Родился Василий Юнкер в Москве, в семье более чем обеспеченной – его отец (обрусевший немец) являлся основателем банкирского дома «И.В. Юнкер и К°». Однако по отцовским стопам юноша не пошел. Получил медицинское образование, отучившись в Петербургском, Дерптском и Гёттингенском университетах.
Будучи, однако, человеком материально обеспеченным, он не имел нужды обрекать себя на многотрудную долю практикующего врача. Вместо этого Юнкер увлекся географическими исследованиями. Можно сказать, что Василий Васильевич поддался духу времени – ведь в XIX веке белые пятна с карт исчезали особенно стремительно. В то время больше всего перспектив для путешественников, тянущихся к неизведанному, представлял Черный континент – Африка, остававшаяся тогда из всех материков (за исключением разве что Антарктиды) наименее изученной.
В Африку хлынули исследователи и авантюристы самых разных национальностей – британцы, французы, американцы, немцы. Шли, руководствуясь разными же мотивами – и чистым духом познания, и страстью к наживе. Многие сгинули без вести, сложили головы – от рук диких племен и клыков диких зверей, изнуренные голодом и болезнями. Но на смену павшим приходили все новые.
Василий Юнкер, начитавшись книг путешественников по Африке – а они тогда были в Европе моднейшим чтением! – тоже заразился этим духом. Он пожелал испробовать тяготы и радости африканских экспедиций на собственной шкуре. Правда, первую свою экспедицию он совершил в 1869 году в противоположном направлении – отправившись в Исландию, прославленную вышедшим незадолго до того романом Жюля Верна «Путешествие к центру Земли». Вернулся переполненный впечатлениями, а в 1873-м впервые поехал в Африку.
Молодой доктор нашел себе место в составе археологической экспедиции, направившейся в Тунис. Географической науке эта поездка ничего не дала, но подготовила Юнкера к дальнейшим свершениям – ведь в Тунисе он выучил незаменимый в Африке арабский язык.
В 1875 году жадный до новых знаний россиянин прибыл на Международный географический конгресс в Париже, где познакомился с прославленными путешественниками-африканистами Густавом Нахтигалем, Герхардом Рольфсом и Георгом Швейнфуртом. Особенно близкие отношения сложились у него с исследователем Египта, Судана и Нубии Швейнфуртом (кстати, уроженцем Риги), которого Василий Васильевич в дальнейшем почитал практически как второго отца. «Обмен мыслями с заслуженными исследователями, – вспоминал впоследствии Юнкер, – направил мое внимание на страну Дарфур в Восточном Судане, которая тогда стояла в центре географических интересов».
В октябре 1875 года Юнкер высадился в Александрии и отправился на юг. Его маршрут пролег от порта Суакин на берегу Красного моря до столицы Судана Хартума – через населенные пункты Кассала и Гедареф. Чтобы попасть в вожделенную страну Дарфур, требовалось получить разрешение властей Египта, которому принадлежал тогда Судан. В ожидании этого разрешения Василий Васильевич проехался на пароходе из Хартума вверх по Белому Нилу и его притоку Собату. В ходе этого плавания, состоявшегося в августе-сентябре 1876 года, русский путешественник впервые выполнил точную съемку нижнего течения Собата.
В ходе его экспедиций Юнкеру приходилось постоянно контактировать с туземцами. От того, насколько хорошо удастся выстроить отношения с ними, зависела сама судьба путешествия. Василий Юнкер резко отличался от большинства других тогдашних европейцев, зараженных духом расизма. Юнкер относился к чернокожим африканцам без предубеждения и высокомерия. Он осуждал сложившуюся тогда практику хищнического отношения к туземцам, которых многие считали не вполне людьми.
«Невольно я подумал о том, как легко было бы сделать этих детей природы благожелательными к нам и с их помощью проникнуть в глубь материка, до сих пор остающегося неисследованным. Именно то, что я так последовательно придерживался моего отношения к туземцам, способствовало моему проникновению в неприступные до того страны... однако население этих стран, несомненно, оказало бы сопротивление всем попыткам вторжения путем насилия», – размышлял впоследствии Василий Васильевич.
Тяжелейшие лишения
В 1876-1877 годах Юнкер поднялся по Нилу до поселения Ладо близ южной границы Судана, а затем проник на запад, в почти неизвестную европейцам область Макарака. Он открыл истоки рек Аире и Яло, образующих своим слиянием реку Роль, а также уточнил положение реки Ей. «Мне суждено было войти в области, в которых еще не ступала нога белого человека, и обогатить наши сведения об Африке», – записал Юнкер.
Добыв богатейшие знания о географии этого региона, Юнкер завершил трехлетнее путешествие и, вернувшись в сентябре 1878-го в Петербург, прочитал доклад о своих странствиях на заседании Русского географического общества. Богатейшую этнографическую коллекцию, что он вывез из Африки, подарил Российской Академии наук.
Однако дома ему не сиделось – и уже в октябре 1879 года Юнкер вновь высадился в Александрии и углубился на юг. В марте 1880-го Василий Васильевич достиг неисследованной территории к югу от Судана, населенной народностью азанде. Он сумел завязать дружбу с местным вождем Ндорумой, никогда не видевшим белых людей – и сделал его резиденцию своей опорной базой.
Конец 1881-го и первую половину 1882 года путешественник провел за топографической съемкой реки Уэле и ее притоков. Работа продвигалась с трудом – из-за необходимости пролагать путь через заболоченные тропические леса, постоянно переправляться через водные преграды. Взятые Юнкером с собой чернокожие носильщики периодически сбегали, пресытившись трудностями – и приходилось перераспределять экспедиционный груз на оставшихся.
