Кому-то тюрьма может показаться надежным местом – ровно до тех пор, пока на нее не происходит нападение, и тогда внезапно выясняется, что с защитой данных заведений не все так гладко. В последние несколько дней французские тюрьмы, расположенные в разных концах страны, стали объектами атак. Их обстреливали, поджигали машины служащих на тюремных паркингах, которые вообще-то являются охраняемой территорией.
На местах преступления была замечена надпись DDPF, которая, как предполагают, расшифровывается как «Права французских заключенных». Также в Telegram был найден канал с аналогичным названием, полный угроз в адрес сотрудников пенитенциарной системы.
Убитых пока нет, но пострадал уже десяток тюрем – в Марселе, Ниме, Нантере, Тарасконе, Валансе и других местах. Например, в ночь на вторник неизвестные подъехали на машине к тюрьме в Тулоне и обстреляли ее из автоматов Калашникова – позже на входной двери насчитают 15 отверстий. Одна из пуль попала в закуток, где находилась охранница – которая, как уверяет Le Figaro, не пострадала только по чистой случайности.
Если вначале неизвестные злоумышленники только атаковали тюрьмы, то теперь появились признаки того, что они решили взяться и за тех, кто там работает. Некоторые служащие уже имели сомнительное удовольствие видеть загадочную надпись DDPF в своем подъезде или на своем автомобиле, а у кое-кого пожгли машины, стоявшие около дома. Кроме того, над тюрьмой Френ были замечены беспилотники, запущенные неизвестно кем.
«Очевидно, что есть люди, которые пытаются дестабилизировать государство, действуя запугиванием», – заявил министр юстиции Жеральд Дарманен. Давид Мантион, представитель профсоюза, представляющего интересы работников пенитенциарных заведений, обратил внимание прессы на то, что входная дверь в тулонскую тюрьму, как выяснилось, даже не была бронирована.
«Нас атакуют с помощью боевого оружия, – возмущается Мантион. – Это разновидность терроризма, чтобы запугать людей и оказать давление на правительство».
Антитеррористическое отделение национальной прокуратуры возбудило расследование по нескольким статьям, включая «покушение на убийство террористическим методом, совершенное против лица, которое занимает государственную должность». Обычно во Франции во всем стремятся обвинить либо Россию, либо ультраправых (то есть сторонников Марин Ле Пен). На сей раз, разнообразия ради, обсуждалась версия о возможном участии ультралевых. Но в случае со стрельбой в Тулоне анализ данных с камер наблюдения позволил определить, откуда взялась машина, на которой приехали стрелявшие.
Оказалось, что ее угнали в городке Витроль, а после совершения преступления бросили в Марселе, причем даже не успели сжечь – что позволяет надеяться, что в машине будут обнаружены следы и отпечатки, которые позволят установить личности нападавших. Впрочем, Le Parisien уже написал, что они, скорее всего, принадлежат к кругу обычных исполнителей заказов марсельских наркоторговцев.
Давид Мантион также полагает, что за акциями устрашения стоят скоординированные действия наркобаронов, которым не нравятся действия Жеральда Дарманена, объявившего наркобандитизму войну. В частности, он предложил ужесточить условия содержания наркоторговцев в тюрьмах, максимально изолировать их, в том числе от остальных заключенных, и оснастить тюрьмы аппаратурой, создающей помехи, чтобы узники не могли пользоваться мобильной связью.
Сотовые телефоны в тюрьмах запрещены, но запрет этот ничего не дает, потому что его с легкостью нарушают и продолжают вести дела из тюрьмы так же, как и на воле. В целом же Дарманен предлагает относиться к борьбе с наркотрафиком так же серьезно, как к борьбе с терроризмом.
«Сидеть тут, в тулонской тюрьме, на солнышке, когда семья находится не так уж далеко – совсем не то же самое, что попасть в суперохраняемую тюрьму в Ванден-ле-Вьей, – рассуждает Мантион. – А мы собираемся создать еще несколько таких (суперохраняемых) тюрем! Кое у кого нет никакого желания там оказаться».
Почти год назад сообщники рецидивиста и наркоторговца Мохамеда Амра открыли стрельбу по тюремному фургону, который перевозил заключенного, и освободили своего приятеля, при этом убив двух охранников. В феврале этого года Амра был схвачен в Румынии, где пытался сделать операции по изменению внешности, и экстрадирован во Францию. В одной лишь тулонской тюрьме, как сообщил Le Figaro источник, сидит 905 человек, и потенциально таких же, как Амра, среди них около 70.
Юг Франции – и особенно Марсель – давно стал центром наркоторговли, с которой было трудно бороться в том числе и потому, что управление процессом осуществлялось нередко из-за пределов французской юрисдикции. Тем не менее кое-каких успехов французским властям удалось добиться: глава марсельской банды «Йода» Феликс Бенги был задержан в Марокко по запросу Франции и в январе этого года экстрадирован. Верхушка соперничающей марсельской банды DZ Mafia уже находится в тюрьме, но, как утверждают СМИ, продолжает вести дела оттуда.
Когда подельники Амра устроили ему побег, это был единичный случай, который в обществе расценивался как исключительный. Серия скоординированных нападений говорит уже о продуманном противостоянии, это вызов, брошенный властям.
Пока все выглядит так, что некие криминальные личности обстреливают тюрьмы и терроризируют их работников совершенно безнаказанно. Ни один человек пока что не был задержан. Волей-неволей французским властям пришлось пустить в ход тяжелую артиллерию, то есть президента.
И Макрон пообещал, что те, кто «атакуют с недопустимым уровнем насилия» французские тюрьмы, будут «найдены, осуждены и наказаны». По словам президента Франции, тюремный персонал «выполняет важнейшую функцию защиты правового государства и порядка в обществе».
Меж тем сотрудники тюрем ознакомились с содержанием Telegram-канала, предположительно связанного с нападавшими, и требуют принять меры незамедлительно. «Следствию лучше бы поторопиться», – с раздражением заметил один из сотрудников. Многие больше опасаются за своих близких, чем за себя: «Никто из нас не желает, чтобы наши семьи столкнулись с тем, с чем мы сталкиваемся каждый день».
Впрочем, если за серией атак действительно стоят наркобароны, то, учитывая их склонность нанимать для грязной работы несовершеннолетних, не факт, что установление личностей нападавших что-то даст. Как показывает практика, французское правосудие в таких случаях может только пожурить, вздохнуть и отпустить на все четыре стороны. Так что весьма вероятно, что тем, кто поджигал машины и обстреливал тюрьмы, в реальности ничего не грозит.