Газпром и ЕС договорились об урегулировании антимонопольного дела, говорится в сообщении ЕК. Газпром удовлетворен решением Еврокомиссии по нему, сказал зампредседателя правления российского экспортера газа Александр Медведев. По его словам, принятое решение является наиболее приемлемым для работы газового рынка стран Евросоюза. Газпром всегда соблюдал требования по конкуренции в ЕС и продолжит их соблюдать в будущем, добавил он.
По этому делу российской компании грозил огромный штраф – до трети годовой выручки от операций на европейском рынке. Учитывая, что выручка от продажи газа в страны дальнего зарубежья по итогам 2017 года составила 1,6 трлн рублей, то только за прошлый год Газпрому пришлось бы заплатить 480 млрд рублей или 6,6 млрд евро, если бы дело приняло иной оборот. В 2016 году выручка Газпрома в Европе составила 1,4 трлн рублей, а значит, штраф мог быть 420 млрд рублей или еще 6 млрд евро.
Договориться в таком деле полюбовно намного выгоднее. И Газпром пошел на уступки, о которых известил Брюссель еще в прошлом году. И вот, наконец, ЕК дала добро и закрывает антимонопольное дело. Что же предстоит выполнить Газпрому, чтобы не платить многомиллиардные штрафы, и стоило ли это того?
Во-первых, ЕК обязала Газпром обеспечить поставки газа в Центральную и Восточную Европу по конкурентным ценам. ЕК сделала эти обязательства юридически обязывающими в рамках ст. 8 антимонопольного регулирования ЕС. Если Газпром нарушит это обязательство, то на него наложат штраф в размере до 10% глобального оборота компании.
Второй пункт – Газпром должен разрешить своим клиентам в ЕС реэкспорт российского газа.
Третий пункт – Газпром не должен требовать компенсаций с Болгарии за отмену проекта «Южный поток».
«На самом деле,
Газпром выполнил эти условия еще к 2014 году. Просто ЕК было не с руки так быстро это признавать.
И само решение европейцы приняли еще в прошлом году, но публиковать его на фоне напряженности взаимоотношений между ЕС с Россией не стали. Ждали более спокойного момента», – считает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Выход этого решения сейчас может объясняться желанием Европы поддержать Газпром и его трубопроводный проект на фоне явной угрозы от США заполонить Европу своим дорогим СПГ и в целом в условиях торгового давления Вашингтона на других фронтах.
«Политизация вопроса вокруг «Северного потока – 2» достигла своего апогея. И на этом фоне ЕК закрывает антимонопольное дело, говорит, что Газпром все исправил, к нему никаких претензий больше нет, что он работает в рамках законодательства. Выход этого решения сейчас, а не в прошлом году, намного выгоднее для Газпрома. Европа тем самым показывает, что вся деятельность Газпрома исключительно экономическая, что «Северный поток – 2» не политический проект и его надо реализовать», – говорит Юшков.
Что касается отмены реэкспорта, то, по его словам, этот пункт Газпром уже давно внес практически во все контракты. «Иначе бы никакого реверсного газа из ЕС на Украину не было бы. Ведь откуда берут газ Венгрия, Словакия и Польша для Украины? Они же не добывают его, а занимаются реэкспортом российского газа», – говорит эксперт ФНЭБ.
Ценовая политика Газпрома в ЕС также стала более щадящей во многом благодаря падению цен на нефть и, соответственно, на газ. В среднем цена российского газа в Европе в 2017 году была 179 долларов за тысячу кубометров. «У всех цена сейчас примерно одинаковая. Только в Германии немного отличается. Газпром признает, что делает ей скидку. Но он отстоял свою позицию: с Германией сильная кооперация, есть программа обмена активами, по которой Газпром вошел в сбытовые немецкие компании, а немцы добывают в России», – объясняет Игорь Юшков.
Газпрому снижать цены не придется, ибо они и так низкие. «Российский газ дешевле не только СПГ, но и газа на спотовом рынке. Что же это за монополист такой, у которого самое дешевое предложение на рынке? Это же абсурд», – добавляет собеседник. У той же Литвы и Польши есть свои СПГ-терминалы, но они не используют их на полную мощность. Они могли бы больше закупать СПГ, но не делают этого, так как их не устраивают цены. Тогда как благодаря хорошему предложению Газпром ставит рекорды по объемам поставок в Европу уже два года.
ЕК также настаивала на вводе в формулу цены спотовой составляющей, но по желанию клиента Газпром уже давно вводит эту переменную. Другое дело, что если цены на нефть снова упадут, то привязка к споту может оказаться невыгодной.
Еврокомиссар по конкуренции Маргрет Вестагер добавила, что урегулирование антимонопольного дела против Газпрома не препятствует заинтересованным лицам в Центральной и Восточной Европе потребовать с него компенсаций через национальные суды. Но и в этом нет ничего нового. В долгосрочных контрактах и так прописано, что раз в несколько лет потребитель может подать заявку на пересмотр цены, а если Газпром не согласен, то вопрос решается в суде. И абсолютно все европейцы так и поступали до сих пор. Как правило, европейские суды вставали на сторону потребителей, и Газпром снижал цены. Зачастую Газпром, не дожидаясь решения суда, предоставлял скидку и даже выплачивал ретроактивные платежи.
Ожидать сейчас наплыва исков в суд на Газпром вряд ли стоит. «Потребителю будет очень сложно обосновать, почему он хочет еще более дешевый газ. Раньше в качестве аргумента приводились цены на споте, которые были ниже, но теперь на споте газ дороже, чем по контрактам с Газпромом. Сейчас, наоборот, Газпрому стоило бы пойти в суды и требовать поднять цены, которые упали из-за необоснованного движения рынка», – иронизирует Юшков.
Что же касается реверанса в сторону Болгарии и отказа от компенсаций за провал «Южного потока», то этот пункт, конечно, выглядит инородным – он к антимонопольному разбирательству явно не имеет отношения. Проект закрыли, как всем известно, по политическим причинам после того, как Болгарию посетили американские сенаторы. И Еврокомиссия тогда поддалась влиянию США. «Скорее всего, когда Брюссель заставлял Болгарию отказаться от «Южного потока», они пообещали уладить вопрос с огромными издержками, прикрыть болгар, отсюда и такое требование к Газпрому», – заключает собеседник.