В советское время движение изобретателей было поистине массовым, существовала влиятельная организация ВОИР (Всесоюзное общество изобретателей и рационализаторов). ВОИР, пусть и в измененном виде, действует до сих пор. Теперь уже Всероссийское общество изобретателей и рационализаторов поддерживает тех, кто создает новое для технологического развития страны.
Свежий пример такой поддержки – III Всероссийский конкурс «Изобретатель года – 2025», организуемый совместно с Минобрнауки, РАН, Минпромторгом и другими ведомствами. Конкурс включает четыре основные номинации: Гран-при за выдающиеся изобретения с максимальным экономическим и/или социальным эффектом, а также три специальных номинации – «Изобретатель года», «Рационализатор года» и «Наставник года». Прием заявок идет до 30 сентября, призовой фонд – 5 млн рублей.
О том, какой путь для признания и внедрения своих разработок приходится проходить изобретателям, газета ВЗГЛЯД побеседовала с победителями конкурса прошлого года. У некоторых из них более сотни зарегистрированных изобретений.
Как оказалось, успешными изобретателями могут быть как сотрудники научных центров, так и просто энтузиасты и даже школьники.
«Это заложено в нашей природе. Люди очень изобретательны», – объясняет свою мотивацию Екатерина Васильева из Новгородской области (первое место в номинации «Рационализатор года» конкурса «Изобретатель года – 2024»). – Мы все время что-нибудь придумываем, пробуем, открываем и улучшаем». Причем, рассказывает Васильева, для нее изобретательство «не основная деятельность, это тот труд, который мы отдаем добровольно в свободное от основной работы время».
Для других природной склонности и даже энтузиазма недостаточно – нужна соответствующая среда, коллеги, соратники, профессия, деятельность. И прежде всего – научная и педагогическая. «Для меня изобретательство – это любимая часть моей работы», – говорит директор научно-образовательного центра им. К.Э. Циолковского АмГУ Дмитрий Фомин из Амурской области (первое место в номинации «Изобретатель года – 2024»).
«Изобретательство – не столько проявление врожденной склонности, сколько результат целенаправленного формирования инновационной культуры в профессиональной среде, – настаивает сотрудник Омского автобронетанкового инженерного института Нуржан Ракимжанов (гран-при конкурса «Изобретатель года – 2023»). – Моя основная профессиональная деятельность – подготовка военных инженеров. Изобретательская деятельность является дополнительной, но органично интегрированной в педагогическую практику».
Ракимжанов подчеркивает важность поддержки ВОИР как среды, способствующей изобретательству. Под эгидой ВОИР была организована лаборатория робототехники. Это позволило консолидировать усилия преподавателей и курсантов для решения прикладных задач в области автономных и дистанционно управляемых систем, что в итоге вылилось в создание изобретения.
Иногда такой средой служит даже собственная семья. «Я ученик восьмого класса, – рассказывает Николай Цыгичко из Воронежской области (первое место в номинации «Юный изобретатель года – 2024»). – Так как в моей школе на уроках технологии совсем не освещается тема обработки материалов (как, впрочем, и в других школах),
папа мне купил в Китае с целью ознакомления с основными принципами металлообработки два станка – фрезерный и токарный. Я освоил принципы их работы и мне стало интересно, как можно автоматизировать процесс фрезеровки.
Оказалось, в этом вопросе ничего особо сложного нет. В результате мы создали фрезерный станок с ЧПУ, с которым я и победил в конкурсе».
На вопрос о причинах, побудивших к созданию конкретного изобретения, изобретатели отвечают единодушно – прагматические цели. «Вам нужно решить задачу, а готовые решения вас не устраивают – значит, нужно предложить свой вариант, причем хорошего качества», – объясняет Фомин. При этом для успеха помимо «светлой головы», обеспечивающей теоретическую проработку задачи, в команде нужны еще и «умелые руки» с инженерно-техническими компетенциями.
Примета времени: среди изобретений, победивших в конкурсах последних лет, есть те, что посвящены военно-техническим вопросам и помощи СВО. Например, Екатерина Васильева получила награду за новое камуфляжное снаряжение, скрывающее технику и бойцов от БПЛА противника. Нуржан Ракимжанов – за робототехнические системы, предназначенные для разминирования.
Не имеет отношения к ВПК, но связано с идущей сегодня перестройкой российской космической отрасли изобретение Дмитрия Фомина – универсальный блок полезной нагрузки для наноспутников, уже работающий на орбите. Но путь от идеи изобретения до попадания в космос готового изделия не был простым.
«Трудности обязательно присутствуют в работе изобретателя и его команды. К ним нужно быть готовым – а значит, запастись недюжинным терпением.
Как пример – отсутствие необходимых компонентов, что свойственно удаленным регионам нашей большой страны, ожидание их поставки, потеря времени, а время, например, в космических проектах – это самый ценный ресурс», – отмечает Фомин.
