Намедни началась и, по счастью, скоропостижно завершилась «предупредительная» забастовка на конвейере АвтоВАЗа. Забастовщики, которых, насколько можно судить, по отношению к общему числу сотрудников было совсем немного, но которые вполне способны были парализовать производство, требовали повысить зарплату сразу до 25 тыс. рублей (по разным данным, сегодня зарплата бастовавших от 7 до 12,5 тыс. рублей, т.е. требовали повышения как минимум в 2 раза). Их требования не остались без внешней поддержки: помимо разнообразных красных политических организаций, на защиту рабочих поднялся Союз правых сил и лично Владимир Вольфович Жириновский.
Кулак не может не быть мироедом, а капиталист буржуем с лозунгом «Бей пролетария в хамскую морду!» – в противном случае хлеб не станет расти и фабрики встанут
При всем отличии второго от первых позиция у них оказалась общая: требования рабочих справедливы и экономически и политически, сказали они своим избирателям. Причина такого единства мнений вполне понятна – забастовщики выступили против начальства, а начальство у ВАЗа партийное, единороссовское. Как тут не пнуть политического противника?
Однако политика политикой, а с рациональной точки зрения эта позиция, как и позиция самих забастовщиков, кажется совершенно непонятной. Каждый, кто сегодня «поддерживает» забастовку на ВАЗе, собирается он голосовать за КПРФ, ЛДПР или за СПС, мог бы задуматься вот о чем. Объективно Волжский автозавод находится не просто в плохом, а в ужасном положении. Затоваренность новыми авто – около 100 тыс. экземпляров. Иначе говоря, произведенные новые машины не продаются. Вместо них продаются иномарки.
По мнению некоторых экспертов, в стоимостном выражении рыночная доля ВАЗа в России вскоре может сравняться с долей Toyota – кстати, отнюдь не единоличного лидера даже среди иностранных автопроизводителей в России. Заградительные пошлины на иномарки больше не спасают, так как машины конкурентов собирают прямо в России. А еще потому, что соотношение производимых машин и количества рабочих на ВАЗе – 6,8. Для сравнения, у Mazda – 36.
Пуристы от экономики, правда, указывают, что современные западные корпорации специально отдают часть функций концерна на аутсорсинг – с тем чтобы бухгалтеры, охранники и повара не учитывались при подсчете производительности труда. Иначе говоря, указывают, что производительность труда у японцев ниже, чем они демонстрируют. Однако и отсутствие на ВАЗе такой практики – тоже показатель неуспешности и архаичности организации производства.
Разумный менеджмент ВАЗа, будь он даже проникнут самыми социалистическими идеями, должен стремиться сокращать издержки. Снижать себестоимость. Резко сокращать штаты. По оценкам, в разное время публиковавшимся различными экспертами, «лишних» рабочих на ВАЗе в целом – от 40 до 70 тыс. человек. Попытка же выполнять требования этих рабочих приведет, натурально, к увеличению издержек и почти наверняка – к быстрому ухудшению положения предприятия. В короткой перспективе – к ухудшению положения тех же самых рабочих.
Скоропостижно завершилась «предупредительная» забастовка на конвейере АвтоВАЗа |
Собственно, поддерживать требования забастовщиков означает вести дело к скорому и неминуемому концу предприятия, гордости отечественного автомобилестроения и проч., и проч.
Рациональный взгляд на проблему ВАЗа состоял бы в том, чтобы реформировать предприятие как можно скорее, с одной стороны, обеспечив высокие зарплаты и высокую производительность труда тех, кто останется, с другой – по возможности гарантировав социальное положение тех, кто уходит. К решению этой последней проблемы следовало бы привлекать и органы государственной власти – понятно, что в таком городе, как Тольятти, создать несколько десятков тысяч новых рабочих мест – мягко говоря, непростая задача.
Непростая и, что гораздо более важно, ничем всерьез не озвучиваемая. И власти, и бизнесмены так боятся роста социальной напряженности, что готовы до последней крайности ретушировать реально существующие проблемы или предлагать для их решения паллиативные и популистские меры – понимая, что когда-то буря грянет... Но надеясь, что это произойдет не сегодня, не завтра, не через год. И вдвойне надеясь на то, что грянувшая буря именно их – печальников о народном благе в СМИ и на предвыборных митингах – пощадит.
Именно такова позиция Союза правых сил: сделаем вид, что мы не либералы и лидер у нас не Чубайс, пусть сущеглупые пролетарии, которых мы совершенно не уважаем, за нас проголосуют.
Бог с ними, с бывшими правыми. Куда хуже то, что такова же позиция едва ли не всего российского бизнеса. О чем говорится в программных документах родной для меня организации «Деловая Россия»? Снова и снова, из года в год – о более справедливом распределении национального богатства, о «благосостоянии для всех».
Помилуй бог, да разве задачи бизнеса состоят в этом?! Дело бизнеса – прибыль и производительность труда, конкурентоспособность и снижение издержек. Кулак не может не быть мироедом, а капиталист буржуем с лозунгом «Бей пролетария в хамскую морду!» – в противном случае хлеб не станет расти и фабрики встанут. С политической или, если угодно, социальной точки зрения о «всеобщем процветании» должны говорить другие – профсоюзы, представители красных, розовых и зеленых партий.
Они должны оказывать на бизнес давление, заставлять его быть «социально ответственным» – но и встречаться с жестким сопротивлением акционеров, менеджеров и выражающих их интересы правых партий, потому что слепое выполнение требований левых – ровно так, как это получается в случае с ВАЗом, – так же ведет к катастрофе, как постоянный рост эксплуатации.
В сегодняшней России нет публичной политической силы, которая уравновешивала бы левых разного рода. Все политики видят своими избирателями «угнетенных, униженных и оскорбленных». Опираться на «угнетателей» не готов никто. Будет ли у нас возможность в ближайшее время изменить эту ситуацию? Скажем, в ходе уже начавшейся кампании по выборам депутатов Госдумы? Господа буржуи, давайте серьезно подумаем об этом.