Началось всё с того, что аккурат после Дня Победы так называемый патриарх Филарет внезапно заявил: «Киевский патриархат» всё ещё существует». И не просто существует. Филарет разослал нынешним «епископам» так называемой ПЦУ приглашения, где зовёт их собраться и поговорить.
Тут нужно напомнить, что с 20-х годов прошлого века украинское православие находится в расколе. Не принявшая революцию часть церкви назвалась УАПЦ (автокефальная). До 90-х годов она существовала преимущественно в эмигрантской среде. В начале 90-х УПЦ постиг очередной раскол, виновником которого как раз и стал Филарет. В 1990 году он претендовал на пост Патриарха Московского и всея Руси. Но тогдашнее церковное руководство проявило благоразумие и патриархом стал Алексий II. В отместку Филарет увёл в раскол часть украинской паствы, сыграв на националистических настроениях. Хотя сам до этого был главой Украинского экзархата РПЦ (так называлась УПЦ до 1990 года, затем она получила более самостоятельный статус и сменила название).
Затем последовали первые захваты церквей, в 1993-м чуть было не захватили Киево-Печерскую лавру. Но тогдашним властям Украины и Киева всё это порядком надоело и они приняли неканоничное, но соломоново решение. Вот вам Андреевский собор (УАПЦ), вот вам Владимирский (Филарет), вот вам Лавра (УПЦ). Служите каждый свою службу, а кто будет бузить – разгоним.
Так оно и было последние 25 лет. То есть, конечно, УПЦ периодически пыталась наладить с раскольниками диалог, но безуспешно. И вот примерно год назад советники Петра Порошенко решили, что очень круто ему будет перед выборами выехать перед нацией на белом коне в качестве объединителя украинского православия. Объединиться, конечно, можно было давно, но для этого пришлось бы всей новоявленной «церковью» каяться в грехе раскола. Людям, плохо знакомым с историей христианства, это понять непросто, однако грех это весьма суров: первым раскольником считается Сатана.
Поэтому придумали другой путь: попросить автокефалию у Вселенского патриархата. Стать самостоятельной церковью в пику УПЦ на её же канонической территории и не каяться в расколе. Сюжет начинает напоминать «Догму» Кевина Смита, не так ли?
Саму же УПЦ Вселенский патриарх объявил созданной нелегитимно и несуществующей – в расчёте на то, что деморализованные церковники переметнутся в новую структуру, тем самым придав ей легальный статус. А затем и мировое православие постепенно смирится.
Всё это провернули в конце прошлого года, а в начале января раскольникам выдали долгожданный томос (церковный документ, в котором фиксируются важные церковные вопросы, в том числе статус церкви). Правда, на поверку оказалось, что никакой автокефалии раскольники не получили: все значимые церковные вопросы Вселенский патриархат замкнул на себя. Но часть раскольников готова была смириться и с этим, потому как правильная украинская православная церковь в их понимании – это церковь без москалей.
Сам Филарет очень хотел стать патриархом ПЦУ. Но ему мягко отсоветовали. Даже для Варфоломея Филарет – фигура слишком одиозная. Не было никаких шансов на то, что возглавляемую им церковь признают полтора десятка православных церквей. Поэтому Филарет смирил гордыню и главой новосозданной ПЦУ стал его протеже – Епифаний. А Филарету оставили возможность быть «свадебным генералом»: продолжать именоваться патриархом, носить облачение и даже оставили в его ведении киевские приходы. Раскольничьи, конечно же.
Но уже после Нового года стало ясно, что новая «церковь» получилась какой-то кривой. Да, «Киевский патриархат» и УПЦ слили в одну структуру. Да, славно потроллили РПЦ. Но ни один патриархат, кроме Вселенского, ПЦУ так и не признал. Перебежчиков из УПЦ можно посчитать на пальцах, практически весь епископат сохранил верность канонической церкви. Из видимых успехов – отжали кафедральный собор в Виннице и ещё порядка сотни храмов. Замах был на рубль, а удар вышел на копейку.
