Президент Таджикистана Эмомали Рахмон дал старт работе первого агрегата Рогунской ГЭС, которая после полного ввода всех шести агрегатов станет крупнейшей гидроэлектростанцией в Средней Азии.
Строительство Рогунской ГЭС шло с перерывами более 40 лет – первые работы на ее водохранилище были начаты еще в 1976 году, а в 1993 году стройка была остановлена. Вновь станцию начали строить только в 2004 году, но впоследствии стройка несколько раз снова замирала – в основном из-за открыто враждебной позиции соседнего Узбекистана. Но даже сегодняшним днем одна из самых крупных строек в среднеазиатской энергетике отнюдь не завершится. По плану ввод в эксплуатацию всех шести гидроагрегатов запланирован только на декабрь 2024 года, а полностью водохранилище Рогунской ГЭС будет заполнено водой лишь к 2032 году.
Такой длительный срок постепенного ввода новой ГЭС в эксплуатацию отнюдь не случаен. Ведь всего лишь пять лет тому назад планы постройки Рогунской ГЭС чуть ли не напрямую увязывались с большой войной в Средней Азии, которая вполне могла начаться из-за дефицита водных ресурсов.
Вода как главная ценность
Баланс водных ресурсов, который практически полностью определяется двумя крупнейшими реками региона Амударьей и Сырдарьей и их притоками, является для Средней Азии одним из центральных вопросов. Стремительно растущее население региона выдвигает все возрастающие требования к использованию пресной воды для целей сельского хозяйства. И в первую очередь для поддержания и увеличения площади орошаемых земель, на которых только и возможно заниматься растениеводством в условиях засушливого климата Средней Азии.
Вторым вопросом, который успешно и последовательно решается за счет водных ресурсов региона, является дефицит электроэнергии. Здесь также определяющую роль играет рост населения. Даже при весьма скромном уровне жизни жителей Узбекистана, Таджикистана, Киргизии и других среднеазиатских стран общее увеличение численности населения задает растущие требования по производству электроэнергии.
При этом задачи использования воды для целей орошения в сельском хозяйстве часто вступают в прямое противоречие с энергетическими потребностями. Так, в частности, максимум производства электроэнергии в регионе – это осенние и зимние месяцы, с ноября по февраль, с холодной погодой и длинными ночами. В то время как пик использования воды для целей орошения – это первая половина сельскохозяйственного сезона, который в общем случае длится с марта по октябрь. В силу этого факта спуск воды из водохранилища через агрегаты ГЭС – это всегда компромисс, ведь «поймать» эту воду где-то внизу и сохранить ее до оросительного сезона – практически неподъемная задача.
Кроме того, заполнение водой водохранилища крупной ГЭС – это всегда отбор воды в реке ниже по течению от плотины. Плотина Рогунской ГЭС по проекту должна образовать крупное Рогунское водохранилище с полным объемом в 13,3 км³. Только на его заполнение, без учета последующего испарения влаги с увеличившейся водной поверхности, надо было бы затратить около 60% годового стока всей реки Вахш, на котором оно расположено.
Именно поэтому заполнение водой Рогунского водохранилища в рамках новых договоренностей между странами растягивают на долгие 15 лет. Только в этом случае можно свести водный баланс, не оставив без воды расположенные ниже по течению сельхозугодья в Узбекистане и Туркменистане.
Трудный компромисс
Стоит отметить, что еще совсем недавно такое определенное будущее казалось для Рогунской ГЭС лишь несбыточной мечтой. Широко известна фраза покойного президента Узбекистана Ислама Каримова, прокомментировавшего в 2015 году постройку ГЭС в Киргизии и Таджикистане, когда он заявил, что водно-энергетические проблемы в Средней Азии в будущем «могут усугубиться до такой степени, что вызовут не только серьезное противостояние, но даже войны».
При этом Узбекистан во времена президентства Каримова фактически ввел одностороннюю блокаду Таджикистана – в первую очередь железнодорожную и энергетическую. Ташкент всячески препятствовал участию иностранных подрядчиков (в первую очередь российских) в постройке Рогунской ГЭС – прекрасно понимая, что без внешнего участия Таджикистан никак не может построить такого рода масштабный проект.
Однако со смертью Каримова стало ясно, что старая стратегия «держать и не пущать», которую Узбекистан последовательно проводил в отношении Таджикистана и частично Киргизии все постсоветские годы, уже не действует. Новым руководством страны в лице президента Шавката Мирзиеева было объявлено о радикальной смене курса по отношению к ближайшим соседям Узбекистана.
9–10 марта 2018 года Шавкат Мирзиеев посетил Таджикистан с государственным визитом и встретился с президентом Эмомали Рахмоном. В ходе переговоров было принято совместное заявление президентов, решены несколько спорных опросов об отдельных участках узбекско-таджикской границы, подписано соглашение о взаимных поездках граждан двух стран. В числе 25 принятых документов был и проект достройки Рогунской ГЭС, согласованный с учетом интересов Узбекистана и Таджикистана.
Уникальная плотина
Рогунская плотина с проектной высотой в 335 метров должна стать самым высоким гидротехническим сооружением в мире. Установленные на ней шесть агрегатов мощностью по 600 МВт каждый сделают эту ГЭС самой большой гидроэлектростанцией в Средней Азии (3600 МВт) и 30-й по мощности в мире.
Для Таджикистана Рогунская ГЭС означает практически удвоение производства электроэнергии. До сих пор расположенная ниже по течению Вахша и тоже принадлежащая Таджикистану Нурекская ГЭС (мощностью в 3000 МВт) отвечала за 75% производства электроэнергии в стране.
Кроме вопроса энергоснабжения, Рогунская плотина должна решить и давнишнюю проблему Нурекской ГЭС – заиливание ее водохранилища. За более чем сорокалетнюю историю эксплуатации этой станции мутные воды Вахша, в которых глинистые частицы присутствуют практически постоянно, принесли в Нурекское водохранилище уже несколько кубических километров иловых отложений. Заиливание водохранилища Нурекской ГЭС, по разным оценкам, составляет на сегодняшний день около 40%. Экспертами указывалось, что продолжение этого процесса могло в перспективе привести к заиливанию водоприемников гидроагрегатов Нурекской ГЭС, после чего станция потеряла бы свою эффективность уже в ближайшие 20–30 лет. Теперь же, с пуском Рогунской ГЭС, вопрос ила не будет стоять перед каскадом ГЭС на реке Вахш еще доброе столетие.
Получит свою выгоду от постройки Рогунской ГЭС и Узбекистан. Наличие двух крупных водохранилищ позволит Таджикистану более разумно управлять каскадом гидроэлектростанций на Вахше, подстраивая выдачу воды под нужды сельского хозяйства Узбекистана. Ну а Ташкент вполне сможет еще и заработать на транзите электроэнергии из Таджикистана в Казахстан и на юг российской Сибири.
Как теперь становится очевидно, полученный компромисс гораздо лучше «ссоры и войны», на основе которой строились взаимоотношения двух среднеазиатских стран в прошлом.
Российские компании – тоже одни из выгодополучателей будущей достройки Рогунской ГЭС. Ведь в постройке гидроэлектростанции Россия принимает самое активное участие, поставляя туда все гидрооборудование, участвуя в постройке строительной части и отвечая за все научно-изыскательские и проектные работы.
Хотя для России мир в Средней Азии – это самоцель. И прекрасно, что одна из неоконченных больших строек СССР и через 25 лет после своей вынужденной остановки смогла взлететь настоящей птицей Феникс, показав путь мира и благополучия для, казалось бы, непримиримых в прошлом врагов.