По данным комиссии, экипаж посадил воздушное судно в штатном режиме, хотя и несколько небрежно - машина приземлилась с завышенной скоростью 250 км/ч при норме 225-245 км/ч и с перелетом в несколько сотен метров. Эти обстоятельства, как говорят специалисты, не были критичными, поскольку и остатка полосы пустому Ту-204 при умеренном попутном ветре было достаточно, чтобы спокойно погасить скорость, пишет «Коммерсантъ».
При этом, учитывая сокращенную тормозную дистанцию, а также низкую эффективность «колесного» торможения лайнера (весь день 29 декабря шел снег, снизивший коэффициент сцепления шин с покрытием ВПП), экипаж сделал ставку на применение реверса. При активации этого устройства лопатки двигателей самолета разворачиваются, создавая таким образом обратную тягу, стремящуюся не разогнать, а, наоборот, затормозить катящуюся по полосе машину.
Однако реверс на обоих двигателях Ту-204 не сработал, а все попытки пилотов затормозить машину традиционным, «автомобильным» способом, оказались безрезультатными. После криков в кабине «Тормози! Тормози!» 80-тонный самолет, сбив выпущенными шасси сначала посадочный маяк, а затем и бетонное ограждение аэропорта, развалился на части. Носовой отсек с пилотской кабиной при этом остановился только в котловане, вырытом при реконструкции соседнего Киевского шоссе. В аварии погибли командир Ту-204, второй пилот, бортинженер и две стюардессы. Еще три бортпроводницы, находившиеся в момент столкновения в салоне, получили тяжелые травмы.
Как пояснили участники расследования, включение реверсов двигателей на Ту-204 происходит в два этапа. Сначала совершивший посадку пилот переводит двигатели на малый газ, а рычаги управления реверсами (РУР) ставит в промежуточное положение «малый реверс», при котором торможения еще нет. Чтобы появился полноценный реверс, самолет должен опуститься колесами на бетонку. При этом стойки шасси сжимаются и через подвижный стержень-шток замыкают концевой выключатель, который, в свою очередь, разблокирует РУР и позволяет пилоту сдвинуть их дальше, создавая таким образом мощную обратную тягу. Иначе говоря, пока колеса не коснутся земли, включить реверс на Ту-204 невозможно. То же самое происходит и в случае заклинивания стержня-штока: система «не видит» приземления.
Расследователи полагают, что штоки на бортах Red Wings стало клинить из-за морозов - экипажи с наступлением холодов начали активно применять противообледенительную обработку, и агрессивная жидкость, попадая в механизмы, могла вызвать их коррозию или заледенение. Из этих соображений и было решено принять превентивные меры по смазке всех штоков на российских «тушках».
Однако внуковской трагедии, как говорят участники расследования, способствовали и ошибки командира Шмелева. Руководство по летной эксплуатации Ту-204 предписывает экипажу в случае невключения реверсов на обоих двигателях (об их активации в промежуточном положении РУР сигнализирует специальное табло «Реверс включен») немедленно прекратить попытки сдвигать рычаги дальше. Пилоты в этом случае должны вернуть РУР в исходное положение и пользоваться колесными тормозами, опустить прижимающие самолет к земле спойлеры-интерцепторы на крыльях, наконец, выключить двигатели.
Геннадий Шмелев и его напарник, как полагают участники расследования, возникшую техническую неисправность вовремя не распознали. Вместо того чтобы сконцентрировать внимание на колесных тормозах и рулении по полосе, они более полуминуты тянули РУР вверх, надеясь включить неисправные реверсы. По мнению некоторых экспертов, летчики приложили к рычагам такое мощное усилие, что частично преодолели блокировку РУР в промежуточном положении и увеличили таким образом прямую тягу двигателей. Понять, что машина в результате его действий не замедляется, а разгоняется, командир Шмелев смог лишь за мгновение до удара о препятствие: он подал команду «Выключить двигатели!», но выполнить ее оказалось уже некому.