Какую валюту выбрать для ЕЭП
В пятницу, выступая на экономическом форуме «ЕЭП: новые возможности промышленного развития», премьер-министр России Дмитрий Медведев заявил о том, что введение единой валюты в Евразийском союзе не является задачей сегодняшнего дня, но об этом необходимо думать.
Нельзя, чтобы валюта была единой, а все остальное самостийное. Необходимо создавать единое государство
«Нужно думать дальше, нужно думать уже в масштабе Евразийского союза, который должен возникнуть с 2015 года, включая, кстати сказать, такие, может быть, вопросы, которые пока являются предметом текущих разговоров, но о которых нужно помнить, особенно с учетом нестабильности на глобальных рынках», – заявил Медведев, цитирует «Интерфакс».
О перспективе введения единой валюты ранее неоднократно заявлял президент России Владимир Путин. Так, в середине декабря Путин заявил, что Россия, Беларусь и Казахстан могут перейти на единую валюту. «Мы пока до такого уровня интеграции (как у Евросоюза) не добрались, но мы говорим о возможности в будущем, после запуска Единого экономического пространства, перейти и к формированию Евразийского союза. Я думаю, что в какой-то степени в результате переговорного процесса и достижения компромисса мы, конечно, дойдем и до этого. Надеюсь, и до общей валюты, и до согласования макроэкономической политики», – сказал Путин.
Эксперты считают, что введение единой валюты – планы на довольно долгосрочные перспективы. «Мало создать валюту. Она должна быть достаточно устойчивой, чтобы ею могли воспользоваться другие государства. Эту валюту какое-то государство должно держать на счетах, чтобы рассчитываться за нашу нефть. К примеру, возьмут какой-нибудь «рублик». А если «рублик» в момент упадет и превратится через три месяца в три рублика? Для стран, которые расплачиваются, в том числе, и с долларовыми поставщиками, такое развитие событий не будет выгодно», – объясняет главный экономист «Центра развития» ГУ-ВШЭ Валерий Миронов.
Единая валюта должна иметь иммунитет от экономических потрясений. «Валюта не должна иметь таких колебаний, но у нас такие колебания будут, поскольку наш рынок зависит от цен на нефть. Такие вещи нереализуемы, пока наша экономика не диверсифицирована, и Казахстана, кстати, тоже. А для этого необходимо не менее 10 лет», – комментирует Миронов.
Понятно, что для России был бы выгодно сделать российский рубль единой валютой. «Масштабы экономики были бы больше. Правда, ненамного, потому что наш ВВП в 10 раз больше казахстанского и раз в 15 больше белорусского. Просто мы бы присоединили к себе еще две области, причем интересные: в Белоруссии развито машиностроение, а Казахстан – это дополнительная нефтегазовая провинция, а также степные просторы, где можно было бы выращивать зерно», – комментирует Валерий Миронов.
Однако эксперты единодушны во мнении, что на это не могут пойти ни Казахстан, ни Белоруссия. «Переход на рубль был бы действительно проще, но этому могут противиться другие стороны альянса, поскольку переход просто на рубль будет подчеркивать их существенную экономическую зависимость от России», – комментирует начальник аналитического отдела ИК «Церих Кэпитал Менеджмент» Николай Подлевских.
Но в целом преимущества введения такого инструмента очевидны. «В первую очередь это закрепление единого экономического пространства, а это рынки товаров, услуг и рабочей силы. На базе экономики будет проходить объединение усилий по другим направлениям, включая оборону и консолидированную позицию на международной арене», – комментирует Подлевских.
Позиция соседей
Белоруссия и Казахстан вроде бы не против введения единой валюты, но каждая страна тянет одеяло на себя. Так, Белоруссия согласна перейти на единую валюту в том случае, если будут два эмиссионных центра – в Минске и Москве. Однако Путин в начале января сообщал о том, что Россия на такое пойти не может.
В марте этого года председатель Совета республики Национального собрания Белоруссии (верхняя палата парламента) Анатолий Рубинов выступал за скорейшее введение российского рубля на территории республики в качестве единой валюты в Союзном государстве Белоруссии и России.
По его мнению, такая мера решит проблему низкой стоимости белорусского рубля как национальной валюты (это, по его словам, препятствует расширению импорта как средства покупки энергоресурсов и технологического оборудования). Рубинов полагает, что белорусская экономика никогда не будет в состоянии обеспечить устойчивый профицит внешней торговли как основного условия стабильности нацвалюты в отличие от сырьевой экономики России. По его словам, именно из-за отсутствия в Белоруссии собственных углеводородов и высокой импортоемкости экономики национальная валюта лишена долгосрочных перспектив существования.
