В украинских делах наконец наметился определенный план на будущее: Керри и Лавров де-факто выработали принципиальную позицию о необходимости федерализации Украины.
Браться спасать юго-восток по крымскому сценарию нельзя, необходимо все как следует посчитать и подготовить
Имеет ли это решение значение? Достаточно сказать, что ради встречи с Лавровым Керри даже изменил первоначальные планы и вернулся в Европу, символически «отзеркалив» легендарный жест Примакова эпохи разгрома Югославии, известный как «разворот над Атлантикой», практически в 15-летнюю годовщину этих событий.
Иногда политика действительно похожа на эпос.
Лавров после встречи сказал, что новые власти Украины должны предложить всем регионам страны участвовать в конституционной реформе, при этом Россия и США будут поощрять инклюзивный диалог, но не станут навязывать Киеву какие-то конкретные планы. При этом Москва и Вашингтон убеждены, что важнейшим компонентом реформы должна стать федерализация Украины.
«Это не мы должны принимать решения и соглашения относительно федерализации, хотя мы говорили об этом. Украинцы сами решат свое будущее», – сказал Керри.
Переговоры Лаврова и Керри возвращают на стол тот самый план «ползучего раздела», который был сформулирован на основании анализа медиа еще в дни Олимпиады и зафиксирован в публикации «Пакт Лаврова – Штайнмайера».
#{image=788272}Кроме того, Лавров изящным движением дзюдоиста (все-таки фирменный спорт Кремля) возвращает ЕС и США на грешную почву: в гущу переворота, спровоцированного Западом и приведшего к трагическим последствиям.
Лавров предлагает «на троих» с ЕС и США создать группу поддержки Украины и с высоты ее совокупного авторитета сформулировать общие призывы к тем, кто сейчас руководит в Киеве.
А поскольку таким «триединым голосом» Западу едва ли удастся озвучивать привычную безответственную бредятину ни о чем, в конце концов дело придет к тому, что разговор пойдет о конкретике, Вашингтон и Брюссель поневоле разделят российский взгляд на проблему.
Тем более что правоту российской позиции за минувшие напряженные недели наглядно подтвердили сами события. Их развитие и обострило, и прояснило ситуацию.
Завоевания Майдана проступают все явственней. В Киеве – беспредел, терроризм и паранойя. Обостряется борьба за власть, местами переходящая в «ночи длинных ножей» в отношении недавних «героев» Майдана.
Крым от безрадостных перспектив «свободы» сбежал в Россию. Юго-восток полыхает антифашистским протестом, требуя отмежевания от нацистской хунты в Киеве. И если не политического, тогда – сразу географического.
Параллельно из Киева пытаются диктовать жесточайшие пакеты законов от МВФ. Зажжен запал, который неминуемо вызовет скорый социальный взрыв. Управление разбалансировано. Вчерашние школьники терроризируют бизнес. Захвачен боевиками ряд крупных предприятий.
Экономика Украины на грани агонии. Гривна падает. Долги многих правительств веригами висят на финансах. По факту живых денег Украине никто так и не дал – только «гарантии». Налоги не собираются и не распределяются. Эта проблематика комплексно нарастает.
Украина словно переживает 1991 год в миниатюре...
Как следствие, раскол в украинском обществе стал заметнее, чем когда-либо. Федерализация – самое меньшее, во что этот раскол может оформиться документально.
И федерализация же при этом – наиболее мирный, способствующий сохранению добрососедских отношений вариант размежевания. Не закончилось бы разделом «по Жириновскому» (на днях лидер ЛДПР направил письмо с предложением «разобрать бесхозные территории» в МИД сопредельных с украинской хунтой столиц; там идею отвергли, но в глубине души наверняка призадумались).
Впрочем, на деле такой вариант никому в здравом уме не нужен. Он означает этнические столкновения, переселение народов, «пакистанизацию» Западной Украины, толпы беженцев и критическую нагрузку на социальные бюджеты стран – «приобретателей» территорий.
Браться спасать юго-восток по крымскому сценарию нельзя, необходимо все как следует посчитать и подготовить. Европа это понимает и не ждет от России резких движений.
События на Украине приняли такой оборот, что отдельные их эпизоды начали просачиваться через инфоблокаду и «взрываться» в медиа. Западный обыватель слегка ознакомился с нюансами «демократической революции». Ему показали Сашка, растолковали значение бандеровской символики (раньше многие на Западе думали, что красно-черный – это флаг Западной Украины).
Наконец, избиратель услышал, что политические убежища здесь, у него по соседству, вскоре получат «крымские беженцы» из «Хизб-ут Тахрир*», бегущие от российского Центра «Э».
Средний европеец осознал последствия дипломатии своего «объединенного правительства» и тихонечко взвыл.
В результате Красотка Эштон наконец открыла глаза и заметила ими фашистские «Правый сектор*» и партию «Свобода». А Юлия Тимошенко получила выговор от МИД Германии за ее гениальные идеи по решению «русской проблемы».
Напомню, она признала подлинной запись переговоров, в которой грозилась «включить все свои связи, чтобы не оставить от России даже выжженного поля». Восемь миллионов русских на Украине Юлия Владимировна хотела бы, по ее словам, «расстрелять атомным оружием».
To nuke'em all, как писали шокированные мирной риторикой своей любимой политзаключенной западные твиттеряне.
Таким образом, никакой «единой тимошенковской Украины», очевидно, уже не могло было быть. Ни один политик, выдающий такую риторику в стране с неоднородным населением, не получит электоральной поддержки.
Да и Европа, при всех попытках замаскировать перед населением свою реальную политику демонстрацией слюнявого ситкома про «героическую леди, которую мы освободили и вылечили на радость Украине», таких фантазий никому не простит. Это немыслимо.
Каких бы ЕС ни «делегировал» Вашингтону полномочий, еще одного Освенцима он у себя не допустит.
Во всяком случае, хотелось бы в это верить.
Источник: «Вечерний Политрук»
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