В довершение бед Юнкер подхватил тяжелую форму тропической малярии, страдал от экземы и других заболеваний. Нужно было возвращаться в цивилизацию – но обратный путь оказался закрыт: в Судане началось восстание Махди, поднятое против захвативших власть в этой стране египтян и англичан. И тогда Юнкер, почти два года напрасно прождав возможности возвращения в Египет, решил выбрать другой маршрут. Он выступил в сторону восточноафриканского побережья и острова Занзибар. В Европе же, где вестей от Юнкера не было уже давным-давно, заподозрили, что он погиб.
В 1885 году на поиски Юнкера выступила спасательная экспедиция, снаряженная на деньги его семьи и представителей неравнодушной общественности. Проблуждав в течение года в дебрях Восточной Африки, она своей цели так и не достигла. А тем временем Василий Васильевич с трудом продвигался на юг.
«Пришлось проходить большие расстояния по дикой местности, по непротоптанной дороге, которая часто шла через высокую траву и густые заросли, через непроходимые прибрежные кустарники и болота. Весь этот путь я проделал больной, с забинтованными ранами на ногах и руках. Мои повязки в течение дня неоднократно промокали и затем снова высыхали. В результате они не столько предохраняли пораненные места, сколько раздражали их и тем самым вызывали еще большую боль», – свидетельствовал он.
Часть пути ему удалось проделать в парусной лодке – по водной глади гигантского озера Виктория. Порою ему приходилось прибиваться к караванам местных работорговцев. То и дело нужно было выпрашивать разрешение на проезд через их территорию у местных царьков и вождей попадающихся на пути племен. В самом начале 1887 года Василий Васильевич добрался до Занзибара, где встретил своего старого друга Швейнфурта. Дальше был триумфальный путь на родину и состоявшееся 9 апреля 1887-го торжественное заседание в Петербурге Русского географического общества, избравшего Юнкера своим почетным членом.
Путешественник-гуманист
Чем именно обогатил Юнкер географическую науку? Объясняет российский географ-африканист Михаил Горнунг:
«Его самое крупное достижение – установление во втором путешествии точного положения водораздела Нил – Конго. Юнкер сумел зафиксировать его на огромном протяжении (почти 1200 км), то есть по существу этот важнейший природный рубеж в Африке, как географическое целое, был открыт и в дальнейшем описан русским путешественником В.В. Юнкером. По результатам путешествий Юнкера... была составлена четырехлистная карта (масштаба 1:750 000), охватившая огромную, ранее неизвестную территорию к северу от экватора в восточной части африканского материка».
Но Василий Васильевич обогатил не только географию, но и лингвистику. В ходе своих путешествий он использовал свободное время для составления словарей местных языков – таких как азанде, мангбатту, абармбо, амади, абангба, момфу, ангоббу, андакко, акахле и абири. Самые значительные из них насчитывали до 1000 слов, меньшие – по 400–500 слов.
Вообще, Юнкер всегда старался привлечь к себе людей лаской. Он забавлял туземцев гармоникой, музыкальным ящиком и картинками из книг, которые имел в запасе. «Слух о моем путешествии проник далеко в область Дар-Фертит. Стало известно, что я путешествую по стране, не обижая туземцев и не требуя для себя рабов или выполнения тяжелых работ. Поэтому многие туземцы из области и их вожди без опасения приходили к нам в гости посмотреть на мои чудеса», – делился, например, путешественник.
Он старался развеять бытовавшие в Европе предрассудки об африканцах, как жестоких язычниках – хотя и не отрицал факт человеческих жертвоприношений.
«Когда мы слышим о таком бесчеловечном злодеянии, то в первый момент с отвращением отворачиваемся от виновников. Но ведь эти люди поступают так под влиянием темных суеверий, по законам, унаследованным ими от предков, и они не знают вокруг себя людей, мыслящих и чувствующих иначе, они не видят лучших примеров. И я задаю себе вопрос, не следует ли их простить скорее, чем убийц в культурных странах, которые, несмотря на воспитание и окружающую среду нравственных людей, хладнокровно, с хитрым расчетом совершают самые низкие преступления и убийства», – размышлял Василий Васильевич.
Юнкер живописно описывал характер чернокожих:
«Веселое, жизнерадостное настроение негров не может быть испорчено какими-либо мелкими неприятностями, которые привели бы европейца тотчас в самое дурное расположение духа. Мне приходилось часто наблюдать, как негры выполняли без всякого проявления недовольства требуемую работу, даже когда она производилась под холодным проливным дождем, к чему голые тела негров, конечно, очень чувствительны. Шутками и смехом старались они отвлечься от неприятного положения.
Если дождь застигает негра внезапно у лагерного костра, а он не успел себе построить никакого шалаша, то он пытается уберечься от дождя, покрывая свою голову ветками с листвой. Такие покрытые листвой голые фигуры негров казались в тусклом освещении порывами вспыхивающего пламени, потрескивающего сквозь дождь и ветер, фантастическими привидениями с картин Брегеля, изображающих ад…»
В дальнейшем Василий Васильевич, увы, в Африку больше уже вернуться не смог. В последние годы жизни он занимался систематизацией итогов своих исследований, готовил к печати трехтомник «Путешествия по Африке» (к сожалению, при жизни автора он успел выйти лишь на немецком языке) и пытался лечить подорванное в странствиях здоровье.
Юнкер умер 13 февраля 1892 года, не дожив до пятидесяти двух лет – у него развилось онкологическое заболевание, подточившее организм, а окончательно спровадил в могилу грипп. Этот замечательный человек достоин того, чтобы оставаться в памяти потомства. К слову, Горнунг сообщает такую занимательную деталь о Юнкере – во всех его странствиях он всегда держал при себе российский флаг.