Страны ОПЕК+ приняли решение поэтапно увеличивать добычу. Такого поворота мало кто ожидал. Большинство экспертов перед встречей полагали, что ОПЕК+ придержит квоты, потому что нефть довольно сильно начала падать в марте, и только случайная история с перекрытием Суэцкого канала приостановила столь резкое скольжение вниз: на мировом рынке предложение все еще превышает спрос.
Интересно, что решение о повышении квот было принято альянсом быстро и единогласно. «Россия и Саудовская Аравия не спорили слишком долго и много, как это было в предыдущие разы. Это психологически позитивный фактор. Координация работы этих двух стран – почти неизбежная примета роста цен на нефть», – считает ведущий аналитик FxPro Александр Купцикевич.
Интригу добавил телефонный разговор министров энергетики Саудовской Аравии и США, хотя Штаты никакого отношения к картелю не имеют. И о чем они говорили – так и осталось секретом.
Источники западных СМИ считают, что этот разговор стал причиной решения альянса, тем более что новость о звонке совпала по времени с моментом изменения настроений в неформальных дискуссиях ОПЕК+. «Ранее в период своего президентства Дональд Трамп регулярно призывал ОПЕК+ к ослаблению сокращений, как только цены на нефть превышали отметку 65 долларов за баррель. После прихода к власти команды Байдена это первый случай, который позволяет связать политику ОПЕК+ с позицией США», – отмечает Игорь Галактионов, эксперт «БКС Мир инвестиций». Впрочем, Саудовская Аравия отрицает, что США как-то повлияли на решение альянса.
Какой была первая реакция нефти на смелый шаг ОПЕК+ по расширению добычи? Логичной – баррель ушел вниз. Но довольно скоро нефть снова начала расти в цене и прибавляет более 3% в пятницу. Почему?
Судя по всему, рынки разглядели позитив в, казалось бы, не очень позитивной новости: ОПЕК+ хоть и повышает добычу, но поэтапно и не так сильно, как планировали несколько месяцев назад и уж тем более год назад. «Новые планы предполагают куда более мягкое восстановление добычи, чем закладывалось в котировки ранее», – говорит Купцикевич.
Участники сделки ОПЕК+ решили в ближайшие три месяца увеличить добычу нефти на 1,15 млн баррелей в день, и отдельно Саудовская Аравия вернет на рынок дополнительный 1 млн баррелей в день. Ранее на этот объем она сократила добычу совершенно добровольно в дополнение к соглашению картеля. Все это, на первый взгляд, звучит угрожающе для рынка нефти. Однако стоит понимать, что в апреле все останется по-прежнему: повышения добычи еще не будет. Добыча начнет расти с мая, и сначала лишь на 350 тыс., в июне вырастет еще на 350 тыс., в июле – еще на 450 тыс. рублей в сутки. Это меньше предполагавшегося ранее снижения добычи на 500 тыс. баррелей в сутки каждый месяц.
Саудовская Аравия тоже постепенно вернет на рынок 1 млн баррелей нефти в сутки. В мае – 250 тыс., в июне – 350 тыс., в июле – 400 тыс. баррелей в сутки.
Вероятно, участники соглашения ОПЕК+ верят в восстановление спроса на нефть в ближайшие месяцы на сопоставимом уровне, полагает директор по корпоративным рейтингам «Эксперт РА» Филипп Мурадян.
С одной стороны, они ждут роста спроса на нефть в летний сезон.
«Даже при условии «третьей волны» в Европе производственная активность там растет как на дрожжах. В странах, где коронавирус не сдерживает экономику – Британия, США, Китай, заметно еще большее оживление. Летом начнется сезон автопутешествий.
Стоит добавить надежды на все более широкое снятие ограничений на путешествия и на рост активности вне дома благодаря вакцинации, приближающей крупные страны к коллективному иммунитету», – поясняет логику картеля Купцикевич.
С другой стороны, запасы нефти в мире уже подошли к целевым уровням. В прошлом году из-за перепроизводства нефти ее было накоплено слишком много. Теперь есть расчет на то, что черное золото станут больше брать с рынка, не залезая в запасы (которые всегда должны быть как подушка безопасности на случай ЧП).
Но ситуация может пойти по другому сценарию. «Ухудшение ситуации с пандемией, в частности ужесточение локдаунов в Европе, может замедлить восстановление спроса на нефть», – говорит Мурадян. Однако в этом случае, добавляет эксперт, у ОПЕК остается возможность оперативно среагировать: остановить или снизить рост добычи. До фактического старта наращивания добычи в мае ОПЕК успеет провести еще одно заседание.
«На наш взгляд, область 65–75 долларов за баррель – вполне комфортная для ОПЕК+ на этот год. Рост к верхней границе диапазона может вызвать ускорение повышения квот картелем, а резкие провалы ниже – заморозят их еще на месяц-другой», – полагает эксперт. Иными словами, ОПЕК+ будет держать руку на пульсе, и если потребуется, то не даст ценам упасть существенно ниже 65 долларов за баррель. Это и толкает нефть вверх.
«С учетом сезонного роста спроса плюс дополнительного роста спроса за счет постепенного снятия пандемических ограничений очень велика вероятность роста дефицита на рынке в летние месяцы. Можно ожидать, что сохранение или рост дефицита как минимум до середины лета позволит удержать цены выше 60 долларов за баррель», – полагает директор группы корпоративных рейтингов АКРА Василий Танурков.
Правда, Мурадян считает, что в конечном счете цены на нефть стабилизируются около 55 долларов за баррель.
Россию устроит почти любой из этих раскладов по нефти. Ведь российский бюджет верстается при более низкой цене на нефть (42–43 доллара за баррель), чем ждет рынок. Сверхдоходы и пополнение резервов в такой ситуации нам обеспечены,
другой вопрос – что при более дорогой нефти речь будет идти о более высоких цифрах. Неудивительно, что даже на Западе пророчат российской экономике выход на траекторию роста уже во втором квартале этого года.
Что касается добычи российской нефти, то Россия получала возможность нарастить ее в рамках сделки с ОПЕК+ еще с апреля – по решению прошлого заседания. Москва в этом плане добилась для себя в некотором роде преференций. Поэтому на этот раз рост добычи выглядит небольшим. Квота России также будет постепенно расширяться в ближайшие месяцы на 114 тыс. баррелей в сутки за май – июль, указывает Мурадян.
Что касается рубля, то из-за действия бюджетного правила его курс сейчас слабо реагирует на изменения конъюнктуры нефтяного рынка и определяется скорее движениями капитала по геополитическим соображениям, добавляет эксперт.