Весной 1945 года Адольф Гитлер, находившийся в окруженном Красной армией Берлине, до последнего надеялся на победу. Надежды его возлагались на 12-ю армию Вальтера Венка, которая должна была якобы вот-вот прийти и отбросить русских. По легенде, фюрер регулярно спрашивал у своих генералов: «Где армия Венка, где она?»
Вот примерно на такую же фантомную армию Венка сейчас надеется Владимир Зеленский. Причем вид этой «армии», как инструмента чудесного спасения, может принимать различные формы. Установление бесполетной зоны над Украиной (чтобы российская авиация не утюжила украинские военные объекты), ввод войск НАТО или отрядов ЧВК, включение Украины в НАТО, массовая отправка современных систем вооружений (включая самолеты), введение против России еще более тотальных экономических санкций.
И несмотря на то, что Запад говорит о невозможности таких шагов, Зеленский все равно надеется и верит. По крайней мере, заверяет в этом. А поскольку для «прихода армии Венка» нужно время, он и пытается его тянуть через переговорный процесс с Российской Федерацией на территории Белоруссии.
«Киев пять лет тянул кота за всё, что можно, дабы закосить от выполнения Минских соглашений. Вероятно, по подсказке из Вашингтона команда Зеленского решила поиграть в эту же игру, надеясь притормозить Путина», – поясняет газете ВЗГЛЯД крымский журналист Сергей Веселовский.
Вашингтон действительно подсказал – и, на первый взгляд, это кажется странным. США не готовы поддерживать Украину – но в то же время просят, чтобы она тянула время. Разгадка очень проста – Штаты искренне надеются, что Россия под грузом санкций отступится. Прекратит операцию на Украине.
«Ни американцы, ни украинцы так до конца и не поняли, что Москва решение приняла и больше не будет играть в поддавки с невменяемыми», – продолжает Сергей Веселовский. Однако надежда на приход Венка/капитуляцию Москвы умирает последней, поэтому украинская делегация уже третий раз встречается с российской на территории Белоруссии. Третий раз проходят многочасовые переговоры – и третий раз они вызывают, мягко говоря, разочарование.
«Продолжилась дискуссия по политическим и военным аспектам, однако она идет непросто. Говорить о чем-то позитивном пока рано. Мы приехали с большим набором документов, взяли конкретные договоры, проекты и предложения, надеялись, что сегодня по части тех пунктов, по которым вроде бы уже договорились принципиально, можно будет подписать хотя бы протокол, но украинская сторона все эти документы забрала для изучения домой, подписать что-то не смогла на месте», – заявил глава российской делегации Владимир Мединский. Украинцы же, следуя своей тактике, демонстрируют готовность идти на четвертый заход.
Без единого шага
При этом Киев играет очень топорно – за три раунда переговоров, по сути, не было достигнуто никакого прогресса. Как говорят китайцы, путь в тысячу ли начинается с первого шага, однако Украина его не делает, даже в гуманитарных вопросах. В частности, не может согласовать с Россией минимум миниморум – открытие гуманитарных коридоров для вывода беженцев из осажденных городов (Киева, Мариуполя, Харькова, Сум, Чернигова).
Не может – но и не хочет. По трем реальным причинам.
Прежде всего потому, что беженцы молчать не будут. «Нам понятно, что киевский режим всеми методами всячески препятствует выходу желающих мирных граждан и иностранцев в Россию, поскольку боится, что люди, оказавшись на свободе, расскажут правду о действиях украинских радикалов, как это делают те, кому удалось вырваться из рук этих радикалов», – заявил постпред России в ООН Василий Небензя. По его словам, речь идет об «угрозах, запугивании, шантаже физическим насилием, применении оружия против мирных граждан и иностранцев». А подобные рассказы станут серьезным ударом по украинской пропаганде.
Кроме того, как верно рассказывает военный эксперт Юрий Подоляка, вся система обороны Украины построена на узловых точках обороны в крупных городах. В этих точках находятся механизированные части, которые выходят из города, наносят контрудары по российским частям – а потом заходят назад в города, под прикрытие мирных жителей. И если мирных жителей вывести, то украинские части окажутся без защиты.
Наконец категорически против такого сценария выступают нацистские батальоны. Ведь если Киев все-таки захочет устраивать гумкоридоры и тем самым ослаблять оборону городов, то части украинской армии могут сдаваться в плен. Их накормят, напоят и после окончания боевых действий в массе своей отпустят по домам. А тех же нацистов из «Азова» ждет совсем иная судьба – в лучшем случае длительные сроки, а в худшем...
При этом Киев, не способный достичь даже простейших договоренностей, уже хочет повышения переговорного уровня. «Мы давно хотели прямых переговоров между президентом Украины и Владимиром Путиным, потому что мы все понимаем, что именно он принимает окончательные решения, особенно сейчас», – говорит министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба.
Говорим до последнего
В этой связи возникает резонный вопрос: а зачем Россия это терпит, зачем она продолжает посылать Мединского на бессмысленный диалог с Киевом?
Причин тут несколько. Так, Киев бывает разным – говорить там можно не только с Зеленским, но и с генералитетом, а также олигархатом.
«Внутри украинской "ставки Гитлера" не все малахольные. Некоторые понимают, что конец близок и надо подстелить себе хоть пару пучков соломки. Но делают это не всегда умело и глупо палятся, не следя за языком. Киреев был убит вместе с офицерами ГУР сотрудниками СБУ, выполнявшими приказ тех, кто не хочет договариваться с Москвой», – говорит Сергей Веселовский.
И если «альтернативные центры силы» будут вести переговоры чуть более умно, то, возможно, освобождение ряда городов Украины (которые контролируются, например, олигархами) пойдет гораздо быстрее.
Во-вторых, Москва демонстрирует западной публике готовность договариваться. История международных отношений и банальные правила пиара гласят, что никогда не нужно отказываться от предложений обсудить мирное решение проблемы – даже если ты понимаешь, что переговоры никуда не приведут.
При этом две вышеперечисленные причины меркнут по сравнению с третьей, самой важной. Для Владимира Путина, в отличие от Зеленского с его «наркоманами и нацистами», украинцы являются своими. Частью большого русского народа. Именно поэтому он хочет минимизировать жертвы среди мирного населения, именно поэтому оставляет шанс на денацификацию и демилитаризацию Украины через переговорный процесс. Именно поэтому в российском руководстве говорят, что военная операция закончится сразу после того, как украинская армия сложит оружие. Поэтому Владимир Мединский регулярно посещает Белоруссию и будет посещать дальше.
Правда, бесконечного посещения тоже не ожидается. Российские войска успешно продвигаются вперед. Массовое же разочарование украинцев от осознания реальности (которую они уже чувствуют благодаря бандам мародеров из фольксштурма, бродящим по улицам городов) может вызвать, в свою очередь, переворот или даже коллапс украинской государственности.
Поэтому время играет против президента Зеленского. Ему нужно понять, что армии Венка нет и не будет. И что если он будет продолжать надеяться на не заслуженное им чудо, то вполне может закончить так же, как разочарованный отсутствием этого чуда Гитлер.