Сначала стоит упомянуть характерный сегодня для Украины видеоролик. Старательно скрывающий свое лицо украинский военный откровенно признает (кстати – на языке «оккупанта» и «агрессора»), что «человек, которого насильно запихнули в бус и привезли ко мне… Возможно, из десяти одного мы сделаем воином. А девять напишут отказные или пойдут по больничкам». Качество отловленного по подворотням личного состава ВСУ оставляет желать много лучшего, прежде всего – из-за низкой мотивации.
То есть, с одной стороны, ВСУ не хватает людей. А с другой – 21 июня 2024 года был издан приказ госсекретаря кабинета министров Украины, утвердивший перечень из 132 неправительственных организаций, получивших бронирование на 100% своих сотрудников. Ведь это, как их порой называют в украинской политической риторике, «носители интеллекта нации». А говоря другим, более прямым языком – так называемые грантоеды.
СМИ список стал известен только в июле – и сразу же вызвал грандиозный скандал. Неудивительно – речь идет о грантовых организациях, которые в значительной степени определяют политику Украины в различных сферах, получая крупное финансирование от Запада. И в них работает большое количество молодых здоровых мужчин, вполне годных для пребывания в окопах. Но их в ВСУ не возьмут. Для примера, бронь от мобилизации получили следующие организации:
– гражданская сеть «Опора» – осуществляет надзор за проведением выборов на Украине с точки зрения интересов Запада;
– «Интерньюз Украина» Константина Квурта – организация, обеспечивающая подготовку журналистов в духе «стандартов Би-би-си». Сам Квурт требовал запрета «телеграма», поскольку его существование противоречит свободе угодного транснациональному капиталу слова;
– «Украинский независимый центр политических исследований» – одна из древнейших (существует с 1991 года) грантовых организаций Украины, рассказывающая украинцам о прелестях западной демократии;
– «Центр политических студий и аналитики Эйдос», одним из основателей которого является политтехнолог Виктор Таран – один из идеологов Майдана и диктатуры Зеленского. И кроме того, масса совсем уж откровенных иноагентов вроде Американской ассоциации юристов.
Странно, что среди «носителей интеллекта нации» нет такой, например, заслуженной грантовой организации, как Фонд «Демократические инициативы им. Илько Кучерива». А ведь покойный Кучерив в свое время даже в НАТО вступил – в качестве индивидуального члена. Отсутствие некоторых организаций позволяет полагать, что при составлении этого списка имел место сговор. Возможно – коррупционного характера, возможно – политического.
Впрочем, в основном тут представляет интерес именно то, что от мобилизации спасают в первую очередь идеологические кадры, осуществляющие внешний контроль над киевским режимом. Если они и служат, то в особых условиях.
Например, одесский нацист и убийца Сергей Стерненко некоторое время служил в тылу в теробороне, а сейчас и вовсе занимается волонтерством. А глава Центра противодействия коррупции (грантовая организация, являющаяся частью созданной на Украине американской системы «борьбы с коррупцией» силами коррупционеров) Виталий Шабунин, служа в ВСУ, на службу просто не являлся.
В целом на Украине, согласно закону, от мобилизации должны быть избавлены сотрудники предприятий, «критически важных для функционирования экономики и жизнедеятельности населения». Однако в их число почему-то не входят некоторые предприятия и организации, вроде бы представляющие ценность именно с этой точки зрения. Например, не избавлены от повинности сотрудники скорой помощи, несмотря на их повсеместный дефицит. В Одессе попытка их мобилизации привела к акциям протеста.
Из-за мобилизации возник дефицит водителей коммунального транспорта и дальнобойщиков. Доходит до того, что последние просто бросают свои машины и спасаются за границей. Чтобы восполнить дефицит, развернута программа подготовки женщин.
И если с российской стороны воюют люди мотивированные (даже если они не добровольцы, а мобилизованные), то с украинской – кто попался под руку ТЦК (военкоматам). Разумеется, это сильно влияет на боеспособность подразделений, но, похоже, украинскую сторону это не особо волнует. Почему?
На самом деле впечатление это не совсем верное. В 2022 году в украинские военкоматы шел поток добровольцев, которые имели осознанную цель воевать с Россией. Добровольческие части (вроде пресловутого «Кракена») охотно брали асоциальные элементы, которые были готовы к применению вооруженной силы (в первую очередь – по отношению к своим же мирным согражданам).
Но за прошедшие два года эта часть человеческого ресурса на Украине просто иссякла по объективным причинам – большая часть была убита или утратила боеспособность. Например, известный крымский террорист и бездарный режиссер Олег Сенцов сейчас вещает о необходимости войны до последнего украинца из Праги. А ведь он действительно воевал.
Во вторую очередь мобилизовали незанятое население, главным образом – из сельской местности. Потом пришла пора городов, но опять же – выборочно. Например, настоящим малинником для «ухилянтов» (людей, уклоняющихся от мобилизации) стала «Укрзализныця» (украинские железные дороги), куда принимали людей на четверть ставки, но с гарантией брони от мобилизации.
И только после введения в мае 2024 года в действие нового закона о мобилизации, принятого под диктовку западных спонсоров войны, грести начали всех сплошняком. Но опять же – за исключением избранных. Теперь выясняется, что особенно избранными стали сотрудники разнообразных НКО. Причин их неприкосновенности в основном две.
Во-первых, никакого особого смысла в их мобилизации нет – это в основном люди городские, гражданские, не любящие работать и если склонные к насилию, то только к психологическому. Они не солдаты. В этом отношении из водителя скорой помощи солдат получится намного лучший.
Во-вторых, они выполняют критично важную для выживания киевского режима функцию поддержания на достаточном уровне военной истерии в обществе.
Украинская власть, несмотря на свой диктаторский характер, не может игнорировать общественные настроения и боится, что люди перестанут верить в победу и начнут требовать мира. Она этого тем более боится, если учесть, что сам по себе расчет Украины на победу в войне против России базируется только на том, что российское общество утратит веру в победу и начнет требовать прекращения конфликта любой ценой.
Потому для украинского государства на данном этапе критически важны не энергетика и железная дорога, а СМИ и идеология. А значит – стопроцентная бронь для тех, кто получает от Запада гранты на идеологическую обработку жителей Украины.