Запад снимает с Ирана подозрения в нападении на Израиль руками ХАМАС. Постепенно, но неуклонно.
Этому посвящены материалы ведущих СМИ США из тех, что поддерживают «генеральную линию» Демократической партии и президента Джо Байдена: телеканала CNN и газеты The New York Times.
В NYT ссылаются на данные разведки, согласно которым ключевые лидеры Ирана не знали об атаке и «были удивлены». Источники CNN упирают на отсутствие каких-либо доказательств, указывающих на планирование, финансирование или хотя бы одобрение операции ХАМАС со стороны иранцев.
Впрочем, об отсутствии таких доказательств глава Госдепартамента Энтони Блинкен заявил открытым текстом еще в начале недели. Громкий шум об ответственности Ирана в первые часы войны породили лица неофициальные – разнообразные эксперты, причем не только израильские и американские, но и российские.
Из статусных фигур со стороны США (если не брать в расчет «ястребов» с Капитолийского холма типа Линдси Грэма) вину Тегерана постулировал только Джон Кирби – одна из «говорящих голов» Белого дома и известный недруг РФ. Но и он – только в том смысле, что иранцы были «соучастниками», поскольку в прежние годы опекали хамасовцев.
Впоследствии Кирби расплакался, говоря о произошедшем в Израиле. А еще позднее, несколько дней спустя, дошел до заикания, оправдываясь перед журналистами за слова о «соучастнике» и подтверждая отсутствие у США доказательств «иранской руки» во всей этой истории.
Что же касается лично президента Байдена, он призвал Тегеран вести себя «осторожно». Вроде бы и угроза, но самая вежливая из возможных.
Очевидно, руководство США не хочет «рубить с плеча» и еще больше обострять ситуацию на Ближнем Востоке, руководствуясь своими соображениями: Иран, мол, враг, но сейчас не время. Соображения могут быть самыми разными, начиная от усилий ведомства Блинкена по заключению сделок с Тегераном, например, для возвращения в США арестованных в Иране американцев.
Но главное из них, скорее всего, в нежелании будить лихо, пока оно тихо. Счет жертвам новой фазы ближневосточного конфликта уже идет на тысячи, но это действительно может показаться тишью да гладью, если Иран напрямую вмешается в конфликт, что для Вашингтона, как там пытаются намекнуть, является «красной линией».
Во многом именно от Тегерана зависит, как долго продлится обострение, сколько стран в него втянутся и как много ресурсов придется потратить Вашингтону, чтобы затушить ближневосточный пожар.
Наверняка иранские аятоллы испытывают богатую гамму чувств по этому поводу. С одной стороны, прежде они действительно помогали ХАМАС и претендуют на ведущую роль в противостоянии Израилю, хотя сектор Газа не находился напрямую в шиитской сфере влияния (в силу, как минимум, того, что хамасовцы – сунниты, а сунниты тоже претендуют на роль антиизраильского авангарда).
С другой стороны, иранцы наверняка наслаждаются от ощущения «золотой карты» в руках. Но в основном от того, что внезапно для самих себя (если верить источникам NYT в разведке США) выиграли сложную и важную партию в ближневосточной игре, почти ничего для этого не делая.
Ответная (и, как представляется, неизбежная) операция ЦАХАЛ в секторе Газа, где заправляет ХАМАС, обнулила многолетний процесс примирения между Израилем и Саудовской Аравией, продвигаемый США, зато ускорила другой – нормализацию отношений между иранцами и саудитами, где модератором выступает Китай.
Действия Израиля против палестинских арабов стали поводом для первого телефонного разговора между президентом Ирана Ибрагимом Раиси и наследным принцем саудитов Мухаммедом – ключевыми сейчас политиками в своих странах из-за преклонных лет номинальных (но абсолютных) правителей: рахбара Хаменеи и короля Салмана. Недавние враги 45 минут обсуждали «военные преступления Израиля», восстановление отношений с которым Эр-Рияд заморозил ранее.
Тут надо понимать, что израильско-саудовский альянс был не просто антииранским, а даже базировался на идее противостояния Тегерану. Дошло до того, что израильтяне стали помогать саудитам с ядерной программой – в пику иранской.
Теперь же, учитывая особую роль Ирана в шиитском мире, а саудитов в суннитском и в исламе вообще (за счет расположения у них Мекки и Медины), они не могут не объединяться против Израиля – иначе умма не поймет.
К этому стоит добавить, что нынешнее руководство иранских силовиков с огромным интересом следит за действиями израильских силовиков, поскольку для них это – изучение тактики экзистенциального врага. Вероятно, им нравится происходящее – и из-за прямого ущерба, который наносится ЦАХАЛ, и из-за разрушения многих мифов о могучести «израильской военщины», всей этой ситуацией значительно униженной.
Иранцы сидят на кисельных берегах, наблюдая, как по молочной реке проплывают трупы врагов. Идеальная вроде бы ситуация, чтобы и дальше наблюдать, не вмешиваясь напрямую и не неся потерь.
Однако есть нюанс: верховное руководство Исламской республики – это именно религиозные деятели со свойственным шиитам мистическим сознанием. Они оперируют другими категориями, нежели нынешнее поколение арабских монархов – рациональных и расчетливых. А потому могут быть непредсказуемы в своей дальнейшей политике.
Пример – те же хамасовцы (даром, что сунниты): религиозного экстаза и ненависти к Израилю им хватило для того, чтобы, метафорически выражаясь, с разгона таранить на автомобиле столб. Столб тоже пострадает (и гораздо сильнее, чем можно было ожидать изначально), но для водителя, пассажиров и автомобиля последствия и вовсе будут катастрофическими – как и ситуация в секторе Газа после того, как израильтяне решат, что с них довольно мести.
Но историки будущего наверняка докажут, что за тем, что сегодня можно счесть религиозным фанатизмом, стояли вполне практичные интересы конкурентов в борьбе за власть и ресурсы, а многим никаких доказательств (тем более от историков; это ж сколько ждать надо!) и вовсе не потребуется. Когда хочется, тогда и «хайли лайкли».