Западные страны оказались перед непростой дилеммой.
С одной стороны, их санкционная политика против России зашла в тупик. Государствам Европы все сложнее и сложнее согласовывать новые пакеты санкций против экономики по причине все увеличивающегося вреда этих санкций для самих стран – членов Евросоюза. С другой – логика противостояния с Россией на Украине (которое, очевидно, принимает затяжную форму) требует от Запада постоянного повышения градуса давления. В ином случае у кого-то в РФ, Европе и на Украине может сложиться впечатление, что западные элиты устали от противостояния.
С экономики на право
Выходом из этой ситуации для Запада, по мнению некоторых экспертов, может стать элегантный перенос противостояния из экономики (где повышать градус непросто) в юридическую плоскость, где можно безопасно и дешево развернуться. Так, глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен выступила с идеей создания так называемого Международного трибунала против России под эгидой ООН.
Конечно, как верно отмечает юрист-международник, доцент РАНХиГС Кира Сазонова, «любые трибуналы всегда проводятся по итогам чего-то, что завершилось, а у нас все еще в процессе». Однако Западу трибунал нужен именно в ходе процесса, как сублимация собственной слабости в области экономического давления.
Именно поэтому от обсуждений сразу перешли к конкретным действиям. Нидерландский парламент уже проголосовал за то, чтобы этот суд находился в Гааге – там же, где находится Международный уголовный суд.
А когда прокурор МУС Карим Хан возмутился на предмет того, почему для расследования «преступлений России на Украине» создают отдельную структуру, а не обращаются в его организацию, то товарищу разъяснили, что решения МУС официально распространяются только на страны, этот суд признавшие. Москва же (как США и десятки иных стран, включая Украину) его не признает.
Казалось бы, Киев должен быть недоволен таким переносом акцента с экономики на право – Украина требует реального, а не фальшивого давления на Россию. Однако киевский режим полностью поддержал инициативу фрау фон дер Ляйен. «Нам нужна не только победа, но и справедливость», – заявила жена Владимира Зеленского Елена во время своего выступления в Великобритании.
Логика украинской власти проста – там рассчитывают, что по итогам трибунала получат не справедливость, а деньги. Урсула фон дер Ляйен заявила, что «Россия и ее олигархи должны компенсировать Украине ущерб, а также покрыть расходы на восстановление страны». Сама она оценила этот ущерб в 600 миллиардов долларов и дала понять, что часть средств должна быть взыскана с России через изъятие замороженных золотовалютных резервов РФ.
Как считают некоторые эксперты, изъять деньги можно через создаваемую ныне Евросоюзом схему, частью которой как раз и является трибунал. «Признание России спонсором терроризма Европарламентом и рекомендации внести странам-членам изменения в свое законодательство призваны создать возможность для подачи претензий и требований компенсации в европейские суды. Такой вариант может быть реализован, хотя о правомочности в таком случае можно даже не рассуждать», – поясняет газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
Под эгидой ООН без ООН?
Впрочем, вопреки хотелкам Зеленского и фон дер Ляйен, создание отдельного трибунала быстро застопорилось. По словам главы европейской дипломатии Жозепа Борреля, страны – члены ЕС до сих пор не пришли к общему знаменателю в этом вопросе. Не пришли, видимо, потому, что понимают все сложности на пути этой авантюры, а также те риски, с которыми они столкнутся в случае, если попытаются проигнорировать сложности.
Сложность заключается в том, что трибунал под эгидой ООН создать практически невозможно.
«Если речь идет о трибунале с точки зрения международного права – в его действующей ныне фазе, – то это только трибунал, который будет создан коллективно на базе ООН. Но мы прекрасно понимаем, что в ООН есть Совбез, где есть Россия и Китай, которые никогда не поддержат создание такой неправосудной структуры», – поясняет Кира Сазонова. – Да, безусловно, можно что-то там организовать в Гааге на 20 участников, назвать это «международным» просто потому, что там участвуют несколько стран. Но никакого международно-правового статуса у этого мероприятия не будет».
«Трибуналы по Руанде, бывшей Югославии и Ливану создавались через резолюции Совета Безопасности ООН. Юридически эти трибуналы являются вспомогательными органами Совбеза. Что касается Международного уголовного суда, то это независимая структура, связанная с ООН соглашением о сотрудничестве. Возбуждать дела он может по представлению СБ ООН», – говорит Дмитрий Офицеров-Бельский.
