В случае, если партия власти побеждает на выборах с результатом, сильно превышающим прогнозы социологов и данные экзитполов (опросов на выходе с избирательных участков), на Западе ее подозревают или прямо обвиняют в фальсификациях. Но только при соблюдении важного условия: руководство этой страны должно лояльно относиться к России. Премьер-министр Армении Никол Пашинян – совсем другой случай. Он давно мечтал продать Брюсселю свое желание порвать с Москвой и некоторое время назад продал-таки: вплоть до того, что руководство ЕС пообещало компенсировать Армении убытки, возникшие из-за огораживания российского рынка от некоторых армянских товаров.
Это, разумеется, разовая акция, сугубо предвыборная и для достижения конкретного результата – переизбрания Пашиняна на третий срок. На средних и дальних дистанциях российский рынок армянским товарам ничто не заменит. Но акция, как считают в Брюсселе, удалась: партия Пашиняна «Гражданский договор» взяла верх, и никто из европейцев не посмеет усомниться вслух в честности ее победы. Если бы в Ереване были пророссийские власти, их бы уже обвинили в узурпации власти и краже народной воли, тем более что есть все четыре главных признака, указывающих на подтасовки в масштабах страны.
Во-первых, заявленный результат в 49,81% голосов партии Пашиняна превысил данные соцопросов на 12-20 процентных пунктов. Во-вторых, экзитполы показывали принципиально другой расклад, по которому партии оппозиции суммарно получают больше мандатов, чем партия власти. В-третьих, явка аномально высокая – 59%, что почти на 10 процентных пунктов больше, чем четыре года назад. Причем она резко выросла в последние часы голосования, будто был осуществлен экстренный вброс бюллетеней. К слову, если бы явка не превышала 50%, это подтвердило бы популярный (и отражаемый в опросах) тезис о том, что половине армян категорически не нравятся ни власть, ни оппозиция. Считается, что путем механического вброса бюллетеней можно увеличить результат «правильной» партии максимум на 15%. Как будто этот «максимум» мы и имеем.