Мнение Рубинова контрастирует с предыдущими заявлениями президента Белоруссии Александра Лукашенко по поводу перехода на рубль. Ранее Минск отказался от предложенного Россией плана введения единой валюты Союзного государства. После формирования Таможенного союза, ЕЭП и курса на формирование Евразийского союза вопрос о единой валюте актуализировался. В начале этого года Лукашенко назвал введение единой валюты в ЕЭП вопросом долгосрочной перспективы.
«Мы не исключаем, что может быть единая валюта. Но это должна быть новая валюта, как в Европейском союзе, некое «евро», но не тенге, не белорусский рубль, не российский», – говорил Лукашенко.
#{bigimage=637699}Позиция Казахстана аналогична. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в целом поддерживает идею введения единой валюты, правда, мыслит он более глобальными масштабами, не ограничиваясь лишь Россией, Белоруссией и Казахстаном.
«Сегодня существует шанс для введения глобальной валюты. За последние 60 лет мы впервые имеем такую возможность. И если мы упустим ее, то в следующий раз такой шанс вернется не скоро», – предупредил Назарбаев. По его мнению, разрабатывать новую систему должна не какая-то отдельная страна или финансовый центр, а большинство стран, которые узаконят новую мировую валюту.
Причем новая валюта должна быть отличной от российского рубля. «Считаю, что ни одна национальная валюта, включая, конечно, мощный рубль, не годится. Должно быть другое название, другая валюта», – заявил Назарбаев.
По словам казахстанского президента, «это – дело будущего». «Мы об этом сейчас не говорили. Вообще, интеграционное объединение начинается так: сначала создается зона свободной торговли, потом Таможенный союз, потом Единое экономическое пространство, потом экономический союз. Потом – расчетная единица», – сказал Назарбаев.
Опасности единой валюты
#{ussr}Также стоит упомянуть об опасностях, которые таит в себе единая валюта. Яркий пример тому Греция, которая присоединилась к еврозоне. Единая валюта создает угрозы быстрого расползания кризиса. «Греция давно могла бы девальвировать свою валюту, но там все в евро. Даже для туристов страна сейчас не привлекательна, поскольку там цены сопоставимы с Испанией. Греция как раз хочет выйти из еврозоны, чтобы провести девальвацию и защитить экономику своими силами», – пояснил Миронов.
Грубо говоря, при существовании единой валюты кризис, возникший в Белоруссии, распространится и на Россию, и на Казахстан. С другой стороны, Белоруссия уже не сможет девальвировать единую валюту в одностороннем порядке, как это Минск сделал буквально этой весной.
«Белоруссия и Казахстан с большой настороженностью относятся к введению единой валюты, поскольку после этого страны во многом теряют возможность проводить девальвацию своей денежной единицы с целью уменьшить накопившиеся в экономике перекосы», – комментирует Подлевских.
Также опасность таят в себе и отношения между государствами. То есть до тех пор, пока члены союза будут мирно жить, выгоды от объединения будут перевешивать. «Вот только если какая-либо из присоединившихся стран вступит в серьезные противоречия и будет двигаться в обратную сторону от дальнейшей интеграции, то единая валюта будет сильно препятствовать этому процессу. Однако постепенно, по мере дальнейшего сближения и отработки экономических механизмов, эта настороженность будет уходить, тем более если получаемые выгоды будут явно перевешивать неизбежные ограничения», – отмечает Подлевских.
Рецепт от потрясений
Во-первых, создание единой валюты – серьезный шаг для союза. Он возможен при очень высокой степени интеграции. «Введение единой валюты – это шаг, на который можно решиться только в том случае, если экономика стран настолько сильно интегрирована друг в друга, что образует единое целое. Сейчас пока это абсолютно невозможно», – говорит эксперт «Инвесткафе» Антон Сафонов.
«Нельзя, чтобы валюта была единой, а все остальное самостийное. Необходимо создавать единое государство. Но этого уже не вышло. Каждый хочет быть самостоятельным президентом, а не губернатором», – поясняет Валерий Миронов. «ЕЭП заработало только лишь с 1 января 2012 года. Оно будет серьезной интеграционной структурой, которая будет сближать наши страны. Однако пока говорить о необходимости введения единой валюты еще преждевременно. Вопрос должен созреть», – комментирует Николай Подлевских.
Во-вторых, не нужно повторять ошибки еврозоны. «В еврозоне главная беда состоит в том, что нет жестких механизмов контроля доходной и расходной частей бюджета. Отсутствие должной бюджетной дисциплины со стороны некоторых участников приводит к слишком большим напряжениям во взаимоотношениях. В идеале было бы полезно иметь единый бюджетный механизм», – поясняет Подлевских.
В этом уверен и Валерий Миронов: «Должны быть единый Минфин, Центробанк, единая экономическая политика. Этого пока нет даже в еврозоне, они к этому только идут».