Боюсь, что мало кто действительно понимает, что такое Кировская область и каково ее – не символическое, а вполне технологическое – значение. Столица, город Киров, – 464 тысячи человек, областной бюджет за девять месяцев 2008 года – 21 195 653,4 тысячи рублей, при этом в области есть и машиностроение, и нефтехимия, и металлургия. Затерянный между Пермью, Нижним Новгородом и Казанью небольшой регион, бедный, если не сказать депрессивный. Стоит ли говорить о том, куда и какими темпами идет отток трудоспособного населения.
Почему потенциально вполне нормальный российский субъект федерации деградирует – вопрос гораздо более важный, нежели персоналия будущего губернского начальника. Что произошло с когда-то очень мощной Вяткой, которая опускается во всех региональных рейтингах все ниже и ниже? Этого вопроса не существует вовсе.
Обсуждение самого Никиты Белых, а не региона, куда он назначен, – показательный эпизод нынешнего безразличия как оппозиционеров, так и лоялистов к России
«Предатель» Никита Белых или он действительно разрешит проводить в Кирове, который превратит в «демократический заповедник», «марши несогласных без ОМОНа» – это малозначимые детали. Кому и какой «сигнал» хотел подать этим назначением Дмитрий Медведев – детали еще менее значимые. Считывание сигналов – классический совок, пересчет мавзолея по шапкам – это столь же скучно, сколь и бесполезно. Острота и продолжительность истерик по этому поводу подтверждает нехитрое правило функционирования российской околополитической тусовки: чем менее значим повод, тем ярче на его фоне можно выступить.
Предположим, Никита Белых и впрямь понял сомнительную перспективу хождения по «маршам» и создания очередных виртуальных оппозиционных проектов. И что с того? Такие невеликие открытия вряд ли стоят разговора. С другой стороны, все предположения о «карьерном росте» и «стартовой площадке», которую Кремль предоставил Белых, основаны лишь на незнании собственной страны: «площадку» хуже Кировской области – еще поискать.
Обсуждение самого Никиты Белых, а не региона, куда он назначен, – показательный эпизод нынешнего безразличия как оппозиционеров, так и лоялистов к России. Где там она, какая-то Кировская область, – а тут готовый персонаж, до черточки знакомый, весь, как на ладони. На одной кухне чай пили, за демократию разговаривали…
Нет никаких «сигналов» и нет никаких «символов»: мало кто готов отправиться в заштатный регион, а при нынешнем кадровом голоде найти вменяемого губернского начальника – та еще проблема. Опять же, кризис, денег брать неоткуда, даже если очень захочется залезть в долги.
Кому и какой «сигнал» хотел подать этим назначением Дмитрий Медведев – детали еще менее значимые (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД) |
Хорошо это или плохо, Бог весть. Но зато гораздо познавательней, чем обсуждение «предательства» и «соглашательства с властью» или длинных тезисов об «управленческом таланте» Никиты Белых.
Результаты слияния бедных регионов с богатыми – и бедность, и богатство, конечно, весьма условны – до сих пор толком не проанализированы: просто непонятно, кто конкретно выигрывает и кто проигрывает от укрупнения. Но уже сейчас вполне очевидно, что никакого иного механизма работы с «отстающими», кроме как присоединения к «успешным», не существует: все остальное – от прямых дотаций до межбюджетных трансферов – лишь попытки как-то облегчить общую ситуацию.
Это, пожалуй, самое интересное в системе нынешнего российского федерализма: схема, результаты применения которой не очень ясны, представляется в целом наиболее разумной. Если бедные регионы в эпоху кризиса будут беднеть стремительней, чем богатые, нужно сделать так, чтобы бедных было просто физически меньше.
Вот это уже вполне символично.