«Шери», или «Дорогуша», как был назван фильм в программе прошлогоднего ММКФ, – весьма любопытный гибрид французской салонной прозы Колетт и истинно британского взгляда, которым обладает один из самых титулованных английских режиссеров Стивен Фрирз. Последний, кстати говоря, далеко не новичок в постановке костюмных мелодрам – его «Опасные связи» по одноименному роману Шодерло де Лакло получили в 1989 году «Оскары» за лучший адаптированный сценарий, лучшие костюмы и лучшую художественную постановку.
Трагедию Колетт с суицидом в финале Фрирз превратил в сатирический набросок
До отечественного проката фильм добрел с уже ставшим традиционным опозданием. На этот раз промежуток между мировой и российской премьерами составил целый год. Но это тот случай, когда нелишне будет поблагодарить прокатчика «Кино без границ» за то, что фильм вообще выходит на наши экраны.
Для Фрирза «Шери» – во многом удачная попытка войти дважды в одну и ту же реку. Для адаптации литературного первоисточника был приглашен сценарист «Опасных связей» Кристофер Хэмптон, известный российскому зрителю еще и по «Полному затмению» Агнешки Холланд. Главные роли сыграли заслуженные мастера экрана Мишель Пфайфер («оскаровская» номинация на лучшую женскую роль за те же «Опасные связи») и Кэти Бейтс. Далеко не случайно мастодонт западной кинокритики Роджер Эберт заметил: «Успех этого фильма начинается с подбора актеров». Именно пресловутая «химия» главных героев, а также позабытое ремесленниками умение работать с талантами придают этому кинороману особую убедительность.
История любви между неопытным, но уже пресыщенным дамскими ласками 25-летним юношей по имени Фред (Руперт Френд, более известный как возлюбленный Киры Найтли) и 49-летней куртизанкой Леа (Мишель Пфайфер) разыгрывается в декадентских интерьерах парижской belle époque. Она зовет его Шери, от французского cherie – милый, дорогой, он ее – Нуну. Герои знают друг друга много лет, но между ними вдруг вспыхивает страсть. Однако мать Фреда мадам Пелу (Кэти Бейтс) прекращает этот опасный, с ее точки зрения, роман и женит сына на «более подходящей» молодой особе.
Казалось бы, драма, разбитые сердца. Тем не менее режиссер удерживает зрителей от сопереживания героям. Он держит дистанцию мастерски – при помощи остроумнейших, отточенных диалогов, закадровой аутентичной музыки авторства Александра Деспла (композитора «Загадочной истории Бенджамина Баттона» и «Разрисованной вуали») и ненавязчивой, но потрясающей своей виртуозностью операторской работы Дариуса Хонджи, работавшего в свое время с Бертолуччи над картиной «Ускользающая красота».
У Фрирза слез в этой душераздирающей истории практически не видно. Именно это обстоятельство и послужило для многих упреком – дескать, романтическую трагедию Колетт с непременным суицидом в финале режиссер превратил в сатирический набросок, достойный пера Оскара Уайльда или Ивлина Во, по-своему обаятельный, но все-таки чересчур легковесный. Драма в исполнении Колетт потрясает, а у Фрирза – звучит за кадром. На первом плане у него все же – комедия нравов, а не распад неравной любви.
Придраться есть к чему – к некоторой скомканности повествования, к маленькому, то есть несолидному для жанра хронометражу – всего лишь час и сорок минут. Наконец, к выбору чересчур смазливого и манерного актера на роль Шери. Но главное, пожалуй, то, что Фрирз возвращает зрителю кино – неторопливое, прекрасно рассказанное и сыгранное. Кино, которое принято смаковать, как бокал старого вина, как любимую книгу.