В понедельник в газете «Ведомости» вышла очередная предвыборная статья премьер-министра России Владимира Путина, которая полностью посвящена экономике.
Но и частные корпорации должны приучиться к тому, что 3-5% их валового дохода должно направляться в исследования и разработки
В основном в статье раскрываются механизмы превращения России из поставщика сырья и энергоресурсов в страну с инновационным развитием. В частности, говорится о том, что нам необходима «экономика, работающая на современной технологической базе».
«Нам необходимо выстроить эффективный механизм обновления экономики, найти и привлечь необходимые для нее огромные материальные и кадровые ресурсы», – пишет Путин.
Премьер предлагает делать ставку на такие отрасли, как фармацевтика, высокотехнологичная химия, композитные и неметаллические материалы, авиационная промышленность, информационно-коммуникационные технологии, нанотехнологии. «Разумеется, традиционными лидерами, где мы не потеряли технологических преимуществ, являются наша атомная промышленность и космос», – подчеркнул он.
В целом доля высокотехнологичных и интеллектуальных отраслей в ВВП должна к 2020 году увеличиться в 1,5 раза. При этом высокотехнологичный экспорт России вырастет вдвое.
Эксперты поддерживают предложение премьера в части развития ряда высокотехнологичных отраслей, однако процесс диверсификации экономики может занять гораздо больше времени. «В любом случае, это задача не 8 лет, поскольку переориентация экономики займет не одно десятилетие. Понятно, что за этими отраслями будущее, и их необходимо развивать. Вопрос другой: насколько будет высок спрос на эту продукцию, как на внутреннем, так и на внешнем рынке?» – комментирует газете ВЗГЛЯД аналитик ИК «Совлинк» Ольга Беленькая.
«Но, на мой взгляд, стоило бы развивать эти отрасли не отдельно друг от друга, а в какой-то кооперации с крупными компаниями, с тем чтобы создавать востребованные рынком продукты, конкурентоспособные по цене и качеству с мировыми аналогами. В инновационном бизнесе очень важно не только учитывать лучший зарубежный опыт, но и работать на опережение спроса, угадывать и создавать новые тренды. В любом случае, необходима стратегия развития этих секторов, обеспечение ресурсов для их развития и встраивание их в глобальную систему разделения труда», – отмечает Ольга Беленькая.
Премьер намекнул на то, что, несмотря на поставленные перед отечественным реальным сектором экономики задачи по диверсификации экономики, промышленные предприятия не смогут рассчитывать на протекционистские меры государства. «И не потому, что вступили во Всемирную торговую организацию. Мы вступили туда именно потому, что имеем экономику, сильно зависимую от внешнего рынка и в производстве, и в потреблении. Но высокие импортные пошлины оплачивают наши граждане и наши предприятия. Чрезмерный протекционизм всегда приводит к застою, низкому качеству и высоким ценам», – пишет Путин.
Кстати, эксперты уверены, что вступление в ВТО России положительно скажется на российском крупном бизнесе. «При вступлении в ВТО мы открываем внешний рынок, который гораздо больше, чем внутренний. У нас появилась возможность вывозить продукты. Сейчас мы ограничены в освоении внешнего рынка, поскольку пока мы не члены ВТО и не можем воспользоваться квазисудебной системой этой организации, – комментирует главный экономист центра развития ГУ-ВШЭ Валерий Миронов. – Сейчас любое государство может по любому поводу ввести запрет на ввоз российской продукции. К примеру, мы не можем ввозить ядерное топливо в ЕС, а также ряд потребительских товаров, также существуют квоты на ввоз металлопроката. В результате у нас нет вообще обрабатывающей промышленности, работающей на экспорт. Сейчас перед Россией будет стоять задача создания таких отраслей, чтобы вывозить на гораздо более емкий внешний рынок».
В статье говорится о том, что в будущем будет уделяться повышенное внимание университетам и исследовательским центрам, с которых, собственно, и должно начинаться инновационное развитие.
«Будет в несколько раз – до 25 млрд руб. в 2018 г. – увеличено финансирование государственных научных фондов, поддерживающих инициативные разработки научных коллективов. Размеры грантов должны быть сопоставимыми с тем, что предоставляют своим ученым на Западе», – пишет премьер.
