Российская экономика показывает рекордные уровни, несмотря на то, что она была переориентирована на военные нужды и подвержена западным санкциям, удивляется Bloomberg.
В таком контексте благосостояние населения, наоборот, растет. В частности, наблюдается рост зарплат, укрепление рубля, а уровень бедности и безработицы упал до рекордно низкого уровня. Для некоторых конфликт и вовсе стал возможностью для открытия нового бизнеса, отмечает издание.
Уровень бедности по итогам 2023 года обновил исторический минимум, посчитал недавно Росстат. По его данным, сейчас к бедным можно отнести 13,5 млн из 146 млн россиян. Ряды бедных за прошлый год покинули 800 тыс. человек. И главная причина такого рекорда – это рост заработных плат в условиях дефицита кадров. Уровень безработицы составил в прошлом году всего 3,2%. Это самый низкий показатель с начала наблюдения в 1992 году.
Среднемесячная зарплата в 2023 году достигла более 74 тыс. рублей (814 долларов). Это примерно на 30% выше, чем два года назад. До прошлого года в России наблюдалась многолетняя тенденция роста реальных располагаемых доходов более чем на пять процентов.
В 2023 году ВВП России не просто восстановился, но и превысил докризисные уровни, и в 2024 году ожидается дальнейший рост, считают в Банке России. При этом рост ВВП будет связан больше не с экспортом, а с восстановлением внутреннего спроса, который находится на максимальном уровне, считает первый замдиректора департамента денежно-кредитной политики Банка России Андрей Ганган.
«ВВП РФ в 2023 году вырос на 3,6% год к году, что заметно выше ожиданий аналитиков и официальных прогнозов. Внутренний спрос остается сильным благодаря госрасходам, росту заработных плат на фоне повышенного спроса на рабочую силу и сложной демографической обстановки. Если монетарные власти не устранят перегрев экономики, прогноз роста ВВП на 2024 год может превысить потенциальный уровень», – считает Илья Федоров, главный экономист «БКС Мир инвестиций». Минус перегрева экономики в инфляции. Впрочем, Центробанк продолжает держать высокой ключевую ставку, чтобы «сбить» этот перегрев и рост цен.
На самом деле, нет ничего удивительного в том, что российская экономика, которая стала тратить на военные нужды больше, чем раньше, показывает такой рост и ставит рекорды.
На днях президент Владимир Путин сам признал, что «оборонка» разгоняет экономику России, добавив, что необходимо соблюдать баланс и развивать производство гражданской продукции. «Этот извечный вопрос – что выгоднее пушки или масло – мы имеем это в виду, хотя повторяю, современная даже оборонная отрасль хороша тем, что она не просто опосредованно влияет на гражданские отрасли и производство, но и сама, используя инновации, нужные для обороны, использует эти инновации для производства гражданской продукции. Это чрезвычайно важная вещь», – пояснил он.
Президент напомнил, что
в СССР оборонные расходы, которые «никто не считал», составляли 13% ВВП страны, а в России, по данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира, – 6,8%.
В этом году расходы на оборонную промышленность в сравнении с прошлым годом выросли на 2,8%, однако критическим такой рост назвать нельзя. Он резюмировал, что важно получать максимальную отдачу от каждого вложенного в «оборонку» рубля.
«Исторически, начиная с институционального и методологического оформления кейнсианской модели развития экономики, увеличение военных расходов являлось драйвером экономического развития. Хрестоматийным примером в этом смысле является бурный рост американской экономики в годы Второй мировой войны, который позволил стране окончательно выйти из Великой депрессии», – напоминает Анатолий Колесников, доцент кафедры корпоративного управления и инноватики РЭУ им. Плеханова.
В 2023 году на развитие отечественного оборонно-промышленного комплекса было направлено 6,4 трлн рублей, что почти в два раза превысило аналогичные траты предыдущего года. В 2024 году будут направлены рекордные 10,77 трлн рублей.
«Эти вложения стали своего рода чудодейственным эликсиром, который позволил оживить российское производство продукции военного назначения. С учетом тесных кооперационных связей часть финансовых ресурсов ОПК была перенаправлена поставщикам в гражданский сектор экономики, что вызвало его экономическое оживление.
