Испанское правительство, возглавляемое лидером социалистов Педро Санчесом, объявило о решении «удалить тело диктатора Франсиско Франко из мемориального комплекса». Этот проект Санчес вынашивал еще тогда, когда был первым лицом крупнейшей оппозиционной фракции в парламенте.
Нельзя сказать, что это заявление властей испанцы встретили с воодушевлением. Как нельзя сказать и того, что кто-то выразил по этому поводу свое негодование. Проще говоря, народу было плевать на эксгумацию каудильо, гроб которого покоится прямо на алтаре главного храма мемориального комплекса «Долина павших», что под Мадридом.
Простые испанцы о Франко вспоминают по минимуму: да, он был диктатором, но теперь его, слава Богу, нет, а все разговоры о том, что делать с мумией, – это игры людей, борющихся за власть.
Действительно, для ведущих политиков Социалистической партии этот вопрос служил козырем последнюю пару десятилетий. Обещания «убрать недостойного из места, где покоятся достойные», обеспечивали им электоральную поддержку. Правда, только тогда, когда положение дел в стране можно было считать относительно благополучным и население могло сосредоточиться на политической части программ кандидатов, а не только на экономических проблемах. Сейчас явно не тот период.
Даже родственникам жертв репрессий ни холодно ни жарко от того, уберут ли Франко из «Долины павших» на какое-то обычное кладбище или нет. Ведь компенсации им выплачивать никто не собирается, этого нет ни в планах социалистов, ни в программе Народной партии, недавно сброшенной с властного пьедестала.
Франсиско Франко
|
Не волнует людей и цена вопроса. В конце концов, перемещение покойника, как считают нынешние власти, дорогой операцией не станет. Не планируется даже открывать гроб, что вызвало бы изменение условий хранения забальзамированного объекта и потребовало бы денег на реставрацию. Просто возьмут – и перенесут. От этого в стране должно немедленно наступить полное примирение, но это не точно.
Несмотря на то что в 2007-м, когда страной тоже правили социалисты, был принят Закон об исторической памяти, может показаться, что Испания по-прежнему чтит своего диктатора. По данным издания El Confidencial, в населенных пунктах с численностью населения более двух тысяч человек до сих пор имеется 317 улиц, носящих имя Франсиско Франко. Не обойдены вниманием и его сподвижники: именем генерала Эмилио Молы названы 166 улиц, генерала Гонсало Кейпо де Льяно – 74, полковника Хосе Москардо – 62, генерала Хосе Санхурхо – 52, капитана Хосе Варелы – 35. А лидирует среди фалангистов в испанской топонимике Хосе Примо де Ривера – 373. Он, кстати, тоже лежит в «Долине павших», но никто не поднимает вопрос о его перемещении в другое место.
Замок Торрес-де-Мейрас в Галисии, имеющий статус объекта культурного интереса (аналог российского памятника культуры), по-прежнему находится в собственности семьи каудильо и воспринимается исключительно как сооружение, связанное с памятью бывшего правителя Испании, но не как памятник архитектуры. Его открывают для доступа туристов один раз в год и всего на сутки.
До сих пор функционирует Национальный фонд Франсиско Франко. Он был создан через год после кончины каудильо, когда вся Испания захлебывалась в накативших на нее демократии и свободе, а пляска на костях теперь уже безопасного диктатора входила в обязательную программу каждого СМИ. Официально это объяснили «необходимостью сберечь часть истории Испании» – фонд начал свое существование с создания архива, включавшего около 30 тысяч документов периода правления диктатора. Его учредители – частные лица, но финансирование в нем – в том числе государственное. Выделявшиеся из бюджета субсидии обставлялись нейтральными формулировками типа «необходимости цифровой обработки документов для последующего хранения в компьютерах».
Финансирование фонда со стороны правительства отстаивали виднейшие ученые страны, такие как директор Королевской академии истории Гонсало Анес, периодически сообщавший, что «в любой момент любой документ будет доступен для любого пользователя всемирной компьютерной сети». На деле доступность этих документов до сих пор серьезно ограничена, но копий в спорах на эту тему никто не ломает – не до того.
«Франко – это испанский Сталин, – любят говорить сторонники демократии в пиренейском королевстве. – Поэтому его надо удалить на задворки истории. Лучше вообще не вспоминать об этом позорном пятне на биографии страны».
Правда, испанский генералиссимус не проводил индустриализацию страны. И не боролся против гитлеровского фашизма, наоборот, активно с ним сотрудничал. «Чем уберег страну от разрушений», – неизменно добавляют его сторонники.
О создававшихся франкистами концлагерях, где действовали те же принципы, что и в гитлеровских, они предпочитают не вспоминать. На месте самого большого и жестокого из них – «Миндального поля» в провинции Аликанте – нет ни одной таблички с информацией о том, что здесь находился «Испанский Освенцим», как называли этот лагерь в литературе. Учреждение, работавшее по всем правилам нацизма – с расстрелами десятка узников за каждого бежавшего и с охотниками на людей, специально съезжавшимися со всей страны, чтобы развлечь себя поимкой беглецов.
Мумия человека, руководившего этим кошмаром, полководца, уничтожившего десятки тысяч мирных жителей собственной страны, в сегодняшней Испании является всего лишь козырем в политической борьбе, регулярно переходящим от одной группы влиятельных лиц к другой.