В среду на ежегодной коллегии МВД президент Путин предложил подумать об изменении оценок работы следователей и дознавателей. «Как вы знаете, сложилась практика оценивать работу дознавателя и следователя по количеству дел, переданных в суд, в том числе дел, которые должны быть прекращены по нереабилитирующим основаниям», – указал президент, которого цитирует сайт Кремля.
Таких дел, которые должны быть прекращены по нереабилитирующим основаниям, но оказались в суде, – «около четверти от всех», констатировал Путин. «Фактически уже на стадии следствия ясно, что они не имеют перспективы для вынесения судебного приговора», – отметил президент. Эксперты предлагают создать условия, при которых следователю и дознавателю для улучшения отчетности не нужно будет направлять дела в суд, отметил президент. Путин предложил подумать, какие соответствующие изменения надо внести в ведомственные акты.
Напомним, нереабилитирующие основания для прекращения дела – это истечение сроков давности преступления, смерть подозреваемого или обвиняемого, амнистия, а также случаи, когда уже есть приговор по тому же обвинению в отношении того же лица или уже есть постановление о прекращении дела по тому же обвинению. В отличие от реабилитирующих оснований (признания гражданина невиновным и т. д.) считается, что человек совершил преступление и признал себя виновным, но он освобождается от уголовной ответственности.
«Улучшение отчетности» любой ценой – это, по сути, еще одно проявление «палочной системы». О неэффективности такого подхода говорил и президент Путин (еще в послании парламенту 2012 года, применительно к контрольным органам). Глава МВД Владимир Колокольцев неоднократно требовал непримиримого отношения к «палочной системе». Но, судя по замечанию главы государства, проблема носит системный характер.
Грузинский рецепт полицейской реформы
«В принципе все эти показатели по направлению дела в суд – это показатели работы следователя, по другому их не оценивают», – заметил в комментарии газете ВЗГЛЯД адвокат, бывший следователь уголовного розыска Игорь Маркелов. Отчетность – серьезная проблема для следствия, подчеркнул собеседник. «Вместо того чтобы работать, следователи должны большей частью заботиться о заполнении карточек, направлении статистических данных и так далее. Это занимает большое количество времени».
Маркелов отметил, что пока плохо себе представляет, как на данном этапе реализовать предложение президента. «Если уж хочет МВД продолжать мерить все отчетностью, то этим должны заниматься уж точно не те сотрудники, которые осуществляют какую-то реальную работу – расследуют, раскрывают преступления и так далее», – указал Маркелов.
Собеседник полагает: куда более целесообразно было бы выработать «какой-то иной показатель для оценки качества работы следователя, отличный от направления дел в суд».
«Это уже давно назрело. Но почему-то систему не сломить, все привыкли жить как в каменном веке. Я надеюсь, что это предложение президента станет первым шагом к изменениям. В Грузии как-то справились, а у нас никак не могут. В Грузии вот отказались от палочной системы, от следствия там никто не требует повышать количество переданных в суд дел», – добавил он.
Как считается, успех полицейской реформы в Грузии в середине нулевых был связан с несколькими шагами. Во-первых, там полностью и единовременно заменили кадровый состав. «Мы поступили очень грубо и за один день уволили из министерства внутренних дел 15 тыс. сотрудников», – говорил тогдашний шеф ведомства Вано Мерабишвили. Новых сотрудников набрали из выпускников полицейской академии – у них не было опыта, зато не было и коррупционных связей.
Во-вторых, была изменена главная официальная задача МВД. Раньше целью была борьба с преступностью, то есть руководители управлений стремились снизить количество преступлений на своей территории, а их раскрываемость повысить, что косвенно вынуждало сыщиков добиваться любыми способами у арестантов признательных показаний. Теперь же такие цифры не считаются важными. Главная цель – поддерживать безопасность живущих на территории граждан, в частности вести полный учет жалоб, полную регистрацию преступлений. Кроме того, важны независимый контроль и обратная связь с населением.
Как работают американские копы
А по каким показателям оценивают работу сыщиков, например, в США? Адвокат, работавший в 1990-е годы в американской полиции, Григорий Красовский пояснил, что система отчетности там отличается в разных городах и штатах.
«Но в целом эффективность работы отдельного детектива и детективного управления, конечно, оценивается по уровню раскрываемости преступлений, – подчеркнул Красовский. – Передавать ли дело в суд, решает уже не детектив. В США решение о передаче дела в суд по серьезным статьям принимает прокурор».
«Все департаменты все равно занимаются отчетностью. Но у детектива нет такой задачи – следить за своей статистикой. Ему передаются дела, он по этим делам работает. Если дело раскрыл – хорошо.
Если не удалось раскрыть преступление или задержать подозреваемых, то это не обязательно провал детектива», – подытожил адвокат.
Он приветствует инициативу Путина. «Сейчас бывают эпизоды, когда уже просто срок давности прошел, а дела все равно передаются в суд. Нужно ставить перед правоохранительными органами другие задачи – в первую очередь это профилактическая работа по уменьшению преступности и раскрытие уже произошедших преступлений», – подчеркнул Красовский.