Протесты цветных студентов в США на тему «Черные жизни имеют значение» получили неожиданный поворот в Калифорнии. В одном из подразделений Калифорнийского университета – школе менеджмента Андерсона – некий «белый союзник» чернокожих студентов потребовал от преподавателя бухучета Гордона Кляйна освободить тех от экзамена или хотя бы выставить всем положительные оценки. Мотив – непередаваемые страдания афроамериканских студентов из-за гибели Джорджа Флойда.
Профессор ответил на запрос язвительным письмом. Он указал, что ведет лекции онлайн и не может оценить степень темнокожести студентов. Он отметил, что непонятно, как завышать оценки студентам смешанного происхождения – может быть, наполовину? Он напомнил слова Мартина Лютера Кинга, считавшего, что «человека нельзя оценивать по цвету его кожи». Возмущенные студенты настучали на «расиста» декану. Профессор Кляйн был незамедлительно отправлен в принудительный отпуск. «Белый союзник» чернокожих – это теперь в США практически официальный чин – запустил в интернете петицию с требованием об увольнении профессора. Ее подписали более 20 тыс. человек.
Интересно, что школа менеджмента Андерсона – это не какая-то образовательная шарага. Она является подразделением престижнейшего Калифорнийского университета и регулярно входит в высшую двадцатку международных и национальных образовательных рейтингов. Стоимость обучения здесь составляет 110 тыс. долларов в год (65 тыс. за обучение, остальное – за проживание, страховку, учебники и пр.)
Казалось бы, за такие деньги студенты должны усиленно грызть гранит науки. Строгий профессор Кляйн выступал в защиту их интересов. Тем не менее активисты студенческого движения предпочли разрушить нормальный учебный процесс. Руководство вуза протестующих всячески поддержало. Студенты-отличники, заинтересованные, по идее, в нормальном образовании, испуганно отмолчались.
Предполагаемый или откровенно выдуманный расизм стал новым способом идеологической чистки в университетских кампусах.
Раньше американские хунвейбины травили преподавателей за недостаточно левые взгляды, за дискриминацию женщин и представителей ЛГБТ. Масштабная истерия под слоганом MeToo разгорелась в свое время на тему харассмента. Сегодня в топе обвинений – недостаточное уважение к чернокожему меньшинству, под которое можно подвести что угодно: например, отказ автоматически выставлять чернокожим студентам наивысшие оценки.
Парадоксальным образом, при этом очевидной дискриминации подвергается другое меньшинство – студенты азиатского происхождения. Молодежь из Китая, Японии, Малайзии регулярно показывает высочайшие баллы на стандартных тестах и вступительных экзаменах. В надежде оправдать надежды и затраты родителей они учатся лучше всех. Однако все их надежды на спокойное завершение учебного года оказались разрушены протестами чернокожих однокурсников.
Впрочем, азиатских студентов в американских вузах дискриминируют традиционно. Для поступления в ведущие университеты страны они должны набрать на экзаменах SAT (аналог нашего ЕГЭ) на 150 баллов больше, чем их белые сверстники, и на 450 баллов больше чернокожих поступающих. Недавно учащиеся из Азии даже пытались судиться с Гарвардом из-за такой системы, но Гарвард, как нетрудно догадаться, выиграл дело.
Все это не добавляет тепла в отношения азиатских и чернокожих студентов. Сегодня эта тихая конфронтация прорывается уже в открытых оскорблениях и кампаниях травли – студентов из Азии принято обвинять и в «коммунистических идеях», и в распространении коронавируса. Руководство же вуза вместо того, чтобы остановить протесты и отчислить зачинщиков, только поощряет их. Причем такое происходит не только в США, но и во всех западных странах. Чем более глупо выглядит повод для протеста, тем с большим энтузиазмом хватаются за него студенты. И тем равнодушнее взирает на это университетское начальство.
Еще не так давно тысячи учащихся выходили на демонстрации (например, в Англии) с простым и понятным требованием – вернуть бесплатное высшее образование. Сегодня экономическая повестка университетских протестов полностью зачищена. Вместо этого студенты борются с чем угодно: с глобальным потеплением, с расовой дискриминацией, с ущемлением прав представителей ЛГБТ.
