Пожалуй, нет государств, которые бы не уделяли внимание самопиару и не отслеживали бы настроения своих и чужих подданных – понимают ли люди, как здорово, что есть на свете родная страна.

Нынешняя Америка все чаще переходит в глухую оборону и пакостит по-мелкому

Как и любой живой коллектив, государство не может не беспокоить ответ на вопрос, зачем оно, кому оно нужно. От этого зависит срок жизни всякой державы, от великой до ничтожной. Там, где ответ становится неочевиден (например, на Украине), появляются альтернативы (республики Новороссии).

Тем удивительнее наблюдать разворачивающуюся на наших глазах трагедию. Похоже, проблему целеполагания обнаружили сами у себя в том государстве, от которого этого меньше всего можно было ожидать – в США. Оказывается, американцы крайне склонны к красивой визуализации – без нее им сложно обрести уверенность в том, что они правы.

Это началось не сегодня и не вчера. Знаменитый рисунок 1754 года Бенджамина Франклина Join or die («Объединись или умри») стал презентацией обществу идеи союза Тринадцати колоний, предтечи Соединенных Штатов как таковых. Все дальнейшие этапы становления этой великой страны также буквально пронизаны символикой.

Супердержаве номер один хочется по-прежнему ощущать себя первой (фото: Kevin Lamarque/Reuters)

Худо-бедно этот символизм по-прежнему работает даже в тех случаях, когда само время выхолащивает его, делая если не забавным, то как минимум странным. Вряд ли, например, американцы задают себе вопрос, как так вышло, что с высадки астронавтов «Аполлона-17» на Луну в 1972 году там за последующие 40 с лишним лет не побывало больше ни одного живого организма.

Зачем были потрачены тогдашние 25 миллиардов долларов (приблизительно 145 миллиардов в нынешних деньгах)? Президент Джон Кеннеди открыто объявил: необходимо догнать и перегнать СССР в космической гонке. Перегнали или нет – вопрос для специалистов открыт до сих пор, однако нация не сомневается: да, надо было.

За эти миллиарды она купила себе символ – и уверенность. И не беда, что отсутствие аналогичных полетов в последующие полвека исчерпывающе характеризует и обесценивает в ноль то, что было потрачено на «Аполлон», если смотреть с научной точки зрения. Главное, как сами американцы оценивают решения своего руководства.

Но чем больше внешний мир проявляет самостоятельности, тем сильнее супердержаве номер один хочется по-прежнему ощущать себя первой. Чем чаще соперничающие державы щелкают заокеанского гиганта по носу, показывая, что у того все меньше оснований для распальцовок, тем обиднее становится гиганту.

То Россия вопреки воле США отбомбится по ИГИЛ* через три границы, то Китай в своей главной партийной газете «Жэньминь Жибао» примется без стеснения высмеивать с таким трудом сколоченное США Транстихоокеанское партнерство (ТТП). То Иран устами аятоллы Хаменеи фактически плюнет на общение с США по поводу снятия санкций, обосновав это тем, что переговоры «не приносят никакой пользы». И даже верные европейские союзники Штатов порой отбиваются от рук.

Вряд ли можно винить все эти страны в немотивированной дерзости. Это их закономерная реакция на все более неадекватные пассажи самого Вашингтона. США все более откровенно отвергают негласный политес и не просто суют нос в любые международные и внутренние дела других стран (к этому мир, увы, привык), но и стали комментировать их по-хамски, просто не оставляя странам-оппонентам выбора ответного тона.

Как прикажете реагировать, оставаясь в рамках элементарных приличий, на комментарии нынешнего президента США, не говоря уж об одаренных генералах Пентагона с не в меру развязавшимися языками?

То у них Россия «с разорванной в клочья экономикой», то они КНР «не могут позволить писать правила глобальной экономики, а напишут их сами», то Обама принимается злорадствовать насчет «слабости Путина» в Сирии и говорит откровенные глупости: «Иран и Асад составляют коалицию Путина, остальная часть мира составляет нашу». Кого президент США, собственно, уговаривает?

Волей-неволей согласишься с Хаменеи: описанное не просто дурно выглядит, оно прежде всего не несет пользы. США сами опускают себя на базарный уровень, делая невозможным диалог на высшем. А нет диалога – нет и его возможных плодов. Путин сформулировал описанное изящнее: «Я не считаю себя вправе давать оценки президенту Соединенных Штатов. Это дело американского народа».

