Сначала надо раскачаться. Когда раскачались и поймали нужные ноты, темы, кадры – жалко сразу их бросать. Хочется выжать из них всё. И только после этого – «назад в будни», с учетом техники безопасности, то есть медленно.
А вообще по телевизору 23 февраля у нас круглый год. Нынешняя эпоха культивирует мужественность и силу без меры (про женственность без меры – поближе к 8 марта).
«В чем сила?» – задавался вопросом Данила в «Брате-2». Для телевидения – в чем угодно, только не в правде.
По всем кнопкам идет реклама настоящих мужчин – то есть тех мужчин, которые правильно бреются и пользуются актуальной мужской парфюмерией.
Хотя самые настоящие мужчины, наверно, те, которые вообще не бреются и уж точно не пользуются духами и туалетной водой. Но тогда им не продашь ни бритвы, ни пены, ни геля для бритья, ни парфюма. Одни убытки от таких мужчин.
Настоящий мужчина обязан стимулировать свой мужской потенциал, чтобы всегда и в любом возрасте быть сексуально активным
Еще согласно рекламе, настоящий мужчина обязан иметь не просто автомобиль, а новый авто актуальной модели. Хотя, наверно, настоящий мужчина лучше всех маневрирует и быстрее всех катается на самой развалюхе.
Далее настоящий мужчина обязан стимулировать свой мужской потенциал, чтобы всегда и в любом возрасте быть сексуально активным. Хотя вообще-то настоящий мужчина не нуждается в стимуляторах, и даже без «наверное».
В общем, если следовать рекламной концепции мужчины, то настоящий – тот, который знает, из чего же, из чего же, из чего же состоит сила мужчины, и, главное, имеет деньги, время и соображение приобретать ингредиенты настоящести.
Для рекламы, стало быть, сила – в купленной иллюзии.
Отечественные криминально-военные сериалы предлагают другую концепцию. От сериалов-долгожителей вроде «Убойной силы», «Агента национальной безопасности» и до «Слепого», «Офицеров», «Закона и порядка», «Детективов», «Адвоката» и так далее – пары и тройки верных друзей, бесстрашные одиночки, десятки и сотни следователей и оперативников, спецагентов и юристов, бывших спецназовцев и афганцев, просто хороших парней, мужиков и стариков стараются расчистить мир от тех плохих людей, с которыми они лично или заочно знакомы.
Эпоха коллективизма минула. Общие дела по расчистке окружающей действительности остались. Но эти общие дела не делаются всем обществом, их оставляют особо одаренным особям мужского пола.
Кадр из телесериала «Убойная сила» |
Для нашего сериала сейчас настоящий мужчина – тот, который один готов делать «общее дело», готов стараться не для своего личного благополучия и даже готов им рисковать и жертвовать ради благополучия общества, ради жизни на земле.
А вот мужчины при больших должностях, больших успехах и больших деньгах – то есть идеальные герои рекламы – в сериалах видятся сильными, но не настоящими.
Для наших сериалов сила – в самоотверженности, бескорыстии, ну и, конечно, физической живучести. Сериальный формат приказывает герою жить долго.
«Будь сильным», – открыто советуют на канале «Звезда». И понимают силу как выбор соответствующей профессии – летчик, пограничник и прочее.
Для «Звезды» сила – в пользе обществу и государству.
И что-то не попадается мне такого формата, где сила понималась бы еще как-нибудь, душевно или психологически, что ли. Наверно, даже смешно произносить такие слова. Как будто я по князю Мышкину или по Пьеру Безухову заскучала. Но я не заскучала, а просто забеспокоилась. Как говорил Гамлет в переводе Бориса Полевого и в исполнении Павла Мочалова, «за человека страшно мне».
Телевидение пропагандирует силу и сильного мужчину, хотя сильные люди в принципе телевидению совершенно не нужны.
В изумлении просмотрела ток-шоу «Цена вопроса» по мирному Третьему каналу, где Александра Хинштейна с Михаилом Леонтьевым пригласили порассуждать про то, какой кайф они ловят то ли на военных сборах, то ли на учебных полетах в рамках какой-нибудь телеакции.
На этом дневном ток-шоу ведущая Ольга Родионова почему-то была накрашена, если не сказать раскрашена по-вечернему, облачена в какую-то блузотунику с обнаженными плечами, стояла «вся из себя такая» – как говорят в подобных случаях – и задавала вопросы в жанре: «А часто хочется понажимать на эту бибику? – спросила красивая девушка, указывая на ядерный чемоданчик. – А в продажу такие поступят массовым тиражом и по доступной цене?»