Зимой, с легкой руки Греты Тунберг, учащиеся всего «цивилизованного мира» каждую пятницу вместо лекций и уроков выходили на «климатические забастовки». В мае протестную повестку по всему миру перехватили Black Lives Matter. Синхронность и согласованность этих акций, а также умелое переключение протестующих с одной темы на другую, впечатляют своим глобальным размахом. Но активнее всего студенты сегодня сражаются с историческими фактами, литературными источниками и научными концепциями. Спусковым крючком для «поколения снежинок» может стать буквально все на свете.
Давно умалчивается стандартная статистика по образовательным успехам среди представителей разных рас. Увы, она год из года показывает, что белые дети опережают в точных науках темнокожих, а их вместе уделывают студенты-азиаты. Сегодня одно упоминание этого заурядного научного факта грозит ворохом судебных исков от оскорбленных меньшинств и их «белых союзников».
В марте в Альбертском университете, одном из ведущих вузов Канады, попросили подать в отставку преподавательницу Кейтлин Лоури. Будучи профессором антропологии, она сообщила студентам, что биологически человечество делится на два пола – мужской и женский. Возмущенные до глубины души этим научным фактом учащиеся донесли на преподавательницу. Лоури отстранили от работы.
Примерно в то же время Йельский университет в США отменил курс по истории западноевропейского искусства. Дело в том, что все искусство эпохи Возрождения было создано белыми цисгендерными мужчинами. Что оказалось совершенно невыносимо для представителей меньшинств. С той же точки зрения регулярно критикуется содержимое курсов истории литературы – «белые мертвые мужчины» писали совершенно неполиткорректные, по нынешним временам, вещи.
Уже давно в рамках гендерных штудий идет переписывание всемирной истории с точки зрения женщин, а в ходе расовых штудий – с точки зрения угнетенных цветных меньшинств. Гуманитарное образование все больше отрывается от реальной истории и сводится к набору идеологических кричалок.
Почему такие протесты инспирируются с самого верха? Да потому, что они отлично отвлекают учащихся от истинного положения дел и реальных проблем образования. Еще недавно студенты выходили на митинги за снижение и отмену платы в вузах, за большую доступность обучения. Это были реальные, конкретные цели. Правительствам было нелегко справиться с этим протестным движением. Тогда же, очевидно, возникла идея его перенаправить.
Сейчас студенты митингуют против чего угодно, строчат доносы, проводят «партсобрания», однако продолжают исправно платить за свое пребывание в стенах вуза. Такой протест позволяет им выпустить пар, а руководству вуза – продолжать спокойно на них зарабатывать.
Увлеченные борьбой учащиеся не успевают задуматься о том, а нужен ли им пресловутый диплом, за который они выкладывают десятки и сотни тысяч долларов. Им и в голову не приходит выйти на марш протеста против завышенных цен на образование. И тем более не приходит в голову тот простой факт, что выставление оценок исходя из цвета кожи (или каких-либо политических взглядов) – это по сути уничтожение образования как такового. И начало массового производства двоечников.
Государство всячески поощряет эти тенденции. Уже в младших классах американские школьники учатся бороться. Умилительное впечатление производят второклассники штата Вашингтон, которые по средам пишут сочинения на тему «Черные жизни имеют значение», а по пятницам, под руководством учительниц, выходят на соответствующие демонстрации.
Так англосаксонское образование, считавшееся еще недавно идеалом во многих странах мира, расслаивается на две неравные части. Настоящее высшее образование окончательно становится уделом избранных. Запредельные цены на медицинских и юридических факультетах делают профессии врачей и юристов практически полностью сословными, закрывая в них доступ детям «с улицы».
Широким народным массам остается условная «гуманитарка» по завышенным ценам, с никаким содержанием и полным отсутствием перспектив на выпуске. Уже сегодня понятно, что рынок труда предоставляет мало опций для специалистов в области гендерных и расовых штудий. Практически единственным социальным лифтом на этих факультетах становится общественная деятельность. А чтобы привлечь к себе внимание, эта деятельность поневоле начинает носить все более скандальный и мятежный характер. Профессорам стоит приготовиться.