Первым на исчезновение 58-летнего Сергея Середенко из публичного пространства обратил внимание его коллега по НКО «Русская школа Эстонии», правозащитник Мстислав Русаков. Он заметил, что последний свой пост в соцсети Facebook* Середенко оставил 2 марта. «Кошка Белка. Развлечений у кисева немного. Собственно, только я», – написал правозащитник – и пропал. Поскольку других домочадцев, кроме кошки, у него не было, хватились его далеко не сразу. «12 марта я отправил ему личное сообщение, но он его даже не прочитал. Тогда я написал и забыл, а недавно он мне снова понадобился. Я ему позвонил, а телефон был выключен», – вспоминает Русаков. Он поднял на ноги знакомых журналистов.
В чем суть подозрений?
О возможном аресте Середенко первым сообщил 30 марта эстонский оппозиционный портал Dokole.eu. По информации портала, правозащитника обвинили в «шпионаже». В связи с этим Dokole.eu отметил, что обвинение звучит крайне абсурдно: в силу того, что Середенко работал дворником, он явно не имел доступа к государственным тайнам.
Вместе с тем общественная, публицистическая и правозащитная деятельность Середенко, направленная на отстаивание позиций местной русской общины, крайне раздражала эстонские власти. Мстислав Русаков, в прошлом сам подвергавшийся гонениям спецслужб эстонского государства, мрачно иронизировал: «Подтвердился настолько худший сценарий, что даже и в голову не могло прийти. Дворник-шпион. Какой-то несмешной эстонский анекдот…». Автор книг «Русская правда об эстонской конституции» и «Компенсация морального ущерба в Эстонской Республике», он занимался на добровольных основаниях правовой защитой русских жителей этой прибалтийской республики.
Немногим позже информацию об аресте Сергея Середенко подтвердил официозный портал эстонского телерадиовещания err.ee. Пресс-секретарь Государственной прокуратуры Кайри Кюнгас сообщила сайту, что Середенко был задержан в начале марта. «Его подозревают в связях, направленных против Эстонской Республики. По ходатайству прокуратуры суд заключил подозреваемого под стражу», – пояснила Кюнгас. Здесь напрашивается аналогия с литовским диссидентом Альгирдасом Палецкисом, которого власти его страны в октябре 2018-го тоже бросили за решетку по обвинению в «шпионаже на Россию». Как и Середенко, Палецкиса арестовали тайно – и информация о его аресте была опубликована лишь спустя полтора месяца после свершившегося факта.
По словам Кюнгас, «в интересах расследования уголовного дела» прокуратура в настоящее время не может предоставить более подробную информацию о сути обвинений в адрес Сергея Середенко. Впрочем, она сослалась на статью 235 Пенитенциарного кодекса Эстонии, подразумевающую «создание или поддержание отношений с иностранным государством, иностранной организацией или лицом, действующим по заданию иностранного государства – с целью совершения преступления, направленного против Эстонии».
Соратники Сергея Середенко недоумевают: в чем конкретная суть предъявленных ему подозрений? «Думаю, что мы узнаем это только после суда. Сам процесс, вполне возможно, будет закрытым, и сейчас трудно предположить, как много информации сочтут возможным обнародовать», – зловеще предупредил депутат Рийгикогу от Партии реформ Юрген Лиги.
В последние годы Середенко вынужден был работать дворником при гимназии города Маарду. В дворники Середенко пошел отнюдь не от хорошей жизни. «К сожалению, он столкнулся со «стеклянным потолком». В последние годы на работу по специальности его не брали. Он долгое время являлся безработным. Около пяти лет назад трудился сторожем в одной из гостиниц в центре Таллина. Но работодатель расторг с ним трудовой договор, поскольку Сергей участвовал в акции, посвященной годовщине апрельских событий 2007-го (печально знаменитые «бронзовые ночи» в Таллине – прим. ВЗГЛЯД). Работодатель, узнав Сергея Середенко на фотографиях с этого мероприятия, решил, что такой сотрудник ему не нужен», – рассказывает Русаков.
Напророчил себе беду
Также Мстислав Русаков поведал и о реакции на арест Середенко в эстонском обществе. «Правозащитник, юрист, журналист, ученый, русский омбудсмен, просто веселый и компанейский человек. И кто он для эстонцев? Не скажу, что для всех, но для большинства – активист «Бессмертного полка». Новость в эстоноязычных СМИ подают именно так: арестован активист «Бессмертного полка». В сюжете «Актуальной камеры» (новостная передача телеканала ETV – прим. ВЗГЛЯД) подавалось так, что чуть ли не за это его и арестовали. Это и есть антигосударственная деятельность. И, судя по всему, для эстонской аудитории это действительно какое-то страшное преступление, за которое сажать – самое оно», – с горечью отмечает Русаков.
В понедельник, 5 апреля, у здания Госпрокуратуры Эстонии состоялся пикет в поддержку Сергея Середенко, на который пришло около двадцати неравнодушных. «Сотрудники полиции подходили к нам, фотографировали», – свидетельствует участница мероприятия, член НКО «Русская школа Эстонии» Алиса Блинцова. Эту информацию подтвердил и Русаков: «На протяжении всего пикета за нами очень внимательно следила полиция. Мы были с плакатами, скандировали: «Свободу Сергею Середенко!».
Организатор пикета Сергей Чаулин сообщил, что Середенко занимался, главным образом, правовой защитой представителей русскоязычного населения Эстонии. «Когда нас хотели оштрафовать за «Бессмертный полк», он нам помог, защитил нас и выиграл этот суд. «Бессмертный полк» для Эстонской Республики – как кость в горле», – пояснил Чаулин. Он предположил, что именно участие в делах «Бессмертного полка» могло стать одной из причин ареста Середенко.
Трагическая ирония судьбы в том, что происходящее в значительной степени соответствует прогнозам самого Сергея Середенко, сделанным им несколькими годами ранее.
В 2017-м он в интервью газете ВЗГЛЯД заявил, что Прибалтика встала на путь «украинизации». Правозащитник пояснял эту свою мысль следующим образом: «Нужно понимать, что в Прибалтике преследованиям подвергается относительно небольшая группа лиц, состоящая в основном из правозащитников и антифашистов. На Украине же репрессируют куда в больших объемах, прежде всего оппонентов действующей власти, выступающих с ее критикой».
При этом очень многое – свою нынешнюю языковую политику, воспевание коллаборационистов, служивших Гитлеру, войну с советскими памятниками и т. д. – постмайданная Украина переняла именно у стран Прибалтики. Однако, по мнению Середенко, теперь уже Латвия, Литва и Эстония рискуют стать импортерами не самых привлекательных украинских внутриполитических практик – в первую очередь обычая жесткой расправы с «нелояльными».
«Любые контакты с Россией могут стать преступлением»
Напомним, из заявления Госпрокуратуры Эстонии ясно, что Середенко подозревают в совершении преступления, предусмотренного статьей 235 уголовного кодекса – «Отношения, направленные против Эстонской Республики». Как отмечает латвийский оппозиционный публицист Владимир Линдерман, хотя статья сформулирована витиевато, ее суть понятна.
«Любые контакты (эстонский кодекс называет их «отношениями») с иностранцами – будь то госструктура, общественная организация или физическое лицо – могут быть истолкованы как «преступные». Если, конечно, спецслужбы Эстонии разглядят в деятельности этого иностранного юридического или физического лица антиэстонскую направленность. Ну а поскольку Россия рассматривается как главная «внешняя угроза», понятно, что речь идет не об абстрактных иностранцах, а конкретно о российских организациях и гражданах. Аналогичные статьи имеются в уголовных законах Латвии и Литвы. Все они приняты сравнительно недавно, на фоне обострившихся отношений между Западом и Россией. Их общий смысл, если коротко – криминализация контактов с Россией. Я предложил для них объединяющее название: шпионаж-лайт», – отмечает Линдерман.
Он добавляет, что привлечь неугодного человека за реальный шпионаж или измену родине не так-то просто. «Нужны улики, доказывающие, что он контактировал с разведслужбой другой страны, похищал и передавал государственные секреты. А как же быть с журналистами и правозащитниками, которые симпатизируют России, но с российской разведкой не сотрудничают и доступа к секретной информации не имеют? Для них и были изобретены статьи «шпионаж-лайт», развязавшие руки прибалтийским спецслужбам.
Получил, допустим, в российском фонде финансирование на издание книги или поучаствовал в форуме, где обсуждались проблемы русских зарубежья – вот тебе и готовый повод для уголовного преследования. Думаю, за что-то подобное и арестовали Сергея Середенко. В Латвии, напомню, обвинения по статье «шпионаж-лайт» предъявлены Юрию Алексееву», – говорит Владимир Линдерман, и сам подвергшийся преследованиям латвийского государства за свою политическую деятельность.
Он добавляет, что лукавость и особый цинизм подобных обвинений состоят в том, что ни в одной из прибалтийских стран не существует – по крайней мере, в публичном доступе – списка иностранных (российских) организаций, с которыми жителям Латвии, Литвы или Эстонии запрещено сотрудничать. Это открывает широчайшие возможности для произвола спецслужб, ведь при желании можно придраться к любому.
Стоит напомнить, что арест Сергея Середенко произошел на фоне очередного этапа гонений, предпринятых в странах Балтии против русских журналистов, правозащитников и общественников. В декабре 2021 года в Латвии были заведены уголовные дела сразу на семерых местных русских журналистов, вся вина которых заключается в сотрудничестве с российскими СМИ.
В Литве разворачиваются судебные процессы против диссидентов Альгирдаса Палецкиса и Алексея Грейчуса, которых обвиняют в «шпионаже в пользу России». Палецкис был арестован в конце 2018-го, Грейчус – в марте 2020 года, обоих бросили в тюрьму, но впоследствии, в связи со слабостью доказательной базы, отпустили под подписку о невыезде. Но заведенные на них уголовные дела не закрыли и, судя по всему, постараются осложнить обоим оппозиционерам, вся вина которых заключается в том, что они критиковали литовские власти и отказывались принимать официозную версию истории, жизнь по полной программе.
Но наиболее возмутительный случай связан с Юрием Мелем. Отставной военнослужащий российской армии, не чуя подвоха, в марте 2014-го посетил Литву – после чего был схвачен и просидел в литовской тюрьме от звонка до звонка семь лет. Меля обвинили в том, что в январе 1991-го он, будучи еще 22-летним лейтенантом, находился в составе контингента Советской армии, штурмовавшего телевышку в Вильнюсе. Молодой офицер находился в танке и сделал три холостых выстрела в воздух. Итог: семь вырванных из жизни лет, которые Мель провел в тяжелейших условиях – ибо литовские власти с каким-то нарочитым садизмом держали его в общей камере с уголовниками, отвергая все многочисленные просьбы об облегчении условий заключения.
В марте 2021-го семилетний срок, назначенный Мелю литовским судом, закончился. Однако на свободу его не выпустили, накинув ему еще «трешечку». Такое впечатление, что власти Прибалтики нарочно бросают вызов России – дескать, мы можем как угодно издеваться над вашими гражданами, а вы нам ничего не сделаете.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