Ведущий тоже изо всех сил изображал, какая вкусная экзотическая тема и какое наслаждение эти мужские забавы – типа армия, типа казарма, типа штурвал, типа катапультирование.
Почему-то очень хотелось, чтобы эти бравые мемуары о точечном прикосновению к миру службы и авиации монтировались с кадрами «Парада планет» – где со сборов начинается мужская история поиска смысла бытия.
И с кадрами «Полетов во сне и наяву» – где в сорок лет герой оказался-таки в сумрачном лесу, на пикнике и сиганул в осеннюю воду от ощущения бесперспективности жизни и, главное, своего внутреннего «я».
А то как-то уж очень по-карамельному выглядят мужские занятия.
Когда идут «Грозовые ворота», они не раздражают, потому как художественная форма есть откровенная, честная и уместная игра в мужество, отделенная от окружающего мира и специально выделенная в отдельную вторую реальность. И не важно, насколько вымысел совпадает с реальностью. Он все равно вымысел.
Ток-шоу и прочие тележанры – разгерметизированы, от объективного мира не отделены. И когда депутат Госдумы подыгрывает игре легкомысленных людей, не понимающих разницы между армией и спортом или туризмом, – это выглядит неадекватно.
Такую неадекватность навязывает ТВ, но стряхивать ее с себя никто не собирается. И даже умный, с аналитическими мозгами Леонтьев подыгрывает заданным правилам игры – и не собирается их отменять или сколько-нибудь корректировать. Он на полном серьезе отвечает, как здорово взять и сесть в самолет, выделывать на нем всякие там разные кренделя. Войти в штопор, выйти из штопора – какие проблемы.
Кадр из телесериала «Агент национальной безопасности» |
ТВ как будто не знает, что у нас не все рвутся на службу, поскольку не очень-то здорово, когда тебе при ее прохождении конечности ампутируют. ТВ как будто верит, что легко управлять самолетом – можно успеть насобачиться после пары-тройки штопоров. Это ведь не у нас во время авиационных показательных полетов самолеты на толпы зрителей падают – и не наше ТВ эти кадры периодически освежает в зрительной памяти граждан.
Людей аналитического склада и с имиджем социально ответственных граждан ТВ благополучно использует для создания иллюзии упрощенного, придуманного и подконтрольного экстрима. Казалось бы, гости студии должны в какой-то момент сломать эту иллюзию, перевести разговор в какую-то другую плоскость. Но нет, ничего подобного не случается. Потому что гости студии прекрасно знают, в чем сила – в умении держать себя в предлагаемом формате. А телевидение знает, что они знают этот секрет силы.
Сила – в умении подчиняться. Даже притворяться глупее, чем ты есть.
А ведь это женская позиция.
На эту женскую роль ТВ и готовит каждого, кого готово брать в объектив. ТВ по-мужски задает тон, жанр, настроение – оно ведет, а приглашаемые в студию люди оказываются ведомыми.
А самая женская черта нашей сегодняшней телеаудитории в том, что этот расклад ей нравится.
На шоу «Гипноз» (ТНТ) людей заставляли в состоянии загипнотизированности выделывать всякие нелепости. Кто-то изображал стриптиз, кто-то пил водку, пока не рухнул на сцену, кто-то пытался наводить порядок в зале... Зрители с удовольствием на это смотрели. Участники после гипноза с интересом и без малейшего разочарования или смущения делились своими впечатлениями. Все и всем довольны.
Похоже, потребность в неприкосновенности человеческого «я» отсутствовала изначально, без всякого гипноза.
Слово глумление теперь не в моде. К тому же гипноз происходил на добровольной основе. Выходит, всем интересно побыть физически неподотчетными собственному сознанию и зависимыми от чужой воли. Делайте со мной что хотите – лишь бы всем остальным было на что посмотреть. Все же какое-никакое внимание.
Телевидение тиражирует клише мужественности и независимости. А на самом деле очень нуждается в душевном эксгибиционизме пополам с женским согласием на пассивность, на статус объекта манипуляций. Все люди, все мужчины и женщины для телевидения – женщины. Так ему удобнее. Вот в чем правда.
Напоминаниями о реальной природе мужчины и мужском поведении смотрелись сюжеты о сложении с себя полномочий Фиделем Кастро и о самоубийстве Виктора Власова. Это реальные мужчины, которые увидели предел своим возможностям и желаниям и показали, что реальные сила и мужество не тождественны силе в ее телевизионной интерпретации.
... А 8 марта случится сразу после выборов – специфическая ситуация. Можно гарантировать, что мужской характер ТВ проявится еще с какой-нибудь неожиданной для него стороны.