Если бы выборы в Верховную раду состоялись в ближайшие выходные, за партию «Оппозиционная платформа – За жизнь» (ОПЗЖ) проголосовали бы 22,1% избирателей, за «Европейскую солидарность» Петра Порошенко –19,3%, а за «Слугу народа», созданную под нынешнего президента, 18,7%. По крайней мере, это следует из результатов опроса Киевского международного института социологии (КМИС).
На выборах в июле 2019-го результаты этих партий были такими: 43% – за «Слугу народа», 13% – за ОПЗЖ, 8% – за «Европейскую солидарность». То есть менее чем за полтора года рейтинг сторонников Зеленского просел более чем в два раза, а у националистов, наоборот, вырос вдвое.
Все это, впрочем, их внутренние разборки, а из России нельзя не обратить внимание на то, что ОПЗЖ обычно называют «пророссийской» партией.
Определение, мягко говоря, спорное – границы возможной «пророссийскости» для легальных политических сил на современной Украине весьма жесткие. Но дело еще и в том, что в глазах населения страны существует четкая связь ОПЗЖ не только с Россией как таковой, но и с российской властью.
О том, что в прошлом году лидеры ОПЗЖ Юрий Бойко, Вадим Рабинович и Виктор Медведчук участвовали в совместной конференции с партией «Единая Россия», на Украине не знают разве что схимники – об этом, ругаясь, регулярно напоминают «патриотические» СМИ (то есть примерно все СМИ Украины).
Общеизвестно там и то, что председатель политсовета ОПЗЖ Виктор Медведчук является кумом Владимира Путина. В России это во многом отживающее понятие, но на Украине до сих пор значимое. Кум – не просто крестный отец твоего ребенка (Путин – младшей дочери Медведчука), а почти что лучший друг.
Как следствие, голосующие за ОПЗЖ граждане представляют собой ту самую «почти идеальную» Украину, о которой мечтают в России: готовую к сотрудничеству, бизнесу и мирному урегулированию донбасского конфликта.
Почему эта партия стала сейчас самой популярной в стране объяснить просто – президент Владимир Зеленский уверенно идет к политическому банкротству. Еще год назад он претендовал чуть ли не на статус общеукраинского лидера, теперь доедает остатки былой славы.
Сперва в нем разочаровались русскоязычные, поскольку новый президент продлил все меры по дерусификации, примененные его предшественником, а потом и население в целом.
Согласно опросу все того же КМИС, более 55% граждан считают, что «Украина стагнирует и не развивается, жизнь становится все более невыносимой».
Еще больше (57,5%) тех, кто подписывается под определением «Украина, как страна, разваливается, идет к расколу».
На этом фоне электорат «умеренных» националистов перетекает обратно к «проверенным» и еще вчера презираемым – к Порошенко. Русскоязычные же продолжают сплачиваться вокруг ОПЗЖ в ответ на давление государства по языковому вопросу.
Еще недавно подобные процессы на Украине казались из России чем-то важным и даже перспективным. Но это было раньше, а теперь лучше исходить из другого – из того, что обольщаться насчет ОПЗЖ не стоит.
Дело даже не в том, что у всех без исключений украинских партий есть общая черта – они контролируются какими-нибудь олигархами, что может определять «пророссийский» вектор (некоторым финансово-промышленным группам выгоден бизнес с РФ), но всегда его ограничивает (общие с РФ интересы на развитии бизнеса заканчиваются). Дело в общей электоральной картине.
Еще десять лет назад украинская лодка могла крениться в ту или иную сторону за счет «умеренных избирателей» – и условно «национальная», и условно «пророссийская» силы претендовали на власть и сменяли друг друга. Это отдаленно напоминало «качели», которые сложились в США с их вечной борьбой демократов и республиканцев.
Теперь не так. Если эмиграция русскоязычных украинцев в Россию еще компенсируется оттоком «западенцев» на Запад (прежде всего в Польшу), то потерю электората Крыма и значительной части Донбасса «пророссийским» силам не компенсирует ничто. «Качели» сломались и восстановлению не подлежат.
Работает против них и демография: умирают те, кто помнит жизнь в одном государстве с Россией, начинают голосовать те, кто вырос по учебникам, где России отведено место вековечного врага.
Четверть электората (таким сейчас представляется «потолок» ОПЗЖ) – это тоже немало, но в странах с сильной национальной поляризацией (а Украина теперь из таких) оставшиеся три четверти всегда блокируются между собой. Наглядный пример – Прибалтика: местные либералы и националисты недолюбливают друг друга, но всегда находят общий язык против партий с русскоязычным электоратом, отсекая последних от власти.
Это правило в меньшей степени касается отдельных регионов востока и юга Украины, где такие партии, как ОПЗЖ, все-таки могут прийти к власти. Но там включается другой фактор – «феодальной раздробленности». Последние местные выборы в стране продемонстрировали фрагментацию русскоязычных сил – первые места зачастую занимали представители не ОПЗЖ, а локальных элит, сконцентрированных вокруг мэров крупных городов вроде Одессы или Харькова.
Таким образом рейтинг ОПЗЖ превращается из перспективного для российской внешней политики показателя в некую «среднюю температуру по больнице» – нечто информативное, но и только.
В обозримой перспективе нет вариантов для того, чтобы Украина сменила свой вектор и стала более удобным для нас государством. А в самое ближайшее время стоит ожидать очередного витка напряженности.
Он связан с тем, что Зеленский наконец-то занял однозначную позицию по Минским соглашениям – их полное саботирование с целью выцыганить новую встречу в «нормандском формате» на высшем уровне и попытаться переписать эти соглашения под себя. Так, чтобы они были неисполнимы для Донбасса в принципе.
Для решения этой проблемы (а Донбасс и жизнь его населения - это в том числе наши проблемы) нужна больная, слабая, нищая и доведенная до отчаяния Украина, а не бесплотная надежда на то, что к власти там могут прийти «пророссийские» силы.
Тем более – пророссийские без кавычек.