Сноуден не моден. Как ни странно, новая партия разоблачительных материалов бывшего аналитика АНБ США недолго продержалась среди топовых новостей, уступив место санкциям, Донбассу и страстям по «Шарли». Неужели сенсации от «Гардиан» и «Шпигель» больше никого не интересуют? Да нет, просто дело уже далеко не в сенсационности.

Определенный паритет в информационной повестке задан на долгие годы

По существу, основную свою роль Сноуден сыграл еще в 2013 году, когда вышел из игры американской разведки. Шумиха вокруг обнародованных данных, казалось, не будет стихать долгие годы. Нет, все ограничилось проходным, хоть и громким, скандалом: больше охали о подрыве доверия между странами, а официальные лица практически не давали комментариев.

Голоса 35 глав государств мира, которые, как ожидалось, поднимут волну возмущения против киберполитики США, прозвучали тихим эхом. И, судя по тому, как аккуратно Европа погрозила пальчиком Америке, в вопросах доверия через непродолжительное время тоже наступил штиль.

Даже в Венесуэле развели руками: «...они шпионят за всем миром, господа, за всем миром». И все тихо согласились с Николасом Мадуро. Потому что, если это так, а это так, тогда неизвестно, какие карты находятся у них на руках.

Сегодня, по прошествии полутора лет с момента этого информационного взрыва, никого уже не удивишь ни слежкой, ни кибервойной. Потому что всех, кого можно было разоблачить, уже разоблачили. Они знают, что мы знаем, что они знают.

Определенный паритет в информационной повестке задан на долгие годы, если не на поколения. Но и это не значит, что все несогласные с информационным произволом США способны на что-то повлиять.

И более того, необходимость соблюдать определенный политес по отношению к Вашингтону заставляет Европу молчать, тогда как власти США в своей международной политике не ограничивают себя излишней учтивостью. И даже, казалось бы, в моменты очевидного агрессивного кровопролития все равно все заканчивается молчанием.

Молчание это игнорирует два очень важных момента. Прежде всего – вопрос легитимности в пределах интернета. Получается, что мы находимся в глобальном пространстве, которое при всем своем объеме если и регламентируется нормативными актами, то на сугубо локальном уровне.

А где проверка ОБСЕ дезинформации со стороны Украины о деталях конфликта с Новороссией? Где оценка ООН обнародованного в Сети доклада о пытках, применяемых ЦРУ?

Второй вопрос тоже отчасти касается законности, но уже в более широком смысле. Последние пару лет показали, что бренд так называемой дипломатии для США – понятие устаревшее. Его нет смысла обновлять и поддерживать, когда можно просто продемонстрировать силу.

Отказываясь договариваться о правилах поведения в Сети, США демонстрируют, что в части киберполитики они не намерены руководствоваться никакими этическими принципами.

И конечно, ни при каких условиях не планируют допускать конкурентов на киберарену. И никого не смущает, что такие методы совершенно неприемлемы для норм международного права. Знаменитый тезис о том, что «сила в правде», оборачивается правдой в силе, а с этой точки зрения ответ на вопрос молчаливого согласия Европы очевиден.

Дипломатия с двойным дном предполагает и другие тонкости. Например, партнерские отношения между США и Европой по большому счету – комплекс рычагов для управления общественным мнением европейского же электората.

При случае Штаты спокойно могут надавить на Евросоюз (сфера влияния здесь весьма широка), и той же Меркель ничего более не остается, кроме как утереться и продолжать молчаливое «партнерство». Несмотря на протест германского большинства.

Отчего так происходит? Позиция молчаливого согласия европейского истеблишмента зиждется на общем стереотипе, что США – есть некий гегемон, в руках которого вся сила и власть. И, что страшнее, вся мораль этого самого западного мира. Это как бы неоспоримо, но в то же время недоказуемо. США могут все.

Почему? Просто кто-то решил, что это так. Доллар – валюта, которая не подкреплена по сути ничем, но при этом является основной резервной валютой для большинства стран мира. Почему? Потому что это США. Так решили одни, а другие промолчали.

Все это было бы грустно, если бы мир не изменился. Менялся он давно, исподволь. И не политика тут важна, сколько сознание огромного количества людей из самых разных стран, из России, европейских стран, из США даже. Эти люди не хотят и не будут жить в системе политического лицемерия. Не потому даже, что Путин прав или Обама – нет.

А потому, что у огромного количества людей есть понимание того, что такое добро, что такое зло. И ко злу нормальные люди относят лицемерие. Даже если это лицемерие возведено в государственную идеологию. И не так важен Сноуден сейчас, как правда, которая восторжествует потом.