В среду в эстонской газете Eesti Ekspress появилось объявление о том, что Департамент внешней разведки Эстонии объявил набор новых русскоговорящих сотрудников. В объявлении говорилось, что «на должность специалиста по разведывательным операциям» эстонские разведчики ждут коллегу «хорошо образованного, умеющего общаться», который «будет получать удовольствие от путешествий и быстро адаптироваться к новым культурным пространствам и ситуациям».
При этом соискатель «должен быть гражданином Эстонии и хорошо владеть русским и английским языками, обладать широким кругозором и аналитическим мышлением». В качестве срока подачи заявлений указано воскресенье,13 декабря, что говорит о некоей спешности этого «спецнабора».
«Вы умеете решать головоломки, замечаете закономерности и находите скрытые связи? Вы видите человека, стоящего за данными, и вас интересует, как устроен мир и люди?» – спрашивается в объявлении. Будущих шпионов разведка просит выслать не только свое резюме, но и его краткий анализ с таблицами, графикой или картами. Причем высылаемые документы нужно зашифровать, используя регистрационный код департамента. Стоит отметить, что издание Eesti Ekspress, разместившее объявление, слывет в республике очень правым, по сути русофобским.
«Эстония – крошечная страна, которая не обладает никакими серьезными возможностями в плане разведки. Чаще всего, чем меньше страна, тем слабее ее разведка. Польза Эстонии для НАТО – только в ее близости к России», – считает подполковник ФСБ в отставке, вице-президент международной антитеррористической ассоциации «Альфа» Алексей Филатов. Подполковник напомнил, что около года назад ЦРУ тоже набирало сотрудников с хорошим знанием русского. «Для США Россия – потенциальный враг. В отношении потенциального врага всегда проводится глубокая разведка, против него направляются большие силы. В Таллине, так же как в Вашингтоне и Брюсселе, хотят больше знать о дислокации наших военных частей, вооружениях, планах нашего Генштаба», – отметил собеседник.
В задачи «специалиста», о котором идет речь в объявлении, скорее всего, будет входить выезд в приграничные с Эстонией районы России, предполагает профессор кафедры международных отношений СПбГУ Николай Межевич. «Там есть инфраструктура, представляющая интерес для Департамента внешней разведки. Он будет выезжать на места, вести скрытую фото- и видеосъемку, общаться с местными, а на основе этих данных готовить потом первичную аналитику», – говорит он. «Неслучайно департаменту нужны именно те русскоязычные, что любят путешествовать. Возможно, под легендой туриста, трудового мигранта или русскоязычного беженца из Эстонии.
С учетом наших нынешних отношений с Таллином конечным пунктом путешествия для такого лазутчика, скорее всего, станет Магадан»,
– иронизирует Межевич. «Впрочем, в разведке нужны еще и айтишники. Одно другое не заменяет, а дополняет. В иных случаях чем ползать, рискуя жизнью, под колючей проволокой, куда удобнее налить кофе, сесть за компьютер и узнать то, что нужно, через интернет», – говорит Межевич.
В последние годы в прессу попадало немало сообщений о противоборстве Москвы и Таллина в сфере шпионажа, что может косвенно указывать на высокую активность департамента. В отношениях с другими прибалтийскими республиками подобные шпионские скандалы возникают гораздо реже. Так, в октябре Центр общественных связей ФСБ сообщил, что в Смоленске и Пскове задержаны российский военный и его брат – по подозрению в сборе и передаче эстонским спецслужбам секретных сведений.
«В Эстонии живет 1,4 млн человек, треть из которых – русскоязычные. В разведку набирают молодых русскоязычных ребят, которые уже не помнят советское время. Независимую Эстонию они воспринимают как свою родину. Такие ребята пройдут проверку департамента», – поясняет организатор «Бессмертного полка» в Таллине, активист НКО «Российские соотечественники Европы» Сергей Чаулин.
Спецслужбы Эстонии мало чем отличаются от аналогичных служб соседних Прибалтийских стран, единственное отличие – акцент на умных технологиях, добавляет Чаулин. «В Эстонии неплохо работает электронная разведка, так как у нас исторически хорошо развиты IT-технологии. Например, мы скоро вполне можем отказаться от бумажных денег, у нас будут ездить электронные автобусы без шофера. В Эстонии есть сильная учебная и исследовательская база в этой сфере», – считает активист.
Как известно, именно в Таллине командование НАТО решило разместить свой Центр по сотрудничеству в сфере киберобороны. Он действует с 2008 года и занимается вопросами кибербезопасности всех стран альянса. Одним из поводов для создания структуры, как говорят в НАТО, стала кибератака на государственные интернет-ресурсы Эстонии, которую неизвестные хакеры провели в 2007 году. Атака выявила уязвимость стран НАТО перед подобными нападениями. Финансируется центр из эстонского бюджета и бюджетов других стран альянса.
«Технологическая развитость не делает Эстонию особенной для НАТО по сравнению с другими восточноевропейскими странами, – считает генерал-майор ФСБ в отставке Александр Михайлов. – Зона ответственности ее радиоконтрразведки, радиоэлектронной борьбы распространяется только на северо-западную часть России. Дальше этого региона они ничего не смогут разузнать», – сказал Михайлов и добавил: «Кстати, мы Эстонию как противника не воспринимаем, если не считать того, что на ее территории размещается несколько баз НАТО».
Генерал уверен, что большого потока кандидатов объявление департамента не вызовет. По его мнению, эстонские власти «в прошлом заставили отвернуться от себя многих русских и русскоязычных людей, поэтому теперь испытывают определенные сложности в поисках носителя языка».
Как ни странно это звучит, но у Таллина и Москвы сохраняются общие интересы в сфере безопасности: борьба с наркотрафиком, терроризмом, оргпреступностью, напоминает генерал. «Но на контакт эстонцы идут очень неохотно, ориентируются на Запад, хотя у Москвы нет никаких планов посягнуть на чью-то территориальную целостность», – сетует Михайлов.
Самый громкий шпионский скандал между Россией и Эстонией разыгрался в 2014 году. Тогда на границе сотрудниками ФСБ был задержан эстонский офицер Эстон Кохвер, имевший при себе пистолет с патронами, пять тысяч евро, спецтехнику для скрытой аудиозаписи, а также материалы, «имеющие характер разведывательного задания». Правда, Кохвер служил не во внешней разведке, а в полиции безопасности – контрразведке, подчиненной МВД Эстонии. В момент ареста Кохвер, насколько известно, собирался встретиться со своим осведомителем из числа жителей Псковской области. В итоге он был приговорен к 15 годам заключения, однако через год заключил сделку со следствием, признав себя виновным в шпионаже. Вскоре его обменяли на бывшего офицера МВД Эстонии Алексея Дрессена, которого в Таллине заподозрили в работе на Москву.
Межевич напоминает, что активность эстонской разведки в России была высокой еще в довоенное время. «До 1940 года эстонцы имели широкую агентуру в Пскове, Луге, Кингисеппе. Они предоставляли свои явки в Ивангороде и Печорах коллегам из западных разведок, помогали им перейти границу», – говорит эксперт. В те времена Таллин для такой деятельности также привлекал носителей русского языка. «После 1920 года в Эстонии обосновалась большая группа белоэмигрантов. Часть из них выучила эстонский язык и потом работала против своей бывшей родины», – рассказал эксперт.