В четверг в Нижнеангарске пассажирский Ан-24 совершил аварийную посадку. На борту находились 42 пассажира, среди них один ребенок, и пять членов экипажа. Погибли пилот Владимир Коломин и техник Олег Барданов, больше 20 человек пострадали. Во Всероссийском союзе страховщиков сообщили, что семьи погибших получат выплаты в размере двух миллионов рублей. Глава Бурятии Алексей Цыденов выразил им соболезнования и пообещал, что власти окажут помощь получившим травмы, пишет «Коммерсант».
Самолет, совершая аварийную посадку в Нижнеангарске, выкатился за пределы ВПП и врезался в здание очистных сооружений, после чего загорелся.
По данным СМИ, в полете у самолета отказал один из двигателей. В экстренных службах заявили, что экипаж докладывал об отказе систем управления. Информированный источник сообщил, что экипаж Ан-24 после посадки в Нижнеангарске не смог удержать самолет в пределах аэродрома из-за отказа двигателя, передает Интерфакс.
«После посадки экипаж утратил контроль над двигателем, так как он отказал. Самолет выкатился за пределы ВПП и столкнулся с очистными сооружениями», – сказал источник. Он уточнил, что двигатель отказал еще в воздухе: «Садился самолет с «разнотягом» в двигателе, без реверса. Удержаться на полосе при пробеге уже не мог», – добавил собеседник. По предварительным данным, экипаж действовал строго по инструкции и не допустил ошибок.
Еще один источник сообщил, что самолет 14 лет проработал авиалабораторией – облетчиком радиотехнических средств посадки и имел бортовой номер RA-47366. Сертификат летной годности у него был до 28 июля 2019 года.
Один из пассажиров самолета Вячеслав Першин рассказал, что двигатель Ан-24 отключился до посадки. «Мы летели из Улан-Удэ, и за 15 минут до посадки выключился левый двигатель. Но мы думали, что так и должно быть... Мы дали круг и пошли на посадку. Он (самолет) не успел оттормозиться, пронесся по всей полосе и врезался», – сказал пассажир.
«Ударились правым двигателем, и он загорелся. Правый бок весь полыхал. Так как я был слева, возле запасного выхода, я отошел и пытался как-то помогать. Были паника и толкучка. В итоге была пара с ребенком, их относительно долго не пропускали. Потом вроде как вытащили. За ними вылез я. Затем, когда вылезли, с левой стороны вытекал керосин. В итоге все промокли в нем. Минут через пять приехали МЧС и скорая. Затем, минут еще через 10, взорвался левый двигатель», – рассказал Першин Telegram-каналу 112.
Он отметил, что экипаж не предупредил пассажиров об аварийной ситуации. Находящиеся в салоне сами заметили, что двигатель не работает.
По факту трагедии открыто уголовное дело о нарушении правил безопасности полетов, повлекшее гибель людей по неосторожности. МАК и Росавиация примут участие в расследовании.
Что же могло стать причиной катастрофы Ан-24?
«Судя по всему, речь идет об отказе двигателя, вряд ли об отказе всей системы управления. Иначе самолет просто не долетел бы до аэродрома», – заявил газете ВЗГЛЯД главный редактор портала Avia.ru Роман Гусаров.
«Ситуация нештатная, но не должна приводить к аварии. Все самолеты рассчитаны и сертифицированы на то, чтобы выполнять безопасную посадку и на одном двигателе. Другое дело, когда самолет сел, должны предприниматься определенные действия», – добавил эксперт.
По его мнению, самолет мог не удержаться на полосе и уйти в сторону газона при не очень высокой скорости посадки из-за того, что двигатель работал в режиме тяги и создавал разнотяг, из-за чего самолет уводило в сторону. Либо наоборот – пилоты могли включить реверс, а самолет повело в другую сторону с полосы.
«Может быть, не хватало полосы или они пытались затормозить, а самолет увело. В любом случае с чем-то не справились. Но если было бы достаточно взлетно-посадочной полосы, он бы сел даже если бы выключили двигатель, самолет бы докатился и они затормозили. Когда самолет коснулся полосы – без разницы, сколько двигателей. Нужно было выключить двигатель, если хватает полосы. Если начинает уходить в сторону, колеса-то тоже управляются», – пояснил Гусаров.