А теперь давайте поставим себя на место Филарета. Быть отставным патриархом при новой церковной структуре, соединившей каноническую УПЦ и раскольников почётно и неутомительно. И гордыньке лестно: вот он я, раскольник, наконец-то объединил, моё оказалось сверху, а Москва утёрлась. А получилось так, что Филарет стал отставной козы барабанщиком – дедушка-патриарх с неясным статусом при непризнанной никем структуре. Филарет в таком статусе четверть века просидел, но он тогда хотя бы управлял и на финансовых потоках сидел. А так сослали как Наполеона на Эльбу.
Наполеон продержался девять месяцев, гордыни Филарета хватило лишь на полгода.
В самой ПЦУ, конечно же, стараются не выносить сора из избы и не слишком активно обсуждать чудачества «дедушки-патриарха» на публике. Но слово «раскольник» уже прозвучало. Причём от раскольников же, что только добавляет изюма в эту булку: мнивший себя объединителем Филарет имеет хорошие шансы войти в историю как инициатор двух церковных расколов. Добавляет юмора информация о сторонниках Филарета. На сегодня известен лишь один – Иоасаф Белгородский. Чьи приходы находятся... в российском Белгороде. Что называется, приехали.
Сам же Иоасаф костерит коллег почище кота Матроскина: «[Филарет] поставил вас в епископы, дал епархии, дорогие машины, драгоценные панагии, кресты, митры, великолепные облачения, дорогие телефоны, деньги... Чем же вы платите Патриарху?»
Попутно вскрываются подробности, хорошо известные клиру раскольников, но до широкой общественности дошедшие только теперь: «За четыре месяца с момента получения ПЦУ томоса Епифаний и Филарет ни разу не сослужили вместе. Филарет не был приглашен на интронизацию Епифания. А сам Епифаний не пришел на патриарший прием в честь торжества Пасхи», – перечисляет издание «Страна.ua». Наверняка это лишь малая доля побитых за это время горшков.
В итоге Филарет разослал епископату ПЦУ письма, в которых зовёт на встречу – почтить память священномученика Макария во Владимирском соборе, который вот уже четверть века считается его патриаршей кафедрой. Это смотр сил: для созыва Собора Филарету нужны голоса 20 епископов. Цель Собора – изменить устав ПЦУ, возможно, сместить Епифания.
Возникает закономерный вопрос: почему именно теперь? Проще простого. Дело в Петре Порошенко. У ПЦУ были шансы стать доминирующей церковью только в том случае, если бы Порошенко выиграл выборы: с января по апрель местные власти, выслуживаясь перед президентом, творили невообразимый беспредел, потворствуя захвату храмов раскольниками. Ещё пять лет такого – и кто знает, что бы осталось от УПЦ к концу второго срока Порошенко? На таких условиях, конечно, можно было покряхтеть и потерпеть.
Но выборы Порошенко продул. А Филарет, очевидно, получил от Зеленского чёткий сигнал, что тот не собирается потворствовать раскольникам в уничтожении канонической церкви.
Поэтому Филарет и спешит. За время перехода власти из рук в руки, пока ещё «порошенковские» в силе, он хочет отобрать назад своё: контроль над раскольничьими приходами по всей Украине. Правда, сам Порошенко в таком случае будет выглядеть очень бледно: церковные обозреватели опасаются, что Варфоломей в ответ на переворот Филарета может отозвать томос. А это вернёт раскольников туда же, где они были год назад. Под хохот мирового православия. А Порошенко придётся поправить свой избирательный слоган (не забываем, осенью на Украине ещё и парламентские выборы) «Армия. Язык. Вера». Чья вера? Филарета или Епифания?
В общем, скандальчик назревает преотличный. А главное, даже непонятно пока, за какую сторону болеть.
Мораль же сей басни такова. Если вдруг украинцы затевают что-то грандиозное в пику русским, главное – отойти и не мешать. Они справятся сами. Это доказали два майдана, а теперь и Филарет.