Скоро 3–4 октября, очередная годовщина московских событий 1993 года. О них в свое время сказано было немало. Если коротко, именно танковая стрельба тогда в центре Москвы стала началом либерально-олигархической диктатуры, которая не принесла России ничего, кроме унижения, нищеты и войны на Кавказе. Исход конфликта за власть решила армия.

Выяснялось, что денежные знаки старше разговоров о патриотизме и воинском афганском братстве. Соратники Руцкого сильно переоценили свои силы и связи в армии и спецслужбах. Тогда погибло много истинных патриотов России, особенно молодежи, да и просто случайных людей.

При этом, как и недавно в Киеве, действовали неизвестные снайперы. Независимые от тогдашнего Кремля источники называли цифру погибших в 1,5 тысячи человек.

В результате государственного переворота вся оппозиция Ельцину оказалась в тюрьме, была также закрыта вся оппозиционная пресса, интернета тогда не было.

Наши «борцы» за свободу слова и демократию решили, что это нормально. Они никогда не считали своих оппонентов людьми, соответственно, им можно было безнаказанно затыкать рот, сажать в тюрьмы или просто расстреливать в центре Москвы.

Сейчас в российской столице периодически проходят либеральные митинги. Традиционно в них участвуют профессиональные либералы, столичные фрики, сочувствующие официальному Киеву элементы, а также прочая оппозиционная публика. Как всегда, перед такими мероприятиями в либеральной среде начинаются разговоры о репрессиях, 1937 годе, кровавом режиме и так далее.

Реальных оснований для этих разговоров нет: в России, наверное, самый мягкий режим за всю ее историю. Но откуда тогда это на первый взгляд беспочвенное беспокойство?

Наши либералы помнят о том преступлении и подсознательно боятся наказания. Прежде всего они боятся, что с ними поступят так же, как они поступили в 1993 году, ведь силовой ресурс ими давно утрачен и давно уже не на их стороне. Они (может быть, подсознательно) боятся «ответки» за октябрь 1993 года.

Проиграв выборы в парламент в далеком 2003 году, прозападные либеральные партии оказались на обочине российской политики. И сейчас не имеют никаких шансов для возвращения в Государственную думу и серьезную политику. Проханов, Лимонов, Руцкой и другие лидеры оппозиции 1993 года не сходят с экранов основных федеральных телеканалов, взяв Останкино без единого выстрела.

Однако не все так просто. Экономический уклад современной России по-прежнему определяет проведенная либералами в 90-е приватизация. Конечно, она была немного подкорректирована делом ЮКОСа, продажей Сибнефти Газпрому и еще рядом сделок.

Но мы все каждый день живем по правилам экономики 90-х годов. Современная буржуазная Россия в значительной степени социальное государство только на словах, а не на деле. Так что исторический спор 1993 года завершен вничью. Политику выиграли патриоты, экономику – либералы. И это, вероятно, уже окончательный счет на табло.