Новость о «сбитом F-16» появилась в российском «военном» телеграм-сообществе несколько дней назад и звучала следующим образом. Наш истребитель Су-35 издалека, не входя в зону действия украинских систем ПВО, выдал целеуказание наземному зенитно-ракетному комплексу С-400, который сбил украинский истребитель своей ракетой, имеющей большую дальность стрельбы.
Не сообщалось, каким именно образом пилот Су-35 передал информацию, позволившую точно вывести ракету на скоростную малоразмерную воздушную цель. Высказывались предположения, что Су-35 подсветил цель своей мощной РЛС Н035 «Ирбис», а головка самонаведения зенитной ракеты приняла отраженный сигнал, или что пилот вообще дал координаты цели голосом. Министерство обороны РФ, однако, не сообщало о поражении украинского истребителя.
Через день пошла информация с украинской стороны. Противник сообщил примерно то же, что отечественные «ньюсмейкеры», только указав, что сбить F-16 не получилось, он ушел от ракеты с помощью средств постановки помех.
На самом деле в этом нет ничего удивительного. При стрельбе по воздушной цели с очень большого расстояния у пилота этой цели, как правило, есть время на контрмеры.
Интереснее было другое – противник утверждал, что Су-35 обеспечил зенитно-ракетному комплексу автоматическое прицеливание через свою РЛС, передавая целеуказание в машинном формате данных по специальному радиоканалу. На Западе такую систему называют словом datalink. И если это правда – то перед нами нечто исключительно важное.
Как работает автоматический обмен данными
Попыткам автоматизировать обмен информацией между различными тактическими единицам (например, самолетами) многие десятки лет. Сегодня в мире есть впечатляющие системы, реализующие такой обмен.
В ВМС США, например, имеется система автоматического обмена данными между любыми кораблями и любыми летательными аппаратами ВМС. Самолет с авианосца, случайно обнаруживший воздушную цель, штатно, без накладок передает целеуказание по ней на зенитно-ракетный комплекс любого корабля. Система называется NIFC-CA (Naval Integrated Fire Control-Counter Air, «интегрированное военно-морское управление огнем – ПВО»).
Именно с помощью этой системы ВМС США достигли рекордных дальностей поражения целей кораблями. Так, в ходе учебных стрельб, состоявшихся в 2014 году, была достигнута дальность поражения маловысотной цели в 240 километров.
Корабль не может обнаружить летящий на таком расстоянии маловысотный объект своими средствами в силу кривизны Земли. Но с борта самолета или вертолета ему было выдано предельно точное целеуказание.
Длительное время США были единственными пользователями подобных систем. Они же были пионерами пресловутых «даталинков», когда на борт боевого самолета в режиме реального времени выдается поток данных о своих бортах, о своих войсках и о противнике и отображается в понятном пилоту виде: на старых самолетах – на дисплеях, а на том же F-35 – на стекле шлема дополненной реальности, который входит в состав снаряжения пилота этого самолета.
В СССР автоматизированное целераспределение в группах самолетов тоже практиковали. Это было и на МиГ-31, и на Су-27П. Появившиеся в 1980-е самолеты дальнего радиолокационного обнаружения (ДРЛО) А-50 тоже умели распределять воздушные цели между перехватчиками. Могли эти самолеты и передать информацию о воздушной обстановке на наземные командные пункты зенитно-ракетной бригады, если последняя была включена в автоматизированную систему управления (АСУ) «Поляна-Д4».
Но вопрос о том, чтобы одна любая тактическая единица ВВС или ПВО могла передавать данные для применения оружия любой другой единице, никогда в СССР не ставился. Не ставился он и в постсоветской России. Это был один из вопросов, казалось бы, навсегда оставшихся за рамками отечественной военной науки.
Первой «ласточкой» стал МиГ-31БМ – модернизированный перехватчик. Но эта машина и создавалась с функционалом куда более широким, чем обычно есть у боевого самолета. А Су-35 создавался как истребитель.
И вот мы видим пример нового, не советского, подхода. Российский истребитель навел на цель ЗРК.
Неважно, что цель в итоге не поражена. Но если сам факт такого целеуказания действительно имел место, перед нами – тектонический сдвиг. Взаимодействие такого уровня – исключительная инновация для российских Вооруженных сил. Эволюционный скачок. Даже если передача шла через АСУ «Поляна-Д4», а не напрямую на ЗРК. И если, оговоримся еще раз, украинские источники не врут.
Впрочем, это не единственная радостная вещь, прямо вытекающая из новости.
Перспективы ближнего прицела
Не секрет, что у России имеются сложности с производством и модернизацией самолетов ДРЛО. Но стоит задать себе вопрос – а как бы самолет ДРЛО мог увернуться от выпущенных по нему ракет? Ответ – никак.
И Су-35 – это такой борт, который вполне может достать самолет ДРЛО противника. Проблемой отчасти могут стать ракеты – не факт, что находящейся на вооружении ВС РФ ракете Р-37 хватит дальности. Однако всегда можно реанимировать какой-нибудь более «злой» проект. Например, старую, не пошедшую в серию, ракету «воздух-воздух» КС-172 на новой технической базе и с улучшенными параметрами.
Увы, но и наш самолет ДРЛО в такой ситуации был бы обречен. И наши противники тоже экспериментируют со сверхдальним перехватом, и нужные ракеты у них есть.
А раз так, то почему бы просто не развить успешный опыт и не начать создавать специальные боевые самолеты, возможно, в плане Су-35 или Су-34, которые в основном несли бы мощные РЛС и средства самообороны от ракет и использовались бы для освещения воздушной обстановки в бою?
Похожий опыт есть. ВКС еще до начала СВО оснащали Су-34 контейнерными разведывательными станциями различного назначения. Теперь можно поставить вопрос об оснащении боевого реактивного самолета такими же станциями для обнаружения воздушных целей, встроенной РЛС Н035 «Ирбис» и системой передачи всей этой информации как на другие борта ВКС, так и на наземные командные пункты.
Это позволит обойти проблему с самолетами ДРЛО, которые крайне дороги, их крайне сложно и долго строить – и которым почти невозможно обеспечить выживаемость в современной войне.
Заодно такой подход позволит решить проблему с дальним радиолокационным обнаружением для нашего единственного авианосца, когда он наконец-то выйдет из ремонта. «Классический» самолет ДРЛО с него не может взлететь, у корабля нет катапульты. А вот самолет на базе семейства «Су» взлетает и будет взлетать.
В общем, трудно сказать, правду ли говорит противник. Но если правду, то наши ВКС на верном пути, и перспективы этот путь обещает поистине выдающиеся. Главное – не останавливаться.