Что случилось с Америкой? Многие эксперты склоняются к мысли, что дело в теряющей адекват администрации Барака Обамы. Дескать, почва уходит из-под ног нобелевского лауреата, США стремительно утрачивают лидерство, вот он и нервничает.

Нельзя не заметить, что Обама попросту выбалтывает сокровенное, то, о чем думали и предшествовавшие администрации.

Проблемы дефицита доверия стали ощущаться США со времен Вьетнамской войны. Это легко отследить, например, по названиям боевых кампаний вооруженных сил США. Если раньше, до Вьетнама, они именовались просто кодовыми фразами, без пропагандистской составляющей, то с 1965 года косяками пошли операции типа «Пылающее копье», «Раскаты грома» или «Порывистый ветер».

К 1980-1990 годам Пентагону уже перестало хватать мощи названий типа «Орлиный коготь» (спасение заложников в Иране) или «Вспышка ярости» (вторжение на Гренаду). В ход пошло явное вранье, например, операция «Правое дело» (вторжение в Панаму) или «Поддержка демократии» (вторжение на Гаити). Стала цениться и эпическая сила, вот эти бесконечные «Неукротимые смерчи неотвратимого сокрушительного возмездия».

Правда, в восхвалении мощи Америки пентагоновские поэты со временем ощутили конкуренцию со стороны богов – в буквальном смысле. Так, операция «Безграничное правосудие» (месть за теракты 11 сентября) стала именоваться «Несокрушимой свободой», поскольку первый вариант, как выяснилось, потенциально мог оскорбить мусульман, убежденных, что безгранично правосуден может быть лишь Аллах.

В последнее время внешним наблюдателям становится очевидна деградация пропагандистского арсенала Штатов. А главное – там пропало желание, исчез запал.

Совсем недавно тот же Голливуд еще мог снимать ура-эпопеи типа «Дня независимости» или «Спасти рядового Райана», но и киношники потихоньку склоняются к, скажем прямо, критическому реализму. Рубежными, наверное, можно считать фильмы «Красота по-американски» (1999) и «Искусственный интеллект» (2001) – горький, не оставляющий надежды приговор разлагающемуся обществу.

А когда враги уж очень наседают, нынешняя Америка все чаще переходит в глухую оборону и пакостит. Так, точно ко времени речи Путина на 70-й сессии Генассамблеи ООН Вашингтону вдруг срочно потребовалось созывать сенсационную пресс-конференцию NASA и сообщить на ней об обнаружении воды на Марсе.

Не беда, что эти данные были опубликованы несколько месяцев назад в журнале Nature, да и сам факт не новость. Никто из журналистов не задал вопрос об уместности события, зато и Би-би-си, и Си-эн-эн, и Euronews начинали свои информационные выпуски не с Путина, а с Марса.

Разве что политолог Вячеслав Никонов отважился сложить два и два и публично высказать версию о намеренном перебивании новостной повестки дня. Пока еще никоновская версия вызывает у части либеральной общественности смех: да быть такого не может, чтоб пышущая здоровьем Америка так опустилась! Сколько времени пройдет до массового осознания очевидного?

США слабеют и чувствуют это. Чем больше попыток закрасить отваливающуюся тут и там штукатурку предпринимает их власть, тем стремительнее нарастают сомнения в ее реальной мощи – и этой власти, и этой Америки. И тем заметнее становятся рубцы от новых и новых все более радикальных пластических операций на ее теле.

Никто не знает, как скоро и как именно закончится история США. Но уже сейчас мы понимаем, почему оно произойдет. Причину сформулировал (правда, по другому поводу) Булат Окуджава.

Вселенский опыт говорит,

что погибают царства

не оттого, что тяжек быт

или страшны мытарства.

А погибают оттого

(и тем больней, чем дольше),

что люди царства своего

не уважают больше.

Собственно, когда это станет очевидно всем американцам, уже не столь важно. По историческим меркам, видимо, скоро. И радостного в этом нет ничего, ведь оно будет означать провал еще одной попытки человечества построить счастливое общество.

А Россия? Она переживет.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