О похожих трудностях говорит и Ракимжанов. По его словам, для разработок в области робототехники «основными вызовами стали ограниченность материально-технической базы и необходимость импортозамещения компонентной базы». Кроме того, «наблюдается определенный консерватизм: некоторые организации проявляют осторожность при внедрении запатентованных решений, опасаясь юридических и технических рисков».
Чтобы все это преодолеть, нужна моральная решимость и готовность идти до конца в доведении изобретения до конечного пользователя. «Вера в справедливость всегда помогает. Она двигает нас даже тогда, когда другие мотивы не работают», – говорит Васильева.
Успешное внедрение требует не только технической зрелости, но и смекалки, настойчивости и титанического труда, предупреждает Ракимжанов.
«Ключевой критерий – практическая апробация в реальных или близких к реальным условиях. Только на этой стадии становятся очевидными направления доработки, целевые ниши применения и потенциальные партнеры. Без такой стадии изобретение рискует остаться лабораторной разработкой.
К сожалению, таких примеров немало», – признает омский изобретатель.
«Помогает слаженная командная работа единомышленников, – добавляет Фомин. –
Чтобы изобретение не легло на полку, необходимо создавать на его основе прототипы и активно представлять их на выставках и конкурсах».
Собеседник вновь подчеркивает роль изобретательского сообщества. «Большим подспорьем в этом является участие в таких организациях, как ВОИР, поскольку всегда есть возможность обратиться за советом к широкому кругу изобретателей и рационализаторов», – добавляет директор научно-образовательного центра им. К.Э. Циолковского АмГУ.
Причем этот круг не ограничивается собственно ВОИР. «Интеграция с научными и промышленными структурами критически важна, – говорит изобретатель из Омска Ракимжанов. – Первоначально мы сталкивались со скептицизмом, но через систематическое участие в профильных мероприятиях – выставках «Армия», конкурсах «Архимед», «Прорыв в будущее», фестивале «Наука и изобретения для жизни» – удалось доказать эффективность и перспективность разработок».
Важный этап для любого изобретения – получение соответствующего патента. Именно патент является государственным подтверждением и новизны, и смысла изобретения – и, разумеется, защищает авторские права. В последнее время эта процедура стала более качественной, признает Ракимжанов. «Ранее патентование зачастую носило формальный характер – защиту идей на бумаге. В настоящее время мы патентуем уже реализованные и испытанные технические решения. Это значительно упрощает процесс: технический результат подтвержден, экспериментальные данные доступны, что повышает прозрачность и сокращает сроки рассмотрения».
Тем не менее есть запрос на улучшение процесса патентования. По словам Ракимжанова, «целесообразно внедрение ускоренных процедур рассмотрения для приоритетных направлений – оборона, безопасность, импортозамещение», а также расширение практики предварительной экспертизы с привлечением отраслевых экспертов.
В свою очередь Фомин полагает, что упростить процедуру и сократить сроки рассмотрения заявок позволило бы создание региональных филиалов Роспатента. У ученого из АмГУ процесс экспертизы заявки на патент занял больше года (из-за проверок на наличие государственной тайны). Хотя есть и другие примеры: на одну из разработок, представленных командой Ракимжанова, патент был зарегистрирован менее чем за две недели.
В патентовании изобретателям также помогает ВОИР, особенно новичкам. «Без него мы бы вряд ли стали подавать заявку на изобретение», – признается школьник Цыгичко. По его словам, полная стоимость оформления патента на изобретение, включая госпошлину и сопутствующие расходы, составила 82 тыс. рублей.
При этом изобретение способно приносить своему создателю доход. В случае со школьными станками все очевидно, нужен государственный (муниципальный) заказчик, хотя и этого порой недостаточно. «В сентябре 2025 года планировалось начать занятия с использованием нашего оборудования, но мы столкнулись с проблемой методического обеспечения уроков, – рассказывает Цыгичко. – Куда бы мы ни обращались, все говорят, что мы делаем хорошее дело, но на практике помощи нет. Будем писать уроки сами». Пока у школьника единственный доход от изобретения – полученный от ВОИР грант в 200 тыс. рублей.
В целом, уверены изобретатели, дело их рук способно дать финансовую отдачу.
«При системном подходе, наличии патентной защиты и партнерской сети изобретательство может стать устойчивым источником дохода.
В условиях государственной поддержки и спроса на инновации такой путь вполне реализуем», – считает Ракимжанов. «Изобретательством вполне можно существенно увеличить свой доход», – подтверждает и Фомин, хотя и оговаривается: полностью заработать себе на жизнь можно лишь в исключительных случаях.
Но есть и другие случаи – когда изобретателям вовсе не нужны деньги в качестве одного из результатов изобретений. «Пока мы не планируем финансовую отдачу. Это добровольная помощь вооруженным силам», – говорит разработчик камуфляжного снаряжения Васильева. Она признается, что технологию своего изобретения распространяет бесплатно.