В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Константина Карамазова о том, почему Евросоюз не бывает беспристрастным в своих оценках.
27 февраля 2015 года на Россию в очередной раз безосновательно вылили целый ушат западных помоев. Третьеразрядного российского игрока в политику возвели в ранг, не уступающий покойному президенту США Кеннеди, а РФ почти прямо обвинили в его смерти.
Один родственник подозревается в убийстве, другая законно получает деньги
Удивительно, но главный вопрос здравого смысла – «кому это выгодно?» – большинство СМИ оставили на задворках. Зато эпитеты о великом, нет, величайшем человечище, столпе российской политики и едва ли не спасителе всего мира звучали именно с российских экранов.
Впечатление после произошедшего 27 февраля однозначное – в момент окончания своего бытия Борис Немцов сделал для прозападной российской тусовки больше, чем за всю свою так трагично окончившуюся жизнь.
Вызывает восхищение скорость, с которой российские правоохранители разыскали подозреваемых в убийстве. Хотя по-другому и быть не могло, слишком большую шумиху устроили наши западные «партнеры».
У следствия версий по делу немного, основная упирается в убийство на почве личной неприязни. Естественно, ни одну из заинтересованных сторон, а стороны в произошедшем, без всякого сомнения, Россия и Запад, такая версия не устраивает.
И пока Запад подыскивает аргументы (фактами там давно не оперируют) для обвинения России в хладнокровном политическом убийстве, Европейский суд по правам человека удовлетворяет иск родственницы одного из подозреваемых, Заура Дадаева, о взыскании с РФ ста двадцати тысяч евро.
Если отнестись к этому беспристрастно, нет ничего удивительного: один родственник подозревается в убийстве, другая законно получает деньги – люди ведь разные. Но ведь Европа не бывает беспристрастной, причем не просто не бывает, а не бывает никогда.
События в Югославии, Ираке, Ливии, Сирии, на Украине навсегда похоронили миф о следовании ЕС и его институтов принципам равенства, свободы и демократии.
И потому удовлетворение иска о взыскании с РФ ста двадцати тысяч евро в пользу родственницы одного из предполагаемых убийц Бориса Немцова как минимум выглядит попыткой подкупа для получения нужных показаний. А если идти еще дальше, то и оплатой за выполненную работу.