Эксперт сомневается, что причиной произошедшего мог стать возраст самолета. Известно, что Ан-24 выпускались с 1962 по 1979 год. Всего было построено более 1,2 тыс. таких самолетов.
«В сегменте региональных авиаперевозок, даже если взять мировую авиацию, самолеты далеко не новые. Имеют достаточно длительный срок службы. Вот магистральные самолеты очень много летают на большие расстояния, быстро изживают свой срок. А региональные – туда час полетел, обратно час, два дня стоит после этого. Работа-то не интенсивная. То, что магистральный самолет отлетает за год, региональный может лет за пять по количеству часов. Несопоставимая эксплуатация», – отметил он.
Гусаров добавил, что проблема не в возрасте самолета, потому что двигатели на нем наверняка менялись десятки раз.
«Двигатели за жизненный цикл самолета меняются много раз. Неизвестно, новый или старый двигатель стоял. Двигатель как раз такая вещь, которая эксплуатируется строго по регламенту и срокам. Регулярно выполняются ремонтные работы, и хочешь не хочешь, его должны снимать и разбирать. Поживший свое двигатель может оказаться и в новом самолете.
Вот если бы самолет проржавел насквозь, отвалился хвост, тогда можно было бы сказать – старый. А двигатели отказывают и на новых самолетах, и новые двигатели отказывают», – заключил Гусаров.
Заслуженный пилот России Юрий Сытник заявил газете ВЗГЛЯД, что причины трагедии будет понять не так просто. Он отметил, что полет и условия были непростыми, а экипаж не справился с посадкой и рассчитался своим жизнями.
«У этой аварии может быть тысяча и одна причина. Был сложный полет на одном двигателе, командир благополучно выполнил посадку, прилетел на полосу, нашел ее, сел, коснулся. А дальше не удержал направление? Вот это мне непонятно. Что там дальше произошло? Возможно, несогласованность действий членов экипажа. Почему они не выключили этот исправный двигатель, чтобы не было несинхронной тяги? Можно было просто выключить и остановиться на полосе. Может быть, что-то помешало. Например, порыв бокового ветра в последний момент. И он садился со сносом и не смог удержать тормозами», – предположил эксперт.
По его словам, в такой ситуации все зависит от командира корабля.
«Как он завел самолет на полосу, как сел, как удержал направление. В такие моменты все зависит от командира, от уровня обучения экипажа, от способности действовать в стрессовых ситуациях и психологического состояния пилотов. Самолет-то пришел на полосу, диспетчер «завел» самолет. Кто остается?
Что не позволило остаться на полосе? Умение экипажа. Этого умения не хватило.
Естественно про погибших не хочу плохо говорить, но командиру корабля, летчику надо уметь все это делать», – заключил Сытник.
Авторы Telegram-канала «Взгляд человека в лампасах» тоже считают, что «экипаж убил себя сам» из-за неграмотной эксплуатации при пробеге.
«Сели на одном [двигателе] при отказе второго – молодцы! Но сразу после касания (видимо, рефлекторно, как будто посадка осуществляется штатно) сняли с упора единственный работающий двигатель, на нем возникла отрицательная тяга, но винты второго, отказавшего двигателя просто вращались в потоке воздуха, не создавая никакой тяги! Именно поэтому мощнейший разворачивающий момент выбросил самолет с полосы. Парадокс в том, что правый двигатель спас самолет в воздухе, работая при отказе левого. Но погубил во время посадки, из-за неграмотной эксплуатации при пробеге. Экипаж убил себя сам», – говорится в сообщении.
В то же время заслуженный летчик СССР и эксперт Ространснадзора Олег Смирнов считает, что «командир корабля принял грамотное решение – после отказа одного из двигателей вернуться на аэродром вылета, а не лететь в Улан-Удэ на одном двигателе». «Потому что там местность, сами знаете какая – горы, леса и сплошная тундра, и в случае отказа второго двигателе сесть там негде. Командир замечательно зашел на посадку на одном двигателе, приземлился точно в положенном месте, сделал всю главную работу на отлично. А вот что потом произошло, мне, как профессионалу и человеку, который хорошо знает этот самолет, непонятно. Комиссия в этом разберется», – заключил эксперт.