Технология приготовления: кровь процеживают, добавляют простоквашу или воду, приправы и смешанную с содой муку. Тесто хорошо перемешивают и тут же жарят в разогретом жире оладьи. Брать его из кастрюли следует ложкой, смоченной в воде или жире. Подавать к столу в горячем виде с растопленным маслом, сметаной или кислым вареньем (брусничным, клюквенным)»...
– Людмила Борисовна, – дрожащим голосом спрашиваю автора рецепта. – А чья кровь имеется в виду?
– Лучше говяжья, – успокаивает мастер производственного обучения Кулинарного техникума города Сенгилей. – Но можно свиную или овечью.
Чтобы делать бизнес среди людей с доходом в 2 тысячи рублей, нужно вырасти среди них. Нужно понимать, как они не умирают. Нужно самому быть нищим изнутри
«Оладьи с кровью по-эстонски» – это один из ста двадцати рецептов, собранных Людмилой Блохиной за двадцать шесть лет работы. Однажды на масленицу к приезду губернатора работники и студенты техникума решили испечь все сто двадцать. Сергей Морозов пришел в восторг, подарил техникуму метровую сковородку из корабельной стали и официально присвоил Сенгилею звание «блинной столицы России». Теперь всех въезжающих в город об этом извещает «Памятник блину», сделанный из ржавой нержавейки.
Глава Ульяновской области Сергей Морозов из тех замечательных людей, которые действительно хотят как лучше. Он каждый день встает в четыре утра и работает до поздней ночи. Он запускает агитпоезд «Роди патриота», реанимирует букву «ë», ставит чиновникам «двойки», провозглашает «год духовности и добрых дел», устанавливает памятник первой учительнице, строит креативные скамейки, возрождает товарищеские суды, призывает красить заборы в один цвет, присваивает дикому пиону звание «цветочка аленького», инвестирует в районы не деньгами, а блинами, и делает для своей большой и малой родины еще много всякого замечательного. Но получается как всегда: Ульяновская область остается одним из самых бедных регионов России, а ее губернатор, несмотря на все свои старания, уже заработал себе стойкую репутацию «Емели на троне».
– В этих местах блины действительно всегда были очень популярны, – продолжает Блохина. – Родился человек – пекут блины, женился – пекут блины, умер – пекут блины, даже на выборы депутатов у нас всегда пекли блины. Дело в том, что Сенгилей во все времена являлся центром мукомольного дела. До революции здесь было полно мельниц, а в советское время работал большой мукомольный завод. Теперь завод закрылся, даже пекарни собственной нет, работать негде, многие люди только блины и могут себе позволить.
– С кровью?
– Ну, разве что с собственной.
«Оладьи с кровью по-эстонски» – это один из ста двадцати рецептов, собранных Людмилой Блохиной за двадцать шесть лет работы (фото: sxc.hu) |
Город Сенгилей стоит на реке Тушенка. На восемь тысяч человек местного населения всего две тесных точки общественного питания. В той, что подешевле, блин на дрожжевом тесте стоит шесть рублей, на обычном – четыре. В день уходит не больше 20–30 штук. Владелец заведения тоже очень похож на блин – и туловищем, и лицом. Его зовут Дмитрий Мальковский, он бывший ученик Людмилы Блохиной. Идея открыть собственное дело пришла в круглую голову Дмитрия, когда он болтался между жизнью и смертью в московской больнице.
– В реабилитационный период я много общался с москвичами, – вспоминает Мальковский. – Это совсем другие люди. Когда они узнали, что я, повар пятого разряда, зарабатываю в месяц две с половиной тысячи рублей, они посмотрели на меня так, что я понял: «Надо что-то в своей жизни менять». Вернулся на родину, взял кредит, арендовал помещение, открыл точку питания и стал зарабатывать в несколько раз больше.
Свое заведение Мальковский сначала хотел назвать просто, «Закусочная», но после пасхального визита губернатора вдохновился его идеей и повесил над входом вывеску «Блинная». Где-то в глубине души Дмитрий надеялся, что местные власти, понимая необходимость развития бренда «блинная столица России», отнесутся к его бизнесу по-человечески. Напрасно. Уже через пару месяцев единственной в городе «Блинной» подняли плату за аренду в несколько раз и начали теребить проверками. Бизнес-план затрещал по швам, уверенность отдать кредит стала испаряться. А тут еще взлетели цены на молоко. Блины Мальковского теперь имеют природный коровий запах. Это потому, что ради выживания он стал покупать молоко не у сельхозпредприятий, а у местных жителей – прямо сразу после дойки. Те безумно рады, потому что больше сбывать его некуда.
– Любой московский предприниматель или даже ульяновский уже давно бы на моем месте разорился, – говорит «блинный король». – А я выживу несмотря ни на что. Знаете, почему? Чтобы делать бизнес среди людей с доходом в две тысячи рублей, нужно вырасти среди них. Нужно понимать, как они не умирают. Нужно самому быть нищим изнутри.
Через несколько дней из Сенгилея пришла очередная радостная новость. Губернатор инвестировал в местную экономику еще одну сковородку – на этот раз диаметром два метра. Но в кулинарном техникуме печь на ней блины пока не научились: говорят, сталь какая-то не такая, тесто все время пригорает.