Задачу держать добычу нефти на уровне 10 млн баррелей в день до 2020 года поставил президент России Владимир Путин, и эта задача, по мнению Федуна, вполне выполнима.
Если кто-нибудь попросит меня вложить деньги в исследование и разработку Арктики, я бы не дал ни копейки
Постепенное истощение старых нефтяных полей может быть компенсировано нефтью с расположенных в Западной Сибири месторождений баженовской свиты, сказал Леонид Федун в интервью Financial Times. Но он при этом добавил, что для достижения поставленных целей нужны существенные налоговые льготы.
По данным Bank of America Merrill Lynch, на месторождениях баженовской свиты можно добывать полмиллиона баррелей нефти в день, что составляет около 5% текущего производства нефти в России. Это даст государству около 7 млрд налоговых поступлений в год.
Большая часть российских крупных нефтяных компаний, таких как ЛУКОЙЛ, Роснефть, Газпром нефть, имеют собственные участки на баженовской свите и уже запустили проекты по добыче. Но они столкнутся с большими трудностями. Дело в том, что установки, предназначенные для бурения горизонтальных скважин, не так распространены в Сибири, как в США. И геологические условия месторождений также остаются неопределенными.
«Баженовская свита – это кот в мешке, – отмечает старший директор отдела российской и каспийской энергетики фирмы IHS CERA Тэйн Густафсон. – Необходимо проведение множества пробных исследований, прежде чем мы узнаем, каков потенциал месторождений».
Но даже скептики признают, что ресурсная база месторождений баженовской свиты может оказаться огромной. Энергетическая консалтинговая компания Wood Mackenzie оценивает ее в 2 трлн баррелей нефти, а это в пять раз превышает установленные запасы месторождения Баккен в США. «Баженов – это наш Баккен», – сказал Федун. Рост добычи на месторождении Баккен растет в два раза каждые полтора года, и сейчас там добывается 10% всей американской нефти.
Как пишет издание, есть серьезные основания для повторения в России сланцевой революции, произошедшей в США. Там технологии гидравлического разрыва пластов, так называемый фракинг, и горизонтальное бурение привели к началу освоения целого ряда месторождений, ранее считавшихся нерентабельными. Это вылилось в настоящий бум в области добычи сланцевого газа и нефти.
Эксперты давно считают, что именно Россия стоит первой в очереди на повторение сланцевой революции по американским лекалам. Она обладает огромными нетрадиционными запасами, развитой нефтяной промышленностью и слабой экологической оппозицией, которая, к примеру, в Европе сильна настолько, что блокирует использование сланцевых технологий в нескольких странах.
Надо сказать, не только Федун говорил о том, что сланцевая нефть в России – очень перспективное направление. Осенью прошлого года с подобным заявлением выступил глава Газпрома Алексей Миллер. Причем он подчеркнул, что ему интересна именно сланцевая нефть, но не газ. «В отличие от сланцевого газа, добыча которого в России совсем неактуальна, направление сланцевой нефти представляет для Газпрома заметный интерес, и мы намерены этим вопросом активно заниматься», – сказал Алексей Миллер.
По мнению экспертов, в долгосрочной перспективе при росте цен на нефть Россия может стать одним из основных игроков на этом рынке. Сейчас ситуация складывается так, что основные крупные запасы нефти находятся либо на арктических шельфах, либо на труднодоступных восточносибирских просторах. Запасы нефти на небольших расстояниях от транспортной инфраструктуры ограничены. Поэтому для нефтяных компаний альтернативой освоения труднодоступных (по расстоянию и условиям) месторождений Арктики и Восточной Сибири вполне может оказаться освоение трудноизвлекаемых запасов Западной Сибири.
Леонид Федун сказал, что будет гораздо дешевле для российских нефтяников разрабатывать месторождения на материке, а не на Арктическом шельфе. По его словам, проблемы компании Royal Dutch Shell в водах Аляски, где она потратила 5 млрд долларов, чтобы пробурить одну скважину, стали предупреждающим сигналом для всей индустрии.
«Если кто-нибудь попросит меня вложить деньги в исследование и разработку Арктики, я бы не дал ни копейки, – сказал Федун. – У нас есть много возможностей для инвестиций, которые несут меньшие риски».
«В настоящее время российские нефтяные компании только начали развивать технологии по добыче трудноизвлекаемых запасов нефти. Так, Газпром нефть совместно с Shell будет разрабатывать Верхне-Салымское месторождение. Роснефть вместе с американской компанией ExxonMobil уже в текущем году планирует начать исследования участков баженовской и ачимовской свит, принадлежащих Роснефти», – сказала газете ВЗГЛЯД аналитик Инвесткафе Юлия Войтович.
По ее словам, общие запасы трудноизвлекаемой нефти баженовской и ачимовской свиты в России могут достигать 50 млрд тонн нефти. «Таким образом, в долгосрочной перспективе с развитием технологий при помощи зарубежных компаний российские ВИНК также смогут существенно развить добычу трудноизвлекаемых запасов нефти. К примеру, Газпром нефть рассчитывает, что уже к 2020 году объемы добываемой компанией трудноизвлекаемой нефти могут составить 10–15% от общей добычи (в 100 млн тонн нефти)», – отмечает аналитик.