Даже от бесплодных попыток пробиться через Совбез (то есть подать резолюцию и получить в ответ российское вето) западные страны могут тоже извлечь некоторую прибыль.
«Невозможность привлечения к ответственности можно использовать для пропаганды реформы СБ ООН. Какие идеи могут в данном случае посетить западных политиков, предсказать сложно, но это может быть приостановка права вето по представлению Генеральной Ассамблеи. Или расширение числа постоянных членов, о чем ведется разговор давно, что предполагает решение сопутствующего вопроса – отказа от права вето», – говорит Дмитрий Офицеров-Бельский. Однако это никак не поможет Западу здесь и сейчас демонстративно усилить накал сдерживания России, для чего идея с трибуналом и предлагалась.
Да и денег от трибунала, скорее всего, не будет – ни для Украины, ни для Запада. Если Запад принципиально взял курс на неправомочное изъятие российских госсредств, то зачем заморачиваться с трибуналом? Можно просто принять постановление национальных парламентов и/или правительств. Однако на сегодняшний день этого нет – просто потому, что США и ЕС понимают, какой ущерб для их национальных экономик нанесет это неправомочное изъятие.
Местечковый трибунал
Есть, конечно, и другой вариант – создание трибунала в обход ООН.
«Я думаю, что Запад в конечном итоге что-то создаст. Что-то местечковое, подконтрольное лишь ему, юридически ничтожное, не признаваемое мировым большинством», – поясняет газете ВЗГЛЯД замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов.
Это в какой-то мере опасно, но прежде всего для самого Запада. «Если число стран, которые признают этот трибунал за пределами Запада, будет крайне невелико, то это создаст для Запада серьезные репутационные риски», – продолжает Дмитрий Суслов. Именно поэтому, видимо, ряд стран-членов Евросоюза выступают против такой «местечковости».
Впрочем, есть и те, кто не только поддерживает, но и готов возглавить местечковый процесс. В авангарде, как всегда, страны Прибалтики. Президент Латвии Эгилс Левитс предложил создать так называемый Рижский трибунал, часть которого может проходить даже на Украине. Латвия может создавать его либо в рамках общеевропейских усилий, либо (если отдельные страны Евросоюза решат не позориться участием в этой инициативе) в рамках тех стран ЕС, которые идеологически к таким шагам готовы. Польшей, Чехией и т. п.
Недооценивать итоги такого трибунала – местечкового Рижского или же общезападного – не стоит. «Он будет создавать юридические и репутационные риски для России, а также юридические риски для конкретных лиц. Даже несмотря на то, что трибунал не будет существовать под эгидой международного права, те люди, которым этот фейковый трибунал будет выносить приговоры, столкнутся с угрозой ареста на территории стран, признающих действия трибунала, или выдачи на их территорию из иных государств, где их могут арестовать по запросу США и Европы. Даже в том случае, если они никуда не будут выезжать, против них будут вводиться персональные санкции», – говорит Дмитрий Суслов.
Поэтому, как считают некоторые эксперты, саму идею трибунала нужно воспринимать всерьез. А кое-кто даже считает, что ее нужно скопировать. В России говорят о создании так называемого Донецкого трибунала, который будет расследовать военные преступления Украины (а может, и не только Украины) в Донбассе и других освобожденных территориях.
Идея неоднозначная – ведь создавая такой трибунал, мы сталкиваемся с теми же рисками, с которыми сталкивается в своей инициативе Запад. «Нам, безусловно, необходимо будет создавать трибунал по военным преступлениям Украины в Донбассе. Я думаю, что он будет создан – но его юрисдикция тоже не будет носить универсальный международный характер. Она будет распространяться на Россию и, возможно, некоторые союзные нам страны – Белоруссию, Сирию и т. п.», – говорит Дмитрий Суслов.
«Следственный комитет сейчас работает над «Белой книгой» о преступлениях киевского руководства в Донбассе. То есть сбор материалов и доказательств идет. Однако создавать в одиночку специализированный трибунал, в котором кроме России не предполагаются другие участники, точно нецелесообразно», – считает Дмитрий Офицеров-Бельский. По его мнению, наказание для «украинских военных преступников за преступления против российских граждан, живущих или погибших в Донецке, Луганске и на других освобожденных территориях, вполне может быть назначено российским судом».
И здесь будет важно уже не признание этого решения со стороны других судов, а способность российских властей привести приговоры в исполнение. То есть физически взять под стражу украинских исполнителей и организаторов военных преступлений. Через захват, экстрадиции – или любым иным способом.