Главным событием второго, заключительного, дня Восточного экономического форума стало пленарное заседание, в котором приняли участие президент России Владимир Путин, премьер-министр Японии Синдзо Абэ, президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин и президент Монголии Халтмаагийн Баттулга. Модератором дискуссии лидеров четырех государств выступил Ронни Чичунг Чан – председатель крупнейшей частной гонгконской компании Hang Lung Properties. Он же задал тон дискуссии:
«Перейдем к российскому Дальнему Востоку, хотя я не знаю, почему мы по-прежнему называем этот регион Дальним Востоком. Это означало бы, что мир до сих пор имеет центр где-то в Европе. Я хотел бы напомнить, что сейчас транстихоокеанская торговля по объемам намного превышает трансатлантическую, а экономический рост мира за последние три–четыре десятилетия на 50% обеспечивается за счет этой части света (конечно, более 30% – это рост КНР)».
«Есть такое российское выражение: «Если у вас есть корабль, то его нужно правильно назвать», так вот не нужно ли как-то иначе теперь назвать российский Дальний Восток? Конечно, это решение должно быть принято вами, – добавил он, обращаясь к Владимиру Путину. – Но мне кажется, на суше Сибирь и Дальний Восток – это последний регион, который предстоит полностью разработать, раскрыв его потенциал».
Видимо, синхронный переводчик второпях не распознал поговорку «Как вы лодку назовете, так она и поплывет», но Чичунг Чан имел в виду именно ее. Дальний Восток должен перестать быть «дальним», а стать «передовым».
Разумеется, это не значит, что все жители западной части России должны немедленно заколотить свои дома и массово отправиться на Восток. Но невозможно отрицать, что выходящая к Тихому океану часть нашей страны куда менее развита, чем та, что расположена вдоль западной границы.
США на протяжении XIX века активно осваивали западные окраины своей страны, в результате экономическая мощь Калифорнии теперь превышает возможности «исторических» штатов Восточного побережья. А вот центр страны, так называемый ржавый пояс, на который сделал основную ставку штаб Дональда Трампа, явно просел – и теперь требует особого внимания.
Развивать одну часть страны не в ущерб другой – можно и нужно. Более того, должен возникать эффект синергии – и об этом тоже говорилось на форуме.
Например, создание высокоскоростного транспортного коридора должно дать толчок не только его крайним точкам, но и всем городам, расположенным вдоль него. Там могут возникать новые перерабатывающие производства, сборочные цеха, туристические объекты – и так далее.
О том, каким Россия видит развитие Дальнего Востока (пока нет устоявшегося термина, придется использовать имеющийся), рассказал в своем выступлении Владимир Путин. По словам президента, спектр мер будет довольно широким: «за последние четыре года принято 19 федеральных законов, которые заложили новую основу для работы по подъему региона».
Среди преимуществ российского Дальнего Востока – прямой доступ к сырьевой базе и энерготарифы, которые «ниже, чем в Пусане, Сеуле, Осаке, Токио и Пекине».
Президент еще раз напомнил о планах строительства железнодорожного перехода на остров Сахалин и его возможного продления на японский остров Хоккайдо – «это вещи абсолютно планетарного характера».
Кстати, технологии, которые сейчас прорабатываются в ходе строительства Керченского моста в Крым, вполне могут быть использованы и при соединении Сахалина с «большой землей», и при соединении России с Японией.
На Дальнем Востоке уже почти месяц реализуется проект выдачи электронных виз, стимулирующий и туризм, и приезд вероятных инвесторов. «Этой возможностью только за четыре недели воспользовалось порядка 1300 человек, в их числе и участники нашего форума. С 1 января 2018 года по электронной визе можно будет въехать и на Камчатку, и на Сахалин», – рассказал российский лидер.
Более того, он предложил «для иностранных инвесторов, которые вложат в Дальний Восток 10 и более миллионов долларов, предусмотреть упрощенный порядок предоставления российского гражданства».
Помимо гражданства, инвесторов предполагается привлекать «дедушкиной оговоркой» – когда условия для инвестирования не могут ухудшаться в течение первых 10 лет реализации проекта. При этом для особо крупных инвестиционных проектов – свыше 100 миллиардов рублей – будет продлена льгота по налогу на прибыль с 10 до 19 лет.
Это логично – проекты подобного масштаба создают множество дополнительных рабочих мест, так что в итоге государство все равно останется в выигрыше.
Не было забыто и создание комфортной бытовой среды. «Здесь не только нужно создавать центры экономического роста и новые рабочие места, но и строить новые больницы, медицинские и культурные центры, детские сады, школы, заниматься благоустройством, учитывая запросы граждан, менять облик городов и поселков. Повторю, до 2025 года необходимо вывести основные показатели социального развития региона на уровень выше среднероссийского», – подчеркнул Путин.
Разумеется, скептики могут сказать, что это только слова. Множество глобальных проектов в конце концов так и не были реализованы – как в России, так и в других странах мира.
Но в данном случае оптимизма добавляет то, что иностранные партнеры говорят о вполне конкретных действиях и со своей стороны. Так, президент Южной Кореи предложил России навести «девять мостов сотрудничества». По его словам, это в первую очередь «мост газа, железной дороги, Северного морского пути, судостроения, создания рабочих групп, сельского хозяйства и по другим видам сотрудничества». Также стороны договорились о создании совместной инвестиционной компании для развития российского Дальнего Востока.
В свою очередь Синдзо Абэ заявил об «огромном потенциале японо-российских отношений» и сообщил, что Токио выделил восемь секторов экономики для сотрудничества с российскими партнерами, прежде всего в вопросах здравоохранения.
Что до монгольского президента Халтмаагийна Баттулга, как передает RT, он был краток: «Я летел во Владивосток два часа пятьдесят пять минут, для монголов Дальний Восток не дальний, а Ближний».
Отметим, что разговоры о необходимости активнее продвигать интересы России в Тихоокеанском регионе велись давно. И, наверное, следует поблагодарить Европейский союз и Соединенные Штаты за то, что Москва наконец-то перешла от слов к делу.
«Ежели где убудет несколько материи, то умножится в другом месте» – Михаил Ломоносов сформулировал эти принципы еще в 1748 году. Американские и европейские санкции вынудили Россию развернуться на восток. Если западным бизнесменам и банкам запрещено вкладывать деньги в РФ, а российским, в свою очередь, осуществлять крупные проекты в странах Запада, значит, в полном соответствии с законом Ломоносова, все это будет осуществляться на Востоке.
Неудивительно, что флагман европейской экономики в лице Германии ищет поводы для снятия санкций. Но, как и в случае с продуктовыми антисанкциями, пожалуй, России не стоит торопиться. Сделать Дальний Восток передовым регионом с высоким уровнем жизни и достаточным количеством населения – стратегическая задача, которая усилит нашу страну и позволит максимально диверсифицировать российскую экономику.
Антироссийские санкции не просто «не работают». Санкции помогают России. Вот, пожалуй, самый главный итог Восточного экономического форума.