С другой стороны, крупные частные компании должны быть мотивированы на инвестиции в науку. «Сейчас 47 компаний с государственным участием приняли инновационные программы. Но и частные корпорации должны приучиться к тому, что 3–5% их валового дохода должно направляться в исследования и разработки», – отмечает Путин.
В своей статье премьер указывает на недостаток прямых инвестиций и большой отток капитала из страны. По мнению Путина, решить проблему капитала поможет увеличение внутреннего рынка, что сделает его более привлекательным для прямых инвестиций.
«Россия последовательно пытается создать единый рынок со своими соседями. Рынок, где проникновение товаров и услуг не встречало бы никаких препятствий, не сталкивалось бы с неопределенностью условий. Большой рынок ЕЭП повысит конкурентоспособность каждой из наших стран – мы исходим из этого», – пишет Путин.
Также премьер говорит о необходимости «расчистить поле для бизнеса», причем решение здесь лежит не в плоскости экономической политики. «Мы должны изменить само государство, исполнительную и судебную власть в России. Демонтировать обвинительную связку правоохранительных, следственных, прокурорских и судейских органов. Исключить из уголовного законодательства все рудименты советского правосознания, все зацепки, которые позволяют делать из хозяйственного спора уголовное дело на одного из участников. Все экономические дела должны перейти из судов общей юрисдикции в арбитражные суды», – пишет Путин.
«Нужно признать, что на сегодняшний день не работают нормы о внесудебном и досудебном урегулировании споров. Бизнес до сих пор не решается полагаться только на достигнутые договоренности», – отмечает председатель совета директоров правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры» Эдуард Олевинский.
Также логичным видится предложение перевода экономических дел в арбитражные суды. «Существующая система не только позволяет, а иногда и обязывает разрешать экономический спор в суде общей юрисдикции. Предложение перевести все экономические дела в арбитражные суды представляется логичным. Вместе с тем не всегда понятны инициативы, касающиеся упрощения процедуры арбитражного судопроизводства, сокращения сроков рассмотрения дел. Полностью освобождать арбитраж от обязанности формировать доказательственную базу по делу неосмотрительно», – подчеркивает Эдуард Олевинский.
Что касается налоговой политики, то премьер-министр не видит смысла в увеличении налоговой нагрузки на несырьевые секторы экономики, поскольку это противоречит политике диверсификации экономики. «Но у нас есть резерв роста налоговых доходов по ряду направлений: дорогая недвижимость, потребление люксовых товаров, алкоголя, табака, сбор рентных платежей в тех секторах, где он пока занижен. Прежде всего то, что называется дополнительным налогом на богатство, а точнее, на престижное потребление. Основные решения должны быть приняты уже в этом году, с тем чтобы со следующего года владельцы дорогих домов и машин платили повышенные ставки налогов. При этом важно не увлекаться, чтобы под эти меры не попали представители среднего класса», – пишет премьер.
«Большой резерв – в наведении порядка с уходом от налогов через фирмы-однодневки, через офшоры. От этого добросовестный бизнес только выиграет, ему не придется конкурировать с теми, кто процветает на махинациях и обмане государства», – подчеркнул премьер.
Как считают эксперты, борьба с однодневками должна стать вообще приоритетной задачей государства. «Такие организации востребованы из-за неразвитого налогового законодательства: намного проще вывести свою прибыль в необлагаемую налогом наличность, чем выстраивать грамотную схему налоговой оптимизации. Теперь, когда налоговые органы расставили свои сети на фирмы-однодневки, страдают больше не настоящие правонарушители, а честные предприниматели, в силу некоторых причин совершившие сделку с однодневкой», – подчеркнул адвокат юридической компании «Налоговик» Антон Соничев.
Эксперт даже предлагает конкретный механизм борьбы с фирмами-однодневками. «Один из стимулов использования однодневок – это налог на добавленную стоимость. В первую очередь от него уходят именно таким способом. Для уменьшения налоговой нагрузки компании могут перейти на упрощенную систему налогообложения. Но это не позволит им сотрудничать с крупными предприятиями, которые предпочитают поддерживать коммерческие отношения только с плательщиками НДС. Из этого следует, что борьбу с однодневками нужно сопрягать с упразднением НДС и введением налога с продаж. Это поможет оградить от неблагоприятных последствий действительно добросовестных предпринимателей», – предлагает Антон Соничев.