Сработал так называемый инвестиционный мультипликатор, о конкретных параметрах которого судить сложно ввиду закрытых статистических данных. Однако факт роста в 2022 году, например, готовых металлоизделий, куда, очевидно, вошли оружие и боеприпасы, на 7%, или компьютеров, электронных и оптических изделий – на 1,7%, красноречиво свидетельствует о роли военного производства в экономическом росте в целом», – говорит Анатолий Колесников.
Поэтому ничего необычного в сложившейся ситуации эксперт не видит. Он напоминает, что традиционно, начиная со своего организационного оформления с 1915 года, оборонно-промышленный комплекс всех развитых стран существенно влиял на общий уровень развития экономик.
Впрочем, появились и некоторые отклонения от привычной схемы запуска экономики за счет роста расходов на оборону. «К примеру, стоит осторожнее относиться к классическому утверждению о передовом научно-технологическом уровне «оборонки» по сравнению с гражданским сектором экономики. Например, в современных военных действиях активно стали использовать сугубо гражданскую технологию глобальной спутниковой системы Starlink», – говорит Колесников.
Отмечается еще одна чисто российская особенность функционирования отечественного ОПК. «Речь идет о способности и готовности частных предприятий, специализирующихся на выпуске в основном высокотехнологичной продукции, встраиваться в процесс производства финишной продукции военного назначения. При этом выпускаемая таким частниками продукция, как правило, имеет более низкую себестоимость, более оперативные возможности сервисного и гарантийного обслуживания, более гибкий модернизационный потенциал. Источники подобных конкурентных преимуществ перед государственными компаниями лежат в области так называемых конкурентных преимуществ средней фирмы, короткими технологическим цепочками, более совершенными системами управления производством. В этой связи перед руководителями отечественной «оборонки» стоит задача инкорпорирования подобных производств в комплекс производства товаров и услуг военного назначения», – рассказывает доцент кафедры корпоративного управления и инноватики РЭУ им. Плеханова.
Перспективы российской промышленности на 2024 год выглядят как умеренно оптимистичные, говорится в докладе «Индексы интенсивности промышленного производства», подготовленным отделом анализа отраслей реального сектора и внешней торговли Института «Центр развития» НИУ ВШЭ. Что этому будет способствовать?
Во-первых,
в промышленности до сих пор не реализован весь потенциал посткризисного восстановления. Он связан с освоением российскими производителями ниш на внутреннем рынке, освободившихся после ухода зарубежных производителей.
Ученые оценивают возможную величину этого посткризисного восстановления как минимум в 2,3% от текущего уровня промышленного производства. В первую очередь рост возможен в обрабатывающих производствах и в добыче полезных ископаемых, говорится в исследовании НИУ ВШЭ.
Во-вторых, високосный 2024 год добавил один календарный и рабочий день, который даст 0,3-0,4% к годовому приросту промышленного производства.
Промышленный спад из-за антироссийских санкций был преодолен уже к июню 2023 года, после чего на протяжении восьми месяцев в целом наблюдалась стабилизация, подчеркивают эксперты.
Добыча полезных ископаемых восстановилась еще в июне 2022 года, с апреля 2023 года наблюдается стабилизация в добыче сырой нефти и природного газа, добыча угля частично восстановилась в последние месяцы. В обрабатывающих производствах докризисный уровень был превышен к июню 2023 года. Но здесь ситуация отличается в зависимости от вида деятельности, однако везде ожидается рост.
От первой группы ученые ждут роста. Сюда можно включить производство табачных изделий, обработку древесины и производство изделий из дерева, резиновых изделий, автотранспортных средств.
Во второй группе докризисный уровень производства уже достигнут или даже несколько превышен. Речь идет о производстве напитков, одежды, кожи и изделий из нее, а также о производстве кокса и нефтепродуктов, химических веществ, лекарств, изделий из пластмасс, прочей неметаллической минеральной продукции. Сюда входит в том числе производство железнодорожных локомотивов, подвижного состава, готовых металлических изделий.
В третьей группе продолжается рост производства даже после восстановления докризисного уровня. Сюда входит производство пищевых продуктов, текстильных изделий, бумаги и бумажных изделий, компьютеров, электронных и оптических изделий, электрического оборудования, мебели, ювелирных изделий.