Правительство национального согласия (ПНС) Ливии подписало с властями Турции и Катара соглашение о создании турецкой военно-морской базы в ливийском городе Мисурата. Катар, в свою очередь, обязался отправить на базу своих военных инструкторов для обучения местных солдат. Кроме того, Анкара и Доха предоставят ливийским курсантам места в своих военных училищах. Для заключения соглашения в Триполи прилетели министры обороны Турции и Катара Хулуси Акар и Халед бен Мухаммед аль-Аттыйя.
Соглашение по поводу базы стало продолжением меморандума о военном сотрудничестве, которое еще в ноябре заключили глава ПНС Фаиз Сарадж и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Как известно, в последнее время Анкара заметно усиливает свое военное присутствие в Ливии. Так, она уже разместила свои системы ПВО и пункт управления беспилотниками в аэропорту Митига и на авиабазе Аль-Ватия. База стала новым опорным пунктом для воздушных атак на позиции фельдмаршала Халифы Хафтара, который тщетно осаждал Триполи с весны прошлого года.
Пока неизвестно, насколько многочисленный гарнизон турецкий генштаб собирается разместить в Мисурате. Численность нынешнего турецкого контингента неизвестна. Его противники из Ливийской национальной армии (ЛНА) фельдмаршала Халифы Хафтара численность интервентов оценивают в 2500–3000 человек.
«База в Мисурате позволяет проецировать турецкую силу на восточное Средиземноморье. Турция пытается закрепить свои интересы после подписания соглашения о морских границах с ПНС. База понадобится для безопасности южного фланга общей ливийско-турецкой границы», – сказал газете ВЗГЛЯД глава центра исламских исследований Института инновационного развития Кирилл Семенов.
В любом случае с появлением турецкой базы у Хафтара «вряд ли останется шанс однажды закрепиться в Триполи силовым путем» – и отныне судьба Ливии будет решаться либо за столом переговоров, либо за счет фактического раскола страны, полагает Семенов.
«Там могут базироваться не только турецкие корабли. Рядом с Мисуратой есть военный аэродром. Поэтому также может использоваться и турецкая авиация. Это целесообразнее, чем использовать авиабазу Аль-Ватия, расположенную достаточно далеко от Мисураты и от новой линии фронта», – пояснил эксперт. По мнению Семенова, раскол Ливии на Западную и Восточную будет окончательно закреплен, если другие страны последуют примеру Турции.
«Египет также может закрепить свое военное присутствие в Ливии. Эмираты уже используют в Ливии аэродром Аль-Хадим,
там базируются в том числе их беспилотники. Эмираты могут легализировать эту базу. На самом деле раскол Ливии, замораживание конфликта может устроить всех. В том числе и Турцию. Она закрепила свои интересы именно там, где нужно», – подчеркнул Семенов.
«Турецкий флот будет доминировать у побережья Ливии, в том числе и вдоль той его части, что остается под контролем Хафтара. Турки будут активно вести там геологоразведку на шельфе. Хафтар не сможет им помешать – у него нет флота и ему вообще не до того, что творится на море. Сейчас его основная головная боль – удержаться на суше», – считает эксперт Российского совета по международным делам (РСМД) Григорий Лукьянов.
Причем использование базы в качестве главной опорной точки прямо повторяет опыт России в Сирии с базой Хмеймим, отметил Лукьянов. «База должна обеспечить Турции мощное превосходство в воздухе и гарантировать невозможность повторения марш-броска ЛНА во главе с Хафтаром к столице», – сказал он газете ВЗГЛЯД.
«Но появление базы будет использовано оппонентами ПНС в идеологической войне. Хафтар усилит кампанию в духе арабского национализма. Он попытается сплотить местное население и привлечь новых союзников за границей, опираясь на лозунги освободительной борьбы против турецкой гегемонии», – предупредил Лукьянов.
«В Анкаре недооценивают тот факт, что даже среди их нынешних союзников Сараджа на западе страны – в Триполитании – многим не нравится постоянное военное и экономическое присутствие Турции. Эти силы, в частности, связаны с крупным бизнесом в Италии, Франции, Великобритании. Они опасаются, что турки используют базу в Мисурате, чтобы полностью замкнуть на себе экономику Триполитании», – пояснил эксперт.
Стоит напомнить, что Анкара строит военные базы и в других арабских государствах. Так, она практически завершила строительство своей второй базы в самом Катаре. Как ожидается, осенью ее откроет лично Эрдоган.
Месяц назад в Ливии поднялась волна слухов о предстоящем открытии российской военной базы в Сирте и Джуфре, то есть на территории, которую контролирует Хафтар. Об этом, в частности, заявлял Фатхи Башага, министр внутренних дел в команде Сараджа. Однако российские дипломаты эти слухи опровергли.
Ворота на Черный континент
Ливия самоценна для Турции не только в контексте Средиземноморского региона и не только из ностальгических соображений – как бывшая часть Османской империи, отмечают эксперты. Ливия, а на определенном этапе Сомали и Судан, рассматриваются в Анкаре как врата в Африку, напоминает Лукьянов.
«Выход на африканский рынок с его обилием дешевых добываемых ресурсов стал важной целью внешней политики Турции еще с конца 90-х. Турция никогда не скрывала свое намерение расширять там свое присутствие, выступая там на равных не только с США или с Францией, но также с Китаем, который сегодня в значительной степени контролирует внешнюю торговлю стран Африки», – пояснил собеседник.
Военное присутствие в Ливии позволит Турции закрепить за собой доступ к африканскому рынку. «Такие ослабленные государства, как Нигер, Чад или Мали, где во вторник произошел очередной путч, сильно зависят от иностранной помощи. В лице Турции они могут получить важного партнера, на сотрудничестве с которым смогут балансировать интересы других игроков. Тем самым Турция может нарастить значительный капитал», – прогнозирует эксперт РСМД.
«Опыт работы в странах, разрушенных конфликтами, у Турции есть. Самое большое по площади турецкое посольство на африканском континенте, да и в мире вообще, находится в Сомали. Турки активно продвигают там свою мягкую силу – в первую очередь через строительство, через экспорт товаров народного потребления и продуктов питания», – напомнил Лукьянов.