Большой фестиваль мультфильмов стартует в Москве 28 октября. До 7 ноября в его рамках будут показаны редкие и малоизвестные анимационные фильмы из России и со всего мира. В программе значатся полнометражные фильмы, документальная анимация и даже мультфильмы по Чехову.
Про одно тридцатисекундное кино рассказывали, что кинокритик его пропустил, потому что снял очки, чтобы протереть их
Для детей будет открыта площадка, где их научат делать рисованные киноленты, а для взрослых приготовлены встречи с режиссерами культовых мультфильмов советского прошлого – Эдуардом Назаровым («Жил-был пес») и Игорем Ковалевым («Пластилиновая ворона»).
Директор зарубежной программы Большого фестиваля мультфильмов Мария Терещенко рассказала газете ВЗГЛЯД, за чем еще стоит идти на фестиваль и чем будет интересен этот киносмотр.
ВЗГЛЯД: Мария, на что вы посоветуете пойти тем, кто будет смотреть впервые взрослые мультфильмы?
Мария Терещенко: Думаю, есть смысл начинать с чего-то французского, потому что французы – такие чудесные ребята, которые делают все очень красиво, универсально и современно. Французским у нас будет фильм открытия «Иллюзионист» Сильвена Шоме (этот режиссер сделал в свое время мультфильм «Трио из Бельвилля», который стал прорывом для авторского, неголливудского кино и имел успех в международном прокате). Кроме того, у нас есть три программы французской студенческой анимации. Очень динамичные, самобытные фильмы, молодое, без всяких сложных задвигов, по-хорошему легкомысленное кино.
«Иллюзионист» режиссера Сильвена Шоме откроет фестиваль, причем это будет премьера мирового масштаба (кадр из фильма)(Фото: wikipedia.org) |
ВЗГЛЯД: А тем, кто уже разбирается в мультипликации?
М.Т.: К продвинутым пользователям кинематографа обращена вторая наша премьера – новый фильм чешского режиссера Яна Шванкмайера «Пережить самого себя: теория и практика», он сделан в технике перекладки, то есть режиссер фотографировал актеров, делал бумажные плоские фигурки-марионетки и двигал их покадрово.
Еще есть программа «Мании и Фобии» – короткометражки специально для психотерапевтов. И программа «Внешнее и скрытое» – экспериментальное кино, режиссеры играют с формами, иногда это красиво, иногда странно, но в любом случае интересно.
ВЗГЛЯД: Среди любителей мультфильмов есть ведь и те, кто не признает эксперименты, предпочитает классические серьезные работы...
М.Т.: У нас как раз есть очень классическая чеховская программа. По случаю юбилейного года была сделана серия работ по чеховским рассказам. Например, фильм Алексея Демина, он называется «Очумелов», получил много национальных призов. Фильм сделан по раннему рассказу «Хамелеон», но в нем сильно проглядывает настроение позднего Чехова, осеннее, печальное. Демин придумал очень своеобразный монтаж. Но проще смотреть, чем объяснять, – это удивительное кино.
#{interviewcult}ВЗГЛЯД: Можно ли из всего вышесказанного сделать вывод, что Большой фестиваль мультфильмов вообще не ориентирован на детей?
М.Т.: Изначально анимация не была детским зрелищем, это было абсолютно взрослое и даже политически-острое кино. «Детский потенциал» мультфильмов был открыт совсем не сразу. Даже Дисней, когда начинал делать Микки Маусов, не рассчитывал на детей. А потом стало понятно, что дети особенно падки на картинки, и анимация как бизнес, конечно, стала детской.
ВЗГЛЯД: Почему же продолжают появляться взрослые мультфильмы, если они по большей части «не коммерческие»?
М.Т.: В чем тут фишка – взрослым больше нравится игровое кино, где уже все разжевано, все показано и свое воображение применять не нужно. С какого-то возраста мы становимся более инертны и ленивы – это просто законы психологии. И анимация в этом смысле способна расшевелить. Почему это происходит? Потому что мультфильм делается дольше и сложнее, чем игровое кино, и требует большей продуманности. Анимацию, даже самую плохую, нужно полностью придумать, поэтому она более разнообразная, более сложная.
ВЗГЛЯД: Лично вы почему любите мультфильмы?
М.Т.: Я смотрю мультфильмы, потому что они продолжают меня удивлять. Я прихожу на новую программу, включаю новый диск и никогда не знаю, что увижу. Например, вдруг тебе выстраивают целый мир из компьютерных клавиатур.
Более концентрированного искусства, искусства, требующего большей сосредоточенности, большего внимания, большей погруженности, чем анимация, я не могу назвать. Бывают же совсем короткие фильмы... Про одно тридцатисекундное кино рассказывали, что кинокритик его пропустил, потому что снял очки, чтобы протереть их. Пропустил весь фильм. Да даже если вы не весь фильм, а хотя бы какое-нибудь важное звено пропустите, все у вас рассыплется. Так вот, если вы пришли смотреть короткометражную анимацию, у вас нет возможности снять очки.