РПЛ, которая из коалиции вышла). Естественно, расстановка сил в парламенте несколько иная за счет мажоритарной составляющей, по которой избиралась половина его состава. Однако в целом коалиция составила немногим более 300 депутатов, что примерно соответствует 67%.
Если бы нынешние результаты отражали расстановку сил на парламентских выборах, то коалиция в составе БПП, «Самопомощи» и «Батькивщины» получила бы примерно 37-40% голосов (нужно более 50% для создания коалиции и 67% для создания квалифицированного большинства, способного вносить изменения в конституцию). Пришлось бы выкручиваться либо за счет мажоритарной составляющей (она, скорее всего, останется – нынешний эксперимент с «открытыми списками» можно считать неудачным), либо за счет расширения коалиции.
«Наш край» является технологическим проектом администрации президента и в коалицию войдет, но на ее численности это значимым образом не отразится (вообще, на парламентских выборах этот проект, носящий четко регионализованный характер, вряд ли покажет хорошие результаты).
Включить в коалицию «Оппозиционный блок», скорее всего, не получится – тогда выйдет «Самопомощь» (не забываем, что в основе своей партия галичанская, то есть – националистическая, хотя ярко этого качества и не проявляет) и, вполне вероятно, «Батькивщина».
РПЛ и «Свобода», чьи представители в последнее время подверглись репрессиям со стороны власти, также вряд ли так уж просто забудут обиду. Договориться с ними будет очень непросто. Хотя именно в таком формате удалось бы сосредоточить выше 50% (но менее 67%) голосов электората.
Также не войдет в коалицию и УКРОП, что объясняется конфликтом между президентом Порошенко и группой «Приват».Положение «Возрождения» неопределенное. С одной стороны, считается, что этот проект связан с «Приватом» и, таким образом, должен находиться в оппозиции. С другой стороны, он состоит из людей, ассоциированных в прошлом с ПР, а значит, может войти в коалицию. Правда, «Возрождение» не может компенсировать ни недостаток голосов, ни уход «Самопомощи» и/или «Батькивщины» (если «Возрождение» пойдет в коалицию вместе с «Оппоблоком»).
В конце концов, результат партии на национальных выборах принципиально непредсказуем – нынешний шоковый результат достигнут в основном за счет голосов Харькова, где список возглавил необычайно популярный мэр Кернес.
Пока что трудно себе представить иную коалицию, кроме той, которая существует сейчас, или даже еще более воинственной. Умеренная коалиция с участием «Оппоблока», по-видимому, невозможна, как и радикальная коалиция, в которую не вошел бы даже БПП.
На этом фоне не удивительно, что Россия продолжает настаивать на реализации минских соглашений: они не только вернут в политическое поле Украины несколько миллионов граждан, неоднозначно относящихся к киевской власти, но и создадут пространство для появления оппозиционных политических проектов.
Это не только «смягчит» политический «климат» Украины (хотя количество конфликтов увеличится), но и позволит вывести страну из политического тупика, вызванного несоответствием нынешней структуры парламента (и вообще – политикума) ожиданиям людей.
Другое дело, что Минск отчетливо «буксует» даже уже достигнутые успехи – прекращение огня и отвод вооружений